Шоу Картаева и Махарадзе

СЕЙЧАС В ЭФИРЕ

Что вас раздражает в общественном транспорте?

скоро в эфире

24.12.2019 09:15
Михаил Жуков о компании HeadHunter и коллективе смотреть слушать скачать
В каждой компании есть ДНК. Это сложный продукт эволюции и воспитания людей, которые ее придумали с комбинацией ДНК людей, которые там работают, людей, которые взаимодействуют с этой компанией, – убежден генеральный директор HeadHunter Михаил Жуков.

С.СТИЛЛАВИН: Друзья мои, ну, я вижу напротив себя улыбающееся лицо человека, которому я бы с удовольствием прямо сейчас сертификат подарил, если бы сегодня была среда. Но у нас все по-честному, сегодня вторник.

А.КАСПРЖАК: Я завтра приду.

С.СТИЛЛАВИН: Алексей Каспржак. Леш, доброе утро.

А.КАСПРЖАК: Привет.

С.СТИЛЛАВИН: Рад, что перед Новым годом у вас появляется все больше и больше улыбчивости такой детской, непосредственной.

А.КАСПРЖАК: Понимаешь, при входе на ВГТРК…

С.СТИЛЛАВИН: Телевизоры увидел?

А.КАСПРЖАК: Нам запретили пронести сюда бутылку шампанского. Я вот думал, как вы его здесь пьете, если вы его не можете пронести?

ВЛАДИК: Мы на входе пьем.

С.СТИЛЛАВИН: Да, нарезываемся и заходим. Потому что пока что этих свистков нет. Друзья мои, Алексей Каспржак, просто соведущий программы «Россия – страна возможностей». Мы по традиции будем вас, наших слушателей, просить ответить на вопрос, отправив смску «М1» на номер 5533, со слова «Маяк» должна начинаться она. Для вас наша страна является страной возможностей? «М2» – ничего не дают, не позволяют, не вижу перспектив, все плохо. И сегодня у нас с Алексеем в гостях генеральный директор компании HeadHunter, название очень, я думаю, что многим знакомое, если не обращались, так, по крайней мере, точно в курсе, что есть она у нас в стране, Михаил Жуков. Миш, доброе утро.

М.ЖУКОВ: Доброе утро.

С.СТИЛЛАВИН: Извините за такую длинную прелюдию.

А.КАСПРЖАК: Я хотел объяснить, почему Михаил в гостях у нас в предновогодний эфир. У нас последний эфир этого года, крайний. Ну, я не знаю, как правильно говорить.

ВЛАДИК: Новогодний эфир, давайте так.

А.КАСПРЖАК: Новогодний, хорошо. Дело в том, что компания HeadHunter, по-моему, за последние пять лет…

М.ЖУКОВ: Шесть.

А.КАСПРЖАК: Шесть. Первая, ну, или первая за последние шесть лет российская компания, которая успешно в этом году разместилась на NASDAQ.

С.СТИЛЛАВИН: Надо это вот объяснить людям. Потому что это звучит-то очень грозно, а вот, что это такое и зачем это нужно.

А.КАСПРЖАК: Это нужно, для того чтобы привлечь дополнительные средства, для того чтобы развивать бизнес.

С.СТИЛЛАВИН: Так, а потом надо отслюнявливать обратно, отток капитала начнется.

А.КАСПРЖАК: Конечно. Это не отток капитала, это, наоборот, это привлечение дополнительных инвесторов. Но это, на самом деле, в экономике, ну, надо просто понять, что есть Олимпиада для спортсмена, а есть IPO для компании. И в этом смысле, ну, наверное.

М.ЖУКОВ: Ну, да, такая, с одной стороны, хорошая аналогия и спасибо, Леш, что сказал, потому что, как и после Олимпиады к людям, которые ее выигрывают, начинается такое пристальное внимание. И когда меня спрашивают, вот, там вот достигли такого рубежа, вот все, там победа, а я объясняю, что, ребят, теперь все только начинается. Как правильно говорите, надо теперь за эти привлеченные средства отдуваться.

С.СТИЛЛАВИН: Миш, ну, это вся ситуация понятна, что на этой бирже можно как-то монетизироваться или как там это сказать правильно слово финансовое?

А.КАСПРЖАК: Это не монетизация.

С.СТИЛЛАВИН: Кредитоваться или что делать? Получать инвестиции. Хорошо, не все, то есть там…

Т.КЕРБИ: Можете продавать доли.

С.СТИЛЛАВИН: Да, ну, то есть NASDAQ является таким как бы ревизором, который говорит, что, да, в эту компанию можно пустить инвестиции, а вот во все остальные нет. Это все почетно, это круто. Но вы мне объясните систему, Миш, это как бы не имеет отношения к нашему разговору, но, в целом. Я все время слышу это, на IPO, выходим на международный рынок. Но история-то какая, во-первых, почему не раздобыть инвестиции необходимые внутри страны? Ну, то есть, мне кажется, что, несмотря на то, что вот люди там, вот я читал новости официальные, что там каждый пятый хочет взять кредит на покупку подарков на Новый год. Но есть люди, у которых есть свободные средства. Почему, во-первых, не поискать внутри страны инвестиции? А, во-вторых, получается, они вкладываются из-за границы, и потом соответственно они хотят эти деньги сторицей вернуть, правильно?

А.КАСПРЖАК: Секунду, подождите.

С.СТИЛЛАВИН: Это дилетантский вопрос.

А.КАСПРЖАК: Это площадка. Это не значит, что там только западные инвесторы. Это площадка, которой доверяют все в мире, это самая крупная биржа.

М.ЖУКОВ: Для высокотехнологичных компаний.

А.КАСПРЖАК: Нет, давайте по-другому на это дело посмотрим.

С.СТИЛЛАВИН: Давайте по-другому.

А.КАСПРЖАК: Компания HeadHunter, российская компания, высокотехнологичная российская компания, современная и так далее, которая просто показала, которая, несмотря на разного рода отношения у России с внешним контуром, то есть с внешним миром, показала, что она просто состоятельная и просто крутая.

С.СТИЛЛАВИН: Все. Я, потому что исчезла твоя предновогодняя улыбка, понял, что я облажался, и я дезавуирую свой вопрос, все, я ничего не спрашивал, ребята. Все, сотрите из записи.

М.ЖУКОВ: Во-первых, надо понимать, что компании все-таки в этом году, в 2020 году 20 лет будет. То есть мы не вчера появились.

С.СТИЛЛАВИН: Ну, вот, смотрите, Миш, надо объяснить людям, а как она стала такой высокотехнологичной? Ну, потому что вот, например, ну, что такое HeadHunter? Ну, я, опять же, с точки зрения обывателя. Есть работодатель, и есть работник, которые ищут друг друга. А HeadHunter это такая сваха. Ну, вот, если в конторах, где действительно есть мужчины, женщины, ну, пока, так сказать, по скромному, ищут друг друга, есть там какая-то тетенька, которая говорит – ну, мне кажется, вот ты подходишь ему, идите на свидание, в ресторан или в McDonald's, куда-нибудь идите. А на какой основе вы вот их друг с другом стыкуете, если речь идет именно о высокотехнологичности?

А.КАСПРЖАК: Ты, видимо, все время по таким тетям ходишь, да?

С.СТИЛЛАВИН: Ну, один раз был эксперимент в жизни, но это позже.

М.ЖУКОВ: Смотрите, HeadHunter это интернет-платформа, на которой, действительно, встречаются соискатели и работодатели. Тетенька, которая помогает им найти друг друга, называется искусственный интеллект. Мы вот не придумали название, к сожалению, это вот пробел нашего маркетинга. Надо этой тетеньке, нашей платформе придумать все-таки какое-то название. Потому что есть роботы, которые решают разные задачи, ну, например, робот, который занимается модерацией резюме. А у нас, чтобы на платформе зарегистрироваться…

А.КАСПРЖАК: Сваха она называется, да?

М.ЖУКОВ: Нет, не сваха. А у нас робот, который проверяет резюме всех соискателей, называется Optimus Prime, например.

А.КАСПРЖАК: Как-то почти, как у Нюши дочь.

М.ЖУКОВ: Разные алгоритмы, есть «Енисей», есть «Ангара», у нас они вот, собственно, занимаются тем, что подсказывают, кому из соискателей…

С.СТИЛЛАВИН: «Енисей» и «Ангара», которые ракетоносители?

М.ЖУКОВ: Это речки, прежде всего, все-таки. Я понимаю все, но это все-таки реки. Эти алгоритмы, они понимают, помогают соискателям, работодателям действительно находить друг друга. Мы анализируем порядка 600, наверное, дейтпойнтов.

С.СТИЛЛАВИН: Это как?

М.ЖУКОВ: В резюме, которое вы оставляете.

С.СТИЛЛАВИН: 600?

М.ЖУКОВ: Ну, да, причем, включая порядок слов в том, как вы составляете резюме. Там бывает очень много.

С.СТИЛЛАВИН: То есть это лингвистический анализ, да? То есть составляется портрет этого человека?

М.ЖУКОВ: Ну, смотрите, наша мечта это иметь такой вот цифровой профиль.

С.СТИЛЛАВИН: Ну, в идеале это «minority report», да, особое мнение. Способен ли он, например, придя на фирму, через полгода стырить десятку из сейфа и слинять?

М.ЖУКОВ: Мы, на самом деле, рассуждаем все-таки в терминах, способен ли он быть максимально производительным, эффективным для компании, конечно.

С.СТИЛЛАВИН: А вот эти алгоритмы и психологические, в том числе, это чье изобретение? Вот сами вот эти анализаторы?

М.ЖУКОВ: Наши сотрудники.

С.СТИЛЛАВИН: Серьезно?

М.ЖУКОВ: Да, да, наши разработчики. У нас там более 180 человек, которые занимаются продуктом, разработкой и упаковкой продукта, это, собственно, наше российское.

С.СТИЛЛАВИН: То есть, погодите, получается, HeadHunter, если брать вот эту всю научную, я сейчас не иронизирую, научную составляющую анализа вот этого резюме, дает некую гарантию, ну, типа кашрута? Я читал на товарах из Израиля, там «кашрут» написано, то есть «проверено на безопасность» с точки зрения употребления лицами, для которых это важно.

М.ЖУКОВ: Ну, мы к этому идем.

С.СТИЛЛАВИН: То есть руководитель получает, вот, если HeadHunter, значит, это человек, как минимум, на вшивость проверен по определенным позициям, да?

М.ЖУКОВ: Ну, по крайней мере, работодатели, которые видят резюме соискателей у нас на платформе, они понимают, что мы собрали с соискателей именно ту информацию, которая для работодателей интересна, и которая поможет им принять решение. Мы, конечно, не можем принимать за работодателей решение. Но вот эти все наши алгоритмы, они подсказывают.

С.СТИЛЛАВИН: А они вот, Миш, а такой вопрос тогда, а эти искусственные анализаторы…

А.КАСПРЖАК: Заинтересовался. А у тебя нет там резюме случайно?

С.СТИЛЛАВИН: Нет, еще нет. Не знаю, ты так серьезно на меня смотришь, ну, может, придется подать. Так вот, Миш, а этот искусственный интеллект, анализатор по 600 позициям, он может, например, выявить, что человек лжет, юлит, где-то, так сказать, обманывает? А потом дать задание, например, ну, наверняка у вас есть служба безопасности или что-то в этом роде, которые могут достать ту информацию, которую как бы вроде, как и нельзя достать, но ее можно достать, и соответственно человека вскрывают, а он жулик, мошенник, альфонс, кинул трех женщин в Петербурге и, так сказать, с шубами убежал?

М.ЖУКОВ: Этот кусок работы мы оставляем непосредственно работодателю, мы тут, скорее, даем просто какие-то рекомендации.

С.СТИЛЛАВИН: Но тревожные сигналы вы видите, да, что человек чего-то, как-то мельтешится?

М.ЖУКОВ: Мы можем их идентифицировать, но мы не имеем права их раскрывать.

ВЛАДИК: Как настоящий шпион.

С.СТИЛЛАВИН: А кто же тогда, а можно вопрос дилетантский? А вот в случае, например, со свахой, я помню, там платила за услуги, за работу интеллекта биологического, женщина. Ну, потому что такая ситуация в стране, что мужчин мало. Вот в этом случае, кто является заказчиком, и кто оплачивает работу всего этого механизма?

М.ЖУКОВ: Плательщиками у нас являются работодатели. Для соискателей есть небольшой такой ограниченный набор таких суперпродвинутых услуг. Например, наши консультанты карьерные могут сесть с вами и помочь вам составить резюме. Мы можем сделать так, что ваше резюме в поиске будет чуть выше, чем все остальные, если вы отправите смску на один из известных телефонов. Вот, ну, таких услуг для соискателей мало. 99.99 наших сервисов оплачивает, конечно, работодатель.

С.СТИЛЛАВИН: Так, вопрос от Алексея Каспржака, соведущего программы «Россия – страна возможностей».

А.КАСПРЖАК: Нет, я все-таки хочу вернуть дискуссию не в сторону, ну, мы более или менее пояснили, что такое HeadHunter, что это все-таки это про информацию, про данные компании, с одной стороны. А, с другой стороны, при этом, я еще раз говорю, это очень успешный кейс. И в этом смысле хочется спросить, потому что мы пытаемся ответить на вопрос, это же получилось у нас в стране, это можно делать у нас в стране, можно делать у нас в стране высокотехнологичный продукт, который пользуется спросом, который всем интересен. Это можно делать в той компании, в которой я неоднократно был, в которой весело, я имею в виду в самом офисе, в котором генерального директора называют на «ты», по имени, и в котором, ну, просто царит такая хорошая атмосфера. Как это получается?

М.ЖУКОВ: Ну, наверное, у каждой компании есть в некотором смысле такая ДНК. Это сложный продукт эволюции и даже, я бы сказал, воспитания людей, которые ее придумали, комбинации с ДНК людей, которые там работают, людей, которые взаимодействуют с этой компанией. Компанию придумали, еще раз, почти 20 лет назад два консультанта по подбору персонала, точнее, Миша Фролкин и Юра Яровец, вот они ее такую придумали. Я, на самом деле, в компании не так давно, 12 лет всего.

И моя главная задача была, когда я туда пришел, ну, как бы понять, где тот самый пресловутый ребеночек, и как его с водой не выплеснуть, где сильный, в чем цимес компании. Мне кажется, я нашел. Я не могу это, наверное, сформулировать очень четко, очень точно прямо описать подробно, наверное, я недостаточно размышлял на эту тему. Но это действительно очень такой предпринимательский, я бы сказал, коллектив.

С.СТИЛЛАВИН: Ну, это случайность, что так все получилось или закономерность? Или мистика, как говорят ученые?

М.ЖУКОВ: Я вот пойду на пенсию, я, наверное, подумаю на это, когда будет время. Пока можно сказать, что это комбинация огромного количества факторов. Потому что, еще раз, это люди, которые работают в компании, люди, которые придумали, люди, которые там каждый день отдают кусочек своей энергии.

С.СТИЛЛАВИН: А тогда вопрос, а HeadHunter пользуется своими анкетами, чтобы нанимать себе специалистов?

М.ЖУКОВ: У нас два основных канала подбора сотрудников. Первый, это, естественно, наша платформа, второй – это рекомендация сотрудников.

С.СТИЛЛАВИН: А рекомендация это как? Это блат? Это вот, когда чей-то племянник?

М.ЖУКОВ: Нет, ну, почему, приходят люди…

С.СТИЛЛАВИН: Ну, нет, откровенный вопрос.

М.ЖУКОВ: Мы публикуем внутри на нашем внутреннем портале, наша HR-служба, HR-департамент публикует открытые вакансии. Любой сотрудник имеет к ним доступ. Если он видит, что кто-то из его знакомых может быть рекомендовал на ту или иную позицию, он просто отправляет заявку в HR. Это накладывает, с одной стороны, ответственность сотрудника на рекомендующего, с другой стороны, мы очень точно и внимательно смотрим, кто именно порекомендовал сотрудника. Потому что, если мы видим, что, ну, люди все-таки притягиваются одинаковые друг к другу, если это хороший человек, наш, правильный, то, конечно, ДНК этого человека только усилит нашу компанию.

С.СТИЛЛАВИН: Можно ли из хорошего, правильного человека сделать хорошего специалиста?

М.ЖУКОВ: Можно. Смотрите, ну, простой пример. У нас есть внутренняя школа программистов, потому что, в общем, мы, как и подавляющее количество работодателей, окончательно разочаровались в тех продуктах, которые поставляет система образования, еще не реформированная до конца, и готовим себе разработчиков.

С.СТИЛЛАВИН: Завод-ВТУЗ, как было в советское время, да?

М.ЖУКОВ: Да, абсолютно верно, это так и есть.

А.КАСПРЖАК: Ну, все IT-компании сейчас этим занимаются. И, в целом, аккуратно…

М.ЖУКОВ: Не только IT, мне кажется, все крупные компании этим занимаются.

А.КАСПРЖАК: Нет, ну, там примерно разговор следующий, что, если бы можно было детей брать в возрасте 12-14 лет на работу, мы бы их брали, потому что их еще не испортили. Если с точки зрения IT. Ну, это очень длинный и сложный разговор.

С.СТИЛЛАВИН: Так, а вот вам и карты в руки, создавать надо лагеря детские IT-шные, я имею в виду летние, где там…

А.КАСПРЖАК: Давайте, я, конечно, понимаю, что сейчас нужно обсудить лагеря.

С.СТИЛЛАВИН: Ну, что вы, Алексей, ну, причем тут.

ВЛАДИК: Лагеря в хорошем смысле.

С.СТИЛЛАВИН: Вы же сами из лагеря.

А.КАСПРЖАК: Я уже год, как откинулся.

С.СТИЛЛАВИН: Рано вы забываете о корнях о своих. Ну, хорошо, Леш, давайте на тему все-таки страны возможностей.

А.КАСПРЖАК: Ваша компания сама по себе возможность. Вот, кстати, если помнишь, мы с тобой делали маленький проект, когда мы пытались привлечь вожатых в «Артек», то мы для них, HeadHunter сделал исследование своих работодателей, и они сказали, что в случае, если в резюме будет стоять строчка вожатого «Артека», то это усилит, это дополнительный плюс при устройстве на работу. Но сама конструкция таких гипотез и таких, как это называется, и таких стечений обстоятельств, это можно делать только в том случае, если у тебя адекватный партнер. Понимаешь, я первый раз пришел в HeadHunter, наверное, лет десять назад, вот ты только начинал рулить компанией. И для меня это было диким откровением, когда на ресепшн, еще раз говорю, я пришел, я даже не помню, я тебе сейчас уже не назову твоего отчества, потому что я его…

С.СТИЛЛАВИН: Ну, ты пришел без шампанского?

А.КАСПРЖАК: Я пришел без шампанского, я пришел на встречу с генеральным директором, долго выучивал отчество, его произнес, мне сказали – Миша сейчас подойдет. И там все так. И в этом смысле, там все не то, что просто, но там просто, если…

С.СТИЛЛАВИН: А чего это, панибратство какое-то?

М.ЖУКОВ: Да нет, ну, почему панибратство. Ну, просто мы открытые, мы свободные, мы веселые, мы такие.

А.КАСПРЖАК: Они делают позитивную, они делают хорошую вещь, они в этом все уверены в том, что они помогают людям реализовать себя, найти себя в этой жизни, быть счастливыми, слушай, вот.

С.СТИЛЛАВИН: А я был во многих компаниях в офисах, в главных и где, например, вас-то с бутылкой не пустили, а меня не пустили с ноутбуком, потому что говорят – вы секреты у нас узнаете, в крупных корпорациях. А там, наоборот, например, в очень серьезных, там с таким…

А.КАСПРЖАК: В Правительство Российской Федерации нельзя заходить с ноутбуком без специального пропуска.

С.СТИЛЛАВИН: Не только. Я даже про коммерческие структуры могу такое рассказать. И такие люди, с такими серьезными лицами ходят, и такая гнетущая атмосфера таких похорон каких-то, нон-стоп продолжающихся с утра до ночи. А в чем вот разница в таком подходе? Чего не веселиться? Разве это от типа бизнеса зависит?

М.ЖУКОВ: Ну, в некотором смысле, конечно, зависит от типа бизнеса. Но мы считаем, что такая атмосфера, она способствует творчеству. Главное, что польза, которую мы от наших сотрудников получаем, это кусок их жизни, энергии, энергетики, я бы сказал, их творчества.

С.СТИЛЛАВИН: То есть, вы вампиры.

М.ЖУКОВ: Мы креативные вампиры, да, это верно, мы высасываем творчество из наших сотрудников, делая так, что им при этом становится весело. Ну, и, конечно, тип бизнеса. Ну, слушайте, последнее, что я хотел бы видеть, это, придя в офис нефтехимической компании, это вот такой подход, ну, не в офис, хорошо, на завод, это все-таки безопасность, это серьезность, это жизни людей. У нас тоже жизни людей, но с таким вот, с другим подходом. У нас нет каких-то, вот шаг влево, шаг вправо, расстрел, нет такого.

И Алексей абсолютно прав, невероятно мотивирующим фактором для наших сотрудников является то, что мы помогаем другим людям в некотором смысле обрести свободу, вот наше такое философское понимание. Потому что мы относимся, ну, не знаю, как вы, а я отношусь к деньгам, как, например, как к некоторому инструменту свободы. Это вот штука, которая дает вам, ну, некоторое пространство движения. Соответственно кому-то мы помогаем счета оплачивать, ну, просто, чтобы концы с концами…

С.СТИЛЛАВИН: Я понимаю. Друзья мои, Михаил Жуков, генеральный директор HeadHunter сегодня у нас с Алексеем Каспржаком в гостях в рамках проекта «Россия – страна возможностей». Михаил возглавляет уже 12 лет, как генеральный директор. И мы сегодня, ну, вообще, Миш, вас глупо спрашивать, является ли Россия для вас страной возможностей? Но вот я как поставлю вопрос, можно ли сконцентрировать Россию, как страну возможностей, внутри коллектива такой корпорации, как ваша? У вас, я так понимаю, несколько сотен работников. Для них, в принципе, созданы хорошие условия работы, они самореализованы, у них есть определенные гарантии, веселая атмосфера, опять же. Мы тоже хотим, чтобы весело было, правильно?

ВЛАДИК: Да, очень.

С.СТИЛЛАВИН: Да, тоже хотим. Но не в армии, не в спецслужбах, там надо, чтобы строго было. Ну, вот, как в рамках отдельно взятой корпорации вам удалось для всех сотрудников создать потенциальные возможности?

М.ЖУКОВ: Ну, во-первых, у нас в команде более 700 человек всего. Удалось или нет, наверное, надо ребят спросить.

С.СТИЛЛАВИН: Для генерального удалось создать такие условия за 12 лет.

М.ЖУКОВ: Ну, мне кажется, что мы все-таки очень внимательно смотрим на потенциал наших коллег, на то, что они могут делать, на то, что им нравится делать. Конечно, обращаем на это внимание. У нас 10 офисов по России, есть дочерние компании в Беларуси и в Казахстане, то есть мы тоже на этих рынках работаем, хорошо себе их представляем. И для наших коллег есть много кейсов, когда наши региональные сотрудники переезжают в Москву работать, люди двигаются между офисами, между специальностями, между профессиями, если это им нравится, если они видят какие-то новые для себя возможности.

С.СТИЛЛАВИН: Миш, а вы понимаете внутри HeadHunter, что такое личностный рост? Потому что вот эта вот эпидемия за последние десять лет, когда люди отслюнявливают бабки и растут куда-то там над собой, и, я знаю, семьи распадаются от того, что один вырос, а другой нет, и так далее. В вашей компании вообще на этот вопрос, как отвечают? Вот, что такой личностный рост? И, с другой стороны, когда человек на своем месте, вот, мне кажется, что это взаимоисключающие вещи.

М.ЖУКОВ: Смотрите, мы, поскольку у нас компания довольно-таки плоская, у нас три уровня управления всего, мы сторонники так называемых горизонтальных карьер. То есть то, когда как раз люди накапливают некоторые навыки.

С.СТИЛЛАВИН: Расширяются.

М.ЖУКОВ: Некоторые навыки. Смотрите, в последнее время достаточно модная тема, и она будет все более и более актуальной, о том, что помимо так называемых жестких, твердых навыков – хардскилс, что называется, это знание языков программирования, умение печатать, водить машину и так далее, все более и более значение важное приобретают так называемые мягкие навыки. Софтскилс – это то, когда люди начинают более целостно смотреть на мир, какой-то системный подход к себе вырабатывают, не просто учатся, а становятся в некотором смысле центром обучения, вокруг себя коллег развивают, вот мы, ну, не то, что адепты, но нам нравится такой подход. Я не знаю, можно ли это назвать личностным ростом, это, наверное, зависит от того, как каждый человек это воспринимает.

С.СТИЛЛАВИН: То есть в идеале превращение пчелы в пчеломатку? В хорошем смысле.

М.ЖУКОВ: Да нет, просто, рост ценностей каждого сотрудника и в некотором смысле поиск его некоторого внутреннего баланса. То есть, доволен человек или нет, ну, можно спросить только его. Если вы в некотором балансе, если вам нравится то, что вы…

С.СТИЛЛАВИН: А вы проводите исследования в коллективе, довольны они или нет? Потому что я помню, у нас на одной радиостанции провели исследование комплексное, заказали у каких-то шведов, они месяца полтора ходили, всех опрашивали, а коллектив был человек 40. Вот, изучали, изучали, а потом, значит, суммировав все голоса, была задача связать воедино творческую часть и всех остальных, рекламщиков, технарей и так далее, чтобы все работали, зажужжал улей, чтобы по-новому. Итог следующий – чтобы всех все устраивало, и чтобы не было никаких минусов, купили кофемашину. Все. Полтора месяца, люди угробили десятки тысяч долларов, чтобы исследовать. Кофемашину надо.

М.ЖУКОВ: Смотрите, мы, поскольку все-таки технологичная компания, мы и к этому вопросу подходим технологично. Мы какое-то время назад отказались от всех этих формальных обратных связей, 360, всей такой вот рутины. У нас очень продвинутый наш директор по организационному развитию Марина, она притащила в компанию информационную систему, которая называется «ОРГ».

С.СТИЛЛАВИН: ОРГ в плохом смысле?

М.ЖУКОВ: В хорошем смысле. И мы просто практически держим руку на пульсе, я не знаю, настроения компании.

С.СТИЛЛАВИН: Слушайте, а вот, с другой стороны, смотрите, я же знаю, что IT-шники, у вас их там 180 IT-шников, это очень суровые люди, это особенный менталитет, особый юмор, особые ребята. А Каспржак говорит, он заходит, там все улыбаются. А вот, если люди, человек по жизни не хочет улыбаться, ну, вот ему не улыбается вообще улыбаться.

А.КАСПРЖАК: Заставь себя.

С.СТИЛЛАВИН: Да, то есть вы его заставляете?

М.ЖУКОВ: Нет, ну, для него есть уголок, он сидит там, в углу, не улыбается. Если это помогает ему…

А.КАСПРЖАК: Проходит мимо человек, смотрит на него и улыбается.

С.СТИЛЛАВИН: Да, а другие ходят и не улыбаются.

А.КАСПРЖАК: На самом деле, я вот чуть-чуть вернуться бы в разговоре к нефтехимическому заводу.

С.СТИЛЛАВИН: Ну, где серьезные ребята.

А.КАСПРЖАК: Ну, где типа серьезные ребята. Мне кажется, что я как-то недавно общался с директором одной из московских школ, который вывел, на мой взгляд, очень простую формулу. Он говорит – зачем школа нужна? Для того чтобы научить людей быть счастливыми. Формула очень простая, но, на самом деле, тяжела, ее очень тяжело сформулировать. Потому что вот эти все люди такие сложные, такие знающие, какие-то предметы, уроки и так далее.

С.СТИЛЛАВИН: Мультфильм был про несчастье и счастье.

А.КАСПРЖАК: Возможно, я не очень понимаю, я, честно говоря, не помню этот мультфильм, но неважно, ты мне потом расскажешь или покажешь. Я про другое. Мне кажется, что качество работы, ну, когда человек работает, в любом случае, задача работодателя объяснить этот путь человека к созданию чего-то, что приносит счастье другим, себе и другим. Если это в Мишиной компании, это очень близко, ну, прямо совсем близко.

То есть, условно говоря, результат, если получилось как-то встретить работодателя и человека и найти там себя, то это счастье происходит, и это очень близко. Наверное, на нефтеперерабатывающем или химическом заводе чуть-чуть посложнее, но конструкция такая же. Если мы будем придумывать себе какие-то сложные непонятные, люди не ходят. Вот я только что был на дне рождения у Александра Лебедева.

С.СТИЛЛАВИН: Это чувствуется, кстати.

А.КАСПРЖАК: Причем он его провел следующим образом. Это был исключительный спектакль, который был сделан внутри завода, которым он владеет. Это Чеховский завод запорной арматуры. В нем участвовали, в этом действии…

С.СТИЛЛАВИН: Перформанс.

А.КАСПРЖАК: В этом перформансе, в нем участвовали сотрудники завода. И по большому счету, они людям и сами себе объясняли, зачем они там работают.

С.СТИЛЛАВИН: В спектакле?

А.КАСПРЖАК: В спектакле.

С.СТИЛЛАВИН: То есть, это спектакль?

А.КАСПРЖАК: Это спектакль.

ВЛАДИК: Они устроили спектакль, Сергей.

С.СТИЛЛАВИН: Хорошо. А вы играли или вы получали удовольствие?

А.КАСПРЖАК: Нет, получали удовольствие больше, наверное, те, кто играл. Потому что, на самом деле, люди особенно, когда человек 20 лет на одном месте работает, ему очень трудно задать себе вопрос, зачем он туда ходит. Он туда ходит, потому что он туда ходит.

С.СТИЛЛАВИН: Слушай, а зачем нужны были зрители?

А.КАСПРЖАК: Зрители? Ну, это такой, а потому что нужно отразиться, нужно же понять, нужно, когда ты говоришь, очень важно, чтобы было ощущение, что тебя услышали. Вот мы были теми…

С.СТИЛЛАВИН: Вы были свидетелями.

А.КАСПРЖАК: Мы были свидетелями их собственных признаний в том, что для них открылось.

С.СТИЛЛАВИН: Давайте новую секту создадим – «свидетели счастья».

А.КАСПРЖАК: Так вот, история очень простая. Я про следующее, про то, что каждая работа должна в некотором смысле объяснить сотруднику, в чем эта прибавка в счастье.

С.СТИЛЛАВИН: В его?

А.КАСПРЖАК: В его, и ради кого он работает. И, если это получается, то это может быть и хорошее настроение, это может быть и совершенно не вертикальная конструкция, отсутствие отчеств, чего угодно. Просто, если это объяснено, то тогда не нужно выстраивать сложных конструкций, тогда все проще становится. И тогда, для того чтобы быть начальником, не нужно обуславливать себя хреновой тучей, прошу прощения, всяких разных пристроек.

С.СТИЛЛАВИН: Хорошо, когда в одном предложении «обуславливать» и «хренова туча», они как бы вот в связке находятся.

А.КАСПРЖАК: Тебе же стало понятно, что я имею в виду.

С.СТИЛЛАВИН: Вы многоликий, Алексей, я вами горжусь. Михаил, а как вы поняли вопрос?

М.ЖУКОВ: Для меня это было какое-то утверждение, философское такое рассуждение. Но, на самом деле, да, Алексей, ты прав. Каждому человеку важно понять, от чего его прет. Нет, ну, слушайте, у нас приходили коллеги очень профессиональные.

А.КАСПРЖАК: Он сейчас спросит, от чего тебя прет.

С.СТИЛЛАВИН: Да, 12-й год уже.

А.КАСПРЖАК: А я скажу, прет от пластинок виниловых.

С.СТИЛЛАВИН: Кого?

А.КАСПРЖАК: У тебя сколько их?

М.ЖУКОВ Ну, под 11 тысяч уже.

С.СТИЛЛАВИН: Но это не имеет отношения к работе. Он же не на работе слушает, Михаил не слушает пластинки ходит, хотя, наверное, проигрыватель есть в кабинете.

М.ЖУКОВ: Наверное, это не очень имеет отношение к работе, хотя помогает, ну, в некотором смысле восстанавливаться. Я, в общем, такое интровертное существо, и вся эта музыка, она мне очень помогает. То есть не, собственно, винил, как некоторый предмет, который можно, в отличие от МР3-шного файла взять в руки, погладить, помыть, почистить, сдуть пыль и поставить обратно, вот это все-таки…

А.КАСПРЖАК: У тебя есть виниловый проигрыватель, Сереж?

С.СТИЛЛАВИН: У меня есть.

А.КАСПРЖАК: И у меня есть.

С.СТИЛЛАВИН: Но недостаточного, так сказать, качества.

ВЛАДИК: У него не столько тысяч пластинок.

А.КАСПРЖАК: У него своя пластинка уже сколько лет.

С.СТИЛЛАВИН: Ездит, да, я понимаю. Ну, погодите, Михаил, а от чего тогда вы защищаетесь при помощи музыки и коллекционирования? Что вот вы в ней сублимируете?

М.ЖУКОВ: Ну, во-первых, в некотором смысле такая компенсация, это была некоторая детская мечта, но по разным причинам не могли себе позволить активно это делать. У меня родители обычные инженеры. Во-вторых, ну, вот еще раз, в этот цифровой мир очень хочется все-таки иметь не только кота аналогового, которого можно погладить, но и какое-то хобби, и я до сих пор с трудом привыкаю к читалкам электронным.

С.СТИЛЛАВИН: Аудитория завелась на тему крепостного театра. Миша, а вас устраивает что-нибудь подобное? Приглашают людей со стороны и говорят – давайте мы им покажем, как мы счастливы. И такой театр Карабаса-Барабаса – мы счастливы! Ну, я шучу.

А.КАСПРЖАК: Нет, Сереж, зачем ты уподобляешься?

С.СТИЛЛАВИН: Нет, ну, я реагирую.

А.КАСПРЖАК: Ну, ты реагируй.

С.СТИЛЛАВИН: Ну, это такая реакция аудитории, понимаешь.

А.КАСПРЖАК: С этим же можно поспорить.

С.СТИЛЛАВИН: Можно.

А.КАСПРЖАК: Разрешаешь?

С.СТИЛЛАВИН: Но их больше, но поэтому могут побить.

А.КАСПРЖАК: А мы громче.

М.ЖУКОВ: Нет, мы очень сильно заморачиваемся на тему корпоративных вечеринок. Ну, тогда, честно говоря, никого, кроме самих себя не приглашаем.

С.СТИЛЛАВИН: Вы в какой день недели устраиваете, контрольный вопрос?

А.КАСПРЖАК: По пятницам.

М.ЖУКОВ: Нет, смотрите, у нас два раза вечеринки. Первый – это день рождения компании, это где-то конец мая, начало июня, плавающая такая.

С.СТИЛЛАВИН: А вот новогодняя?

М.ЖУКОВ: Новогодняя у нас будет 25 января, мы всегда за очень редким исключением это делаем именно после Нового года по разным причинам. Просто конец года, это ад, все бегают, выписывают счета.

С.СТИЛЛАВИН: А вы приглашаете вот таких, как Алексей со стороны, чтобы они посмотрели, как у вас там весело?

М.ЖУКОВ: Нет, мы свой крепостной театр никому не показываем. Ну, мы тоже очень любим самодеятельность, какое-то время ей не занимались, сейчас опять к ней вернемся.

С.СТИЛЛАВИН: Алексей только что вступил в другую секту – «свидетель чужого счастья».

А.КАСПРЖАК: Надо Сашу тогда пригласить.

С.СТИЛЛАВИН: Александр очень эксцентричный мужчина, он мне импонирует своей энергетикой и, вообще, он классный. Но про такой спектакль я узнал в первый раз. Вы сдали всю банду.

А.КАСПРЖАК: Надо его просто посмотреть. Это было очень профессионально, очень красиво.

С.СТИЛЛАВИН: Перенесем во МХАТ.

А.КАСПРЖАК: Это невозможно перенести во МХАТ, потому что…

С.СТИЛЛАВИН: Тогда МХАТ перенесем туда, на завод.

А.КАСПРЖАК: А вот я думаю, что некоторым…

С.СТИЛЛАВИН: Кстати, и пусть актеры поработают, это им на пользу пойдет. Кстати говоря, Миш, а кто пользуется, вот ваша аудитория, как вы сейчас уже понимаете? С вашей помощью, ну, наверное, какие труды, не стоит искать должности?

М.ЖУКОВ: Ну, смотрите, у нас, если говорить про соискателей, то у нас их 42 миллиона резюме на платформе. Самые разные профессиональные области, вся практически покрыта территория России, все вертикали, все отрасли. Мы в этом смысле не концентрируемся на какой-то одной отрасли. Если говорить про работодателей, то с точки зрения количества, конечно, подавляющее число, больше 90, наверное, процентов, это мелкий и средний бизнес, который ищет через нас сотрудников, и крупные компании, которые через нас закрывают, ну, теперь уже можно сказать смело, все позиции от первого лица до рабочего персонала.

С.СТИЛЛАВИН: Слушайте, а чем тогда занимаются отделы HR в компаниях, в принципе?

М.ЖУКОВ: Ну, несмотря на то, что там у них много достаточно рутинной работы, не говоря о том, что о нашем кадровом делопроизводстве советском, они занимаются отбором, они занимаются развитием внутренней культуры, они занимаются, ну, то, что называется имидж работодателя, то есть то, как компания воспринимается именно со стороны рынка труда. Они занимаются анализом.

С.СТИЛЛАВИН: Ну, я понял, люди при делах.

М.ЖУКОВ: Да, там люди заняты.

С.СТИЛЛАВИН: Алексей, нужен какой-нибудь патетический вопрос.

А.КАСПРЖАК: Нет, я просто смотрю, на самом деле, я смотрю на как раз то, что пишут слушатели. Не хочу вступать в дискуссию по поводу сказанного про театр. Я думаю, что мы просто позовем Сашу, и он не откажется прийти, и тогда это можно обсудить.

С.СТИЛЛАВИН: И мы почувствуем себя актерами.

А.КАСПРЖАК: А он сам не против, в этом вся история. Понимаешь, я, как человек, который управлял большим коллективом, могу сказать одну простую вещь. Если ты в этом участвуешь сам, то тогда это работает. Если ты приходишь на это посмотреть…

С.СТИЛЛАВИН: А я тебе скажу, как люди смотрят на это. Вот сегодня у нас была тема про новогодние подарки никчемные, а смотрят люди на работодателя следующим образом. Человек говорит, нам, говорит, подарили кружку с конфетами, а начальник купил себе за семь лямов внедорожник. И вот, когда такое неравенство, трудно болеть за общее дело, когда тебе кружку с конфетами, а он себе там…

ВЛАДИК: Ну, это тоже, своего рода, спектакль такой.

С.СТИЛЛАВИН: Да, да, спектакль. Владик, ты вот всунешь свое и все портишь.

ВЛАДИК: В плохом смысле слова спектакль.

Т.КЕРБИ: Театр Москвы, спектакль.

С.СТИЛЛАВИН: Алексей хоть стал уже улыбаться, замечательно. Предновогоднее настроение.

А.КАСПРЖАК: Ну, кстати, я могу сказать, что у нас очень низкие цифры, у нас вообще ниже 20 редко, когда падало число, ниже 20 процентов.

С.СТИЛЛАВИН: Все ваша вот эта постановка.

А.КАСПРЖАК: Это не в постановке дело. На самом деле, дело, я очень надеюсь, что к Новому году количество оптимистов увеличится, или в связи с Новым годом. У нас же вообще, мы в нашей стране любим такое, в нашей культуре есть этот «авось», и есть это ощущение, что в Новый год что-то такое…

С.СТИЛЛАВИН: Снег выпадет, чудо произойдет.

А.КАСПРЖАК: Снег выпадет, чудо произойдет, все старые болячки уйдут, а новые не появятся, что мы выздоровеем, что мы, не знаю, и так далее, не прикладывая к этому усилий. Мы же воспитаны на ощущении того, что…

С.СТИЛЛАВИН: Чуда.

А.КАСПРЖАК: Чудо случится. Все те передачи, которые мы вели в этом году, они были посвящены ровно обратному. Они были посвящены не ожиданию чуда, а чуду в каждом из нас. Они были или в каждом из наших гостей, которые своим таким, я, когда у Миши спросил, как жизнь? Он говорит – пашем, улыбаемся и пашем. Понимаешь, вот в этом смысле…

С.СТИЛЛАВИН: Нет, ну, несмотря на то, что Миша рассказывал нам про то, что нет отчеств, а ты поддакивал, что веселая атмосфера, я понимаю, что, когда 11 тысяч пластинок, то нужно снимать достаточно серьезный стресс и напряжение на работе в приватной обстановке. Работа-то серьезная, на самом деле.

А.КАСПРЖАК: Вообще тяжелый труд, он такая штука, это просто тем, кто сейчас вместо того, чтобы работать…

С.СТИЛЛАВИН: Строчит гневные, гнусные комментарии. Ребята, вы строчите гневные, гнусные комментарии. А Лебедев сам придет к нам в эфир, и вы ему сами скажете, а он еще вам ответит.

А.КАСПРЖАК: И еще одна вещь на полях. Если честно, я был крайне удивлен, я, когда HeadHunter разместился на NASDAQ, ну, соцсети, мы с Мишей дружим в соцсетях, я это все увидел, это была такая прямо очень эмоциональная история, но не так много наших СМИ об этом написало. И, вообще, это не было такой какой-то, на мой взгляд, не нашло достойного места в информационном поле нашей страны. Я очень надеюсь, что эта ситуация поменяется. Потому что мы как-то своих героев, а это такое, это герои не те, это герои труда, на самом деле. Мы их как-то обходим стороной. Мы пытаемся не заметить и как-то всегда, особенно, если они заработали, а у них капитализация была.

С.СТИЛЛАВИН: Ну, это, кстати говоря, если мы говорим о начальниках и подчиненных, о нанимателях и соискателях, то это наша российская совершенно, я не знаю, как на Западе, я там не работал, но российская традиция. И мы это по себе знаем, и любые люди, я думаю, что знают. За косяк нагоняй, и когда хорошо или нормально, тишина, сайленс. Вот как бы эта традиция управления, она присутствует во многих сферах.

А.КАСПРЖАК: Так что я считаю, Миш, ты прости, что мы тут много говорим сегодня и мало даем тебе сказать, но…

С.СТИЛЛАВИН: Миша, ты нас прости уже. И с наступающим.

М.ЖУКОВ: Взаимно.

С.СТИЛЛАВИН: С наступающим, Алексей. Улыбайтесь.