Шоу Картаева и Махарадзе

СЕЙЧАС В ЭФИРЕ

Что вас раздражает в общественном транспорте?

скоро в эфире

07.11.2019 09:00
Роман Лола о коллективе, которому нужен личностный рост смотреть слушать скачать
О переезде производства в Вологду и как сохранить рабочие места, лидерских инициативах и личностном росте рассказал генеральный директор ООО "Айсберри Групп" Роман Лола.

С.СТИЛЛАВИН: Друзья, ну, что же, наша рубрика «Россия – страна возможностей». Мы с Алексеем Каспржаком. Леш, доброе утро.

А.КАСПРЖАК: Привет.

С.СТИЛЛАВИН: Алексей вновь в зеленой жилетке пришел, мерзнет. С ректором Мастерской управления «Сенеж» и зам. генерального директора как раз «России – страны возможностей». Рады каждую, ну, иногда это среда, иногда четверг, иногда вторник.

А.КАСПРЖАК: Сереж, я предлагаю зам. генерального директора России.

С.СТИЛЛАВИН: Просто.

А.КАСПРЖАК: Пауза.

С.СТИЛЛАВИН: А у вас амбиции.

А.КАСПРЖАК: У меня, да, конечно.

С.СТИЛЛАВИН: Надо их умерить. Мы рады приветствовать в нашей студии уважаемых гостей. Сегодня Роман Юрьевич Лола к нам пришел. Роман Юрьевич, доброе утро.

Р.ЛОЛА: Доброе утро.

А.КАСПРЖАК: Лола.

С.СТИЛЛАВИН: Просто у меня в тексте ударение как раз проставлено наоборот, понимаете, в этом проблема. Генеральный директор «Айсберри Групп». И Роман Юрьевич пришел не с пустыми руками, с двумя коробками, ну, в общем-то, в принципе, праздничный у нас сегодня получается эфир, потому что это воспоминание о детстве. Да я вообще, в принципе, с ним и не расставался, потому что мороженое это такая история.

Вот я был студентом, когда у меня не было денег на завтраки, ну, на полноценные на какие-то обеды, я выход из положения нашел. Мне было там, сколько 18-19 лет, я съедал два стаканчика мороженого, пломбира, и, в принципе, это был вариант очень неплохой перекуса такого.

А.КАСПРЖАК: Хорошо, что мы в радийном эфире.

С.СТИЛЛАВИН: Не в каком?

А.КАСПРЖАК: Не в телевизионном.

С.СТИЛЛАВИН: Вы хотите мою внешность корректировать?

А.КАСПРЖАК: К чему это привело.

С.СТИЛЛАВИН: Привело другое, потому что, когда, если честно, привела к этому история с переездом в Москву. И когда были такие вот у нас трения с трудовым коллективом, которому не очень объяснили, чего за Бачинский и Стиллавин приехали, чего это за черти вообще, и нас, на самом деле, я могу сказать, не очень корректно гнобили в коллективе. А у нас под боком находился американский ресторан, как это принято называть, и там я заедал эту грусть гамбургерами. И вот с тех пор, честно говоря, я пытаюсь с этим справиться. Мороженое к этому не привело, мороженое замечательное вообще.

А.КАСПРЖАК: Вообще мороженое полезный продукт?

Р.ЛОЛА: Конечно, в больших количествах особенно. Нет, ну, если серьезно, то мороженое, как любой продукт надо потреблять в разумных каких-то мерах. Но продукт натуральный, молочный, равно, как и другие молочные продукты.

С.СТИЛЛАВИН: Роман Юрьевич, ну, вот вы внешне не похожи на мороженщика. Вот, если я представляю…

Р.ЛОЛА: А вам как представляется? Опишите, пожалуйста.

С.СТИЛЛАВИН: Мороженщика?

А.КАСПРЖАК: Во-первых, это женщина.

Р.ЛОЛА: С этим, правда, есть сложности в перевоплощении. Слишком консервативно.

С.СТИЛЛАВИН: Ну, во-первых, вы, так сказать, стройный.

Р.ЛОЛА: Спасибо.

С.СТИЛЛАВИН: Ну, это не комплимент, это факт. То есть, я понимаю, что, в принципе, есть уже невозможно.

Р.ЛОЛА: Спорт, стресс, отсутствие гамбургерных вокруг, в режиме досягаемости.

А.КАСПРЖАК: Сереж, давай вернемся.

С.СТИЛЛАВИН: Наша цель, да.

А.КАСПРЖАК: Наша цель, цель этой передачи убедить или объяснить нашим слушателям, что Россия является страной возможностей. Вы, как яркий представитель такого бизнеса фактически с нуля, который вы сами создали своими руками, причем, судя по вашей биографии, было несколько разных бизнесов, и это просто самый такой сегодня приятный, видный и заметный. Являетесь сами собой, являетесь подтверждением…

С.СТИЛЛАВИН: Не, погодите, вот прямо так с нуля?

Р.ЛОЛА: Нет, зачем с нуля? С нуля начинал Микоян в 1938 году, открывший замечательный завод «Айс-Фили», и который был первый. Но мы с партнером, безусловно, с партнерами, мы приняли активное участие в том, чтобы этот завод переместить физически в другой регион, поскольку он находился, ну, там, где он всегда находился, на Филях, там, естественно, были другие планы у многих влиятельных людей на эти чудные 4 гектара. Там сейчас находится замечательный торговый центр, плюс еще что-то.

С.СТИЛЛАВИН: Ну, давайте скажем, это в районе Кутузовского.

Р.ЛОЛА: Да, безусловно. Поэтому нам было предложено, значит, в хорошем смысле освободить площадку.

С.СТИЛЛАВИН: Освободите помещение, пожалуйста.

Р.ЛОЛА: Да, площадку, поскольку там еще была такая штука, как аммиак в количестве 70 тонн.

С.СТИЛЛАВИН: Это про запас?

Р.ЛОЛА: Нет, это не про запас, это для холода. И к нам периодически каждую неделю приходили люди и говорили – вот, знаете, а вот надо провести очередные учения, и так далее. И мы, собственно, переехали в Вологду.

С.СТИЛЛАВИН: Это какой год, когда вы?

Р.ЛОЛА: 2009, 2008. 2007, 2008, 2009, вот где-то в этом начался процесс в 2007, закончился в 2008. Переехали мы в Вологду, а там мы действительно начинали практически с нуля. Мы там, на территории овощебазы, где был такой небольшой цех по производству мороженого, мы его приобрели и дальше перевезли туда оборудование, частично новое купили.

С.СТИЛЛАВИН: Вологда вообще легендарный регион. Я сам там был, и привез оттуда, мы на машине ездили к Деду Морозу через Вологду.

Р.ЛОЛА: Да, Великий Устюг.

С.СТИЛЛАВИН: Мы на машинах ездили 400 километров.

Р.ЛОЛА: Там Иван Грозный, Дед Мороз, там это все.

С.СТИЛЛАВИН: Иван Грозный вообще это и есть Дед Мороз. Мы туда ездили и, конечно, Вологда славится своим маслом, помните, отстаивали этот завод.

Р.ЛОЛА: Однозначно, завод имени Верещагина, чудесное предприятие.

С.СТИЛЛАВИН: Да, и это прекрасное масло вологодское, оно действительно вкусное. Я, в принципе, не сторонник большого количества жира, я по сахару больше, но масло там чудесное в этих бочонках во всяких, и оно просто классное. И там же молоко, правильно, это же не легенда все.

Р.ЛОЛА: Там же молоко. Это не легенда, действительно, молоковозы у нас регулярно возят молоко, приезжают на завод, сливают его в молокоприемку, дальше там происходят всякие разные интересные процессы.

С.СТИЛЛАВИН: Но я прервал вас. Без потерь удалось перевезти оборудование все? Это, как эвакуация была?

Р.ЛОЛА: Ну, оборудование, как эвакуация, да. Вот несколько эшелонов, знаете, где-то заплутали на просторах и весях. На самом деле, практически без потерь. Героизм, конечно, был величайший, потому что мы за 6 месяцев, по сути, мы закончили выпускать где-то в ноябре, по-моему, а в мае мы уже на новом месте выпускали то же количество, которое делали до этого. В общем, героизм феноменальный.

И это все совпало, нам немножко повезло, это все совпало с экономическим, если помните в 2008 году было, в 2009 в начале, нас задело сильно кризисом, и нам просто в этом смысле, извините, повезло, потому что были там строители, были специалисты всевозможные, которые просто высвободились, и мы могли их мобилизовать, активно все это сделать. Поэтому в 2009 году стали выпускать на новом месте. Ну, и с тех пор вырастили этого большого, один из крупнейших…

С.СТИЛЛАВИН: 10 лет?

Р.ЛОЛА: Да, за 10 лет, вырастили один из крупнейших заводов.

С.СТИЛЛАВИН: Вам пришлось там заниматься капитальным строительством?

Р.ЛОЛА: Безусловно, мы там только тем и занимались первое время. Капитальным строительством, мы перестраивали бывшие здания овощебазы, собственно говоря, в завод, пристраивали корпуса, соответственно склады и так далее. Сейчас, в общем, это одно из крупнейших предприятий, которое делает, не знаю, большие достаточно объемы.

С.СТИЛЛАВИН: Я, честно говоря, не слышал об этой истории переселения предприятия. Вам это зачем надо было? Вы могли бы обойтись, в принципе, ну, нужна земля, дайте денег и мы освободим и пойдем дальше отдыхать?

Р.ЛОЛА: Хороший, да, вопрос. Когда пока у нас были какие-то мысли на этот счет, зачем, потому что могли бы действительно как-то выйти за пол виста, что называется, как говорят преферансисты, и все.

С.СТИЛЛАВИН: Ну, честно, зачем?

Р.ЛОЛА: Честно, наверное, потому что мы, ну, два момента основных. Первое, как-то вот бросать все чисто морально как-то непонятно было, ну, непривычно как-то взять чего-то, бросить и прекратить.

А.КАСПРЖАК: Не по-хозяйски.

Р.ЛОЛА: Вот, правильное слово.

С.СТИЛЛАВИН: Тем более под давлением.

Р.ЛОЛА: Ну, не особо давление, тут, скорее, финансовые какие-то соображения. А, во-вторых, все-таки была такая надежда, не хочу сказать, что это была какая-то уверенность, была надежда, что этот бизнес, он, в целом, может быть прибыльным, расти и как-то развиваться. Потом это превратилось уже в некую уверенность. Ну, и сейчас мы, в общем, практически…

С.СТИЛЛАВИН: Нет, а пафосные мысли государственные лезли в голову, типа – я спасаю, так сказать, легенду?

Р.ЛОЛА: Нет, то, что не хотелось увольнять людей, то, что хотелось создать какую-то проекцию в будущее, скажем так, для тех людей, с которыми мы общаемся, с которыми я общаюсь, это, безусловно, было. Какие-то мысли государственного значения, они, конечно, не посещали. Сложно было, понимаете, если показать фотографии то, как это было, там мысли государственного значения не могли посещать по определению.

С.СТИЛЛАВИН: А как сохранить рабочие места, если, в общем-то, работали москвичи, а теперь завод в Вологде?

Р.ЛОЛА: Ну, а здесь очень все просто, потому что, во-первых, часть людей, специалисты, с которыми мы все это поднимали, они переехали в Вологду. Удивительно, кстати, я был удивлен, что женщины, в основном, из Москвы, ключевые специалисты, они поехали в Вологду временно…

С.СТИЛЛАВИН: Это технологи, да?

Р.ЛОЛА: И остались там жить, потому что прекрасный город и прекрасные условия.

С.СТИЛЛАВИН: Ну, он красивый, кстати говоря.

Р.ЛОЛА: И это я для всех хотел сказать, что жизнь за пределами МКАДа, она есть и она во многом даже не хуже, чем внутри. А второй вопрос, конечно, местные специалисты удивительно классные, и многие с нами работают до сих пор, практически большинство, костяк предприятия у нас не поменялся, шикарные в хорошем смысле слова, какие-то с высокими ощущениями к жизни, правильным отношением люди.

А.КАСПРЖАК: Роман, слушай, вот вы смотрели вчера футбол?

Р.ЛОЛА: Да, к сожалению, последние 30 минут только. «Локомотив», вы имеете в виду?

А.КАСПРЖАК: Да, «Локомотив». Впечатление?

Р.ЛОЛА: Хорошее впечатление до 92-й минуты, как у нас водится.

С.СТИЛЛАВИН: Хорошее впечатление с 60-й?

А.КАСПРЖАК: На самом деле, я просто был на стадионе, я могу сказать, что даже последняя минута общего впечатления не испортила. Я подвожу к вопросу. Просто я был пару лет назад, наблюдал «Локомотив» в каком-то кубковом матче, это была полупустая трибуна, ну, какая полупустая, там тысяч 5-7 максимум было. Вчера было 30 почти. Это был отвратительный футбол, ну, просто, которого, они просто ходили по полю.

За эти два года появилась игра, появилась команда. Она, конечно же, классом уступает «Ювентусу», как есть, но это команда. И как, тут сложно не сопоставить, что это связано с возвращением главного тренера и с тем, что в команде появились какие-то правила. Вот в вашей компании есть очень внятные правила жизни. Я бы сказал даже не правила, а ценности, которые объединяют людей. И мне кажется, что когда Сережа спрашивал про такую некую государственную задачу, государственная задача, она же заключается не в том, что мы тут государство спасаем, а мы дело делаем. И это очень четко выражено в ценностях вашей компании. Можно про это? Как это рождается вообще?

Р.ЛОЛА: Спасибо. Ну, во-первых, про футболистов, я совершенно согласен, что стало интересно ходить, смотреть и видеть по телевизору, и, тем более, на стадионе. Играют на уровне, играют и совершенно верно, меняется подспудно что-то, начинает меняться медленно, и вдруг вы понимаете, что по-другому уже нельзя. Что касается нас, ну, мы для себя как сформулировали. Ну, во-первых, все-таки требуются определенные лидерские инициативы. Ну, вот там какие-то правила, я там, когда эту компанию возглавил, я, по сути, писал сам.

С.СТИЛЛАВИН: Ну, в вас это откуда?

А.КАСПРЖАК: Потребитель не просто прав, а интересен, как личность. Это…

С.СТИЛЛАВИН: Цитата?

А.КАСПРЖАК: Это цитата.

С.СТИЛЛАВИН: Но в вас, откуда это? Пусть нескромно, но…

Р.ЛОЛА: Ну, я учился у хороших учителей, я закончил Московский университет, и до сих пор считаю, что это одно из лучших мест, скажем так, я не говорю про образовательную программу, а с точки зрения коллектива, людей.

С.СТИЛЛАВИН: Климата.

Р.ЛОЛА: И климата какого-то, вот именно культуры общения, и какой-то познавательной культуры, это экономический факультет МГУ. Потом у американцев, у наших партнеров, как мы их называем теперь, провел почти 4 года, и так далее. Потом работал в такой очень известной тоже интеллектуальной достаточно компании, то есть, в целом, какой-то багаж был.

Но дальше вы начинаете, собственно говоря, смотреть вокруг, и если у вас есть определенный здравый смысл, желание что-то делать, то вы понимаете, безусловно, что единственный способ что-то сделать, это сделать для людей, по крайней мере, для лучшей их части, интересным то, что вы им предлагаете. Заставить или как-то, не знаю, скажем так, проконтролировать, узкое слово такое, не люблю, это нельзя. При больших коллективах и на долгую дистанцию это нельзя. Должно быть интересно.

С.СТИЛЛАВИН: Людям.

Р.ЛОЛА: Да, людям, которые с вами.

А.КАСПРЖАК: Четвертый принцип – жить надо интересно.

Р.ЛОЛА: Да. Чтобы было интересно, нужно, ну, на мой взгляд, первое это некие изменения, желательно в позитивную сторону. Они могут быть не революционными, желательно, чтобы они даже были неотвратимы, но что-то должно меняться. То есть, грубо говоря, парадигма роста, например, роста экономики, роста любого бизнеса, она не только в том, что надо больше денег, чтобы было больше денег, это очень примитивное и неверное восприятие. А это, в том числе, открывает определенные перспективы перед людьми, которые ищут чего-то нового в жизни. И от этого становится интересно.

С.СТИЛЛАВИН: Это личные перспективы, персональные или командные?

Р.ЛОЛА: А командные, они всегда лучше, чем только личные. Когда вам есть, с кем поделиться и порадоваться вместе, это всегда более сильные эмоции, чем личные. Я всегда, когда я, если со спортом брать аналогии, то я был в индивидуальном спорте, я всегда завидовал людям, которые играли в командах, потому что у них, конечно, вот эти их успехи, они более явственно ощущаются. С определенным романтизмом, который еще присутствует в юношеском возрасте. Конечно, сейчас, глядя уже на гонорары и прочее, может быть, кто-то может поспорить. А так, в принципе, конечно, команда.

С.СТИЛЛАВИН: Ну, а вы людям что-то это как? В виде обещаний были эти перспективы? Как им объяснить, что будет лучше?

Р.ЛОЛА: Понимаете, как, надо представить какую-то общую мысль, общую идею, которую люди как-то, ну, с одной стороны…

С.СТИЛЛАВИН: Понять, что им надо.

А.КАСПРЖАК: Она не им надо. Они делают то, что нужно другим. И это большая идея, которая стоит, это же не только мороженое, это же кусочек счастья.

Р.ЛОЛА: В том числе. Я абсолютно согласен. То есть это вопрос, что вы делаете для других людей, что вы делаете для своих коллег, что вы делаете, в том числе, и для себя. Люди говорят, например, личностный рост, это парадигма такая.

С.СТИЛЛАВИН: Пресловутое слово.

Р.ЛОЛА: Пресловутое. Вот, когда из западных компаний приходят люди, такое слово есть русское на букву там одну, я говорю, как у вас называется вот этот человек? Человек, не способный к личностному росту. Вот у нас это называется коротким словом (неразборчиво). Поэтому мы немножко с юмором относимся к таким формулировкам.

С.СТИЛЛАВИН: Ах, вот, кто такой, который не может личностно расти.

Р.ЛОЛА: Недостаточно личностно растет, да. И мы, конечно, с юмором к этому относимся. Но, в целом, идея, в чем состоит, что этот личностный рост, назовем его так в кавычках, он не совсем личностный. Он, естественно, рост, который предполагает какую-то группу людей, которые делают одно дело. Сейчас по-другому невозможно. Сейчас и технологически…

С.СТИЛЛАВИН: То есть личность, вот тут важная мысль, не может вырасти вот так вот на чистом поле, в чистом виде, рафинированно.

А.КАСПРЖАК: Ей станет скучно.

Р.ЛОЛА: Совершенно верно, вот абсолютно, Алексей. Ей станет скучно. Ну, опять же, это, наверное, мы, как экстраверты тут, сидим по радио. Конечно, люди разные все. Я немножко, может быть, изменю формулировку, я скажу, что самое главное, как мы себе это видим, что нам важно создать среду, где проявляются лучшие качества наших сотрудников. Потому что люди все разные, кто-то интровертный, кто-то…

С.СТИЛЛАВИН: Создать для людей условия.

Р.ЛОЛА: Да, чтобы проявлялись их лучшие качества. Потому что одни и те же люди.

А.КАСПРЖАК: Все нормально. Я прошу прощения, я смотрю на часы первый раз.

С.СТИЛЛАВИН: Да, а часы тикают.

А.КАСПРЖАК: Первый раз смотрю. Подожди, я считаю, что мы как раз разогрели аудиторию, и можем задать ей вопрос.

С.СТИЛЛАВИН: Мороженым разогрели холодным.

А.КАСПРЖАК: Задать ей вопрос и начать голосование.

С.СТИЛЛАВИН: Друзья, сегодня у нас вкусная программа в прямом и переносном смысле. Мне лично очень интересно слушать нашего гостя, потому что там можно много рассуждать, какие университеты он закончил, Роман Юрьевич Лола, генеральный директор «Айсберри Групп».

Ну, я вот таких людей иногда вижу не каждый день, но я скажу так – энергетически особенный человек. Вот энергетика особенная. Мы даже, вот находясь в студии, мне кажется, он заражает этой историей. То есть такому человеку в плане перспектив какого-то общего дела хочется поверить, что это получится. Потому что бывают сухие люди, знаешь, которые, ну, ты на него смотришь, а он не прозрачный, то есть он так вот, есть какая-то маска, костюм хороший, все, а чего там у него внутри, непонятно.

Здесь другая совершенно история. Слушайте, и очень симптоматично, Владик обратил внимание на наше голосование, оно идет, вы можете на него повлиять, друзья мои, своей собственной смской. Как обычно мы с Алексеем Каспржаком призываем вас отдать свой голос. Вот прислали из Финляндии «М2», то есть «не страна возможностей». Человек прислал из Финляндии.

А.КАСПРЖАК: Кстати, мороженое Лола продает не только в России.

Р.ЛОЛА: Это правда.

С.СТИЛЛАВИН: Мы перед эфиром говорили, что поставки даже в Африку идут.

Р.ЛОЛА: И в Африку. Вот мы недавно были на замечательном форуме, где…

А.КАСПРЖАК: В Сочи.

Р.ЛОЛА: В Сочи, да. Во-первых, конечно, вот только от меня лично какое-то впечатление, я очень-очень в хорошем смысле потрясен, потому что, ну, при всех разговорах скептических, зачем нам эта Африка, коллеги, я хотел бы сказать, что, ну, Африка не та уже, которую Советский Союз тащил на себе выборочно всеми силами истощаемыми. Африка это страна, которая в состоянии покупать, платить, в состоянии быть интересным рынком, поэтому, ну, хотел бы сказать, что мы туда продаем.

С.СТИЛЛАВИН: Ну, для вашего производства это, в общем-то, беспроигрышный вариант, потому что в Африке не бывает снега и падения продаж мороженого.

Р.ЛОЛА: Однозначно, уж чего-чего, а сезонность там, как мы говорим, менее ярко выражена. Но там есть определенные нюансы, потому что дорогую продукцию туда продать невозможно, мы продаем туда, в общем, с низкой рентабельностью, но перспективы, мы считаем, очень хорошие.

А.КАСПРЖАК: А вот российское или русское мороженое за рубежом это бренд?

Р.ЛОЛА: Да, безусловно, однозначно.

А.КАСПРЖАК: Эскимо?

Р.ЛОЛА: Мы сейчас это видим в Китае, где мы активно работаем.

С.СТИЛЛАВИН: Так там подделки есть, я так понимаю, да?

Р.ЛОЛА: Слушайте, Китай большой, там все есть, это больше, чем Греция, там все есть, да. И там в этом смысле, конечно, и подделки есть, и всевозможные там есть. Слушайте, там очень много наши китайские товарищи, они, в общем, не стесняются в том, чтобы регистрировать на себя достаточно быстро товарные знаки и потом выпускать все, что угодно под этими товарными знаками. Но, слава богу, нас миновала участь сия, мы там как-то своевременно, благодаря нашему, в том числе, торгпредству уважаемому, были как-то предупреждены. Но я знаю наших многих коллег, которые, в общем-то, пострадали от этого.

Но дело не в этом. Сейчас рынок огромный, естественно, он требует каких-то правильных подходов. Но однозначно русское мороженое, российское мороженое это бренд, однозначно. Ну, и благодаря, естественно, определенным действиям, которые наше руководство в свое время…

С.СТИЛЛАВИН: Алексей, возвращаясь к истории с коллективом, которому нужен личностный рост, и к людям, которые личностно вырасти не могут. Вот с вашей точки зрения, вот вы многих людей, вы взрослый человек, в своей жизни повидали, вот процент, примерная доля, ну, абсолютно как бы бесперспективных граждан с точки зрения роста, вот доля эта какова, чтобы представлять себе ситуацию?

Р.ЛОЛА: Человек, не способный к личностному росту, мы называем это.

С.СТИЛЛАВИН: Да, их много?

Р.ЛОЛА: Из пяти букв.

А.КАСПРЖАК: Слушайте, а я один не понимаю, чего за слово?

ВЛАДИК: Не надо сейчас это слово.

С.СТИЛЛАВИН: Это вариант слова чудак.

Р.ЛОЛА: Молодцы, приятно иметь дело с…

С.СТИЛЛАВИН: С профессионалами.

Р.ЛОЛА: Да, с одинаково мыслящими людьми.

А.КАСПРЖАК: Просто я пытался из первых букв сложить, у меня не получалось.

Р.ЛОЛА: Пока «no comment», потом, наверное, подумаем.

С.СТИЛЛАВИН: Как помочь. Так вот, какая доля людей, с которыми работать невозможно?

Р.ЛОЛА: Ну, я думаю, процентов 10-15 есть. Я вот прямо скажу. Потому что у нас есть такая история, когда мы, ну, подходы разные могут быть, давайте мы поручим чего-то другое, давайте еще чего-нибудь поручим и так далее. Я всегда вспоминаю историю про начальную школу, где как-то никому же нельзя отказывать, всех берут, да?

С.СТИЛЛАВИН: Закон.

Р.ЛОЛА: Да, закон. А я вот рос в «Выхино», в «Жулебино», у нас там не было каких-то элитных школ вокруг, и вот ходили все в школу поблизости. И там правила игры, так получалось, задавали вот те 10 процентов, которые, к сожалению…

А.КАСПРЖАК: Были неспособны к личностному росту.

Р.ЛОЛА: Ну, скажем так, да. И настолько неспособны, что…

С.СТИЛЛАВИН: Тянули за собой.

ВЛАДИК: Сильно неспособны.

Р.ЛОЛА: Сильно неспособны, вопиюще неспособны. Но, к сожалению, учителя и так далее, они вынуждены были 90 процентов времени тратить на вот это. Потом, когда в 8-м классе как-то размежевались, стало проще. Я к чему, понятно, что люди все разные и так далее, но надо понимать, что, ну, мы не должны и не можем, мы совершенно точно не можем правила игры строить под людей не самых лучших. Мы должны все-таки пытаться середину подтягивать, а на лучших равняться как бы. И, конечно, можно пытаться перевоспитывать, в конечном итоге, иногда это бывает тяжело в организации, которая хочет развиваться и двигаться вперед.

С.СТИЛЛАВИН: А вопрос вот важный. Вопрос о взаимодействии с людьми вашего уровня? Вот я множество историй знаю, когда бизнесы ломаются или какие-то творческие даже союзы, или еще что-то, из-за того, что главные люди начинают тянуть одеяло на себя, ругаются, делят деньги.

ВЛАДИК: Неправильные шаги.

С.СТИЛЛАВИН: Вот в этом смысле, как удержать равновесие, когда несколько, грубо говоря, хозяев, владельцев, авторов, чтобы это все не рухнуло?

Р.ЛОЛА: У меня такой проблемы нет, поскольку я все-таки управляющий, и есть уважаемый человек, который является для меня полным авторитетом, является контролирующим. Но я видел много ситуаций, когда при равных партнерствах люди расходились даже, можно по пальцам пересчитать, которые существуют.

С.СТИЛЛАВИН: Да, вот об этом.

Р.ЛОЛА: Почему это происходит? Ну, это происходит, в целом, ну, знаете, человек с возрастом, он обрастает некоей жесткой конфигурацией. Иногда она…

С.СТИЛЛАВИН: Костенеет.

Р.ЛОЛА: Да, костенеет. Иногда в неких неправильных формах. И стыковать вот эти две неправильно выросшие, как бы какие-то сталактиты и сталагмиты становится сложнее. Обратите внимание, дети, они же приходят, они моментально друг с другом общаются и так далее. А с возрастом, с каким-то происходит вот эта вот некая такая…

С.СТИЛЛАВИН: Корежит их.

Р.ЛОЛА: У медиков такое – кальцинизация форм происходит. И, конечно, сложнее, какое-то эго появляется, иногда здоровое, иногда не очень у людей такое выпирающее. Иногда какие-то обиды накапливаются и так далее. Это все вполне естественный процесс. Но это, скорее, к психологии, чем к бизнесу как к таковому, мне кажется.

С.СТИЛЛАВИН: Роман Юрьевич, а вы же разными бизнесами занимались? Нельзя сказать, что вы, так сказать, мороженщик с молодых ногтей.

Р.ЛОЛА: Нет, нет.

С.СТИЛЛАВИН: Были аптеки, были книги.

Р.ЛОЛА: Были.

С.СТИЛЛАВИН: Вот эти бизнесы, они разные вот, в целом?

Р.ЛОЛА: Ну, как бизнесы, конечно, разные.

С.СТИЛЛАВИН: Для вас.

Р.ЛОЛА: Как бизнес-модели, безусловно, разные. С точки зрения отношения к людям, с точки зрения какого-то, ну, общей логики построения команды, назовем это слово, хотя мы его не очень любим, это, в принципе, одно и то же. Но я-то разный, понимаете.

Когда ты что-то начинаешь, тебе кажется, что там денежный поток, это самое главное, что есть в бизнесе, особенно, когда его мало. А когда его становится больше, ты понимаешь, что это может быть не самое главное, а самое главное, что, ну, понимаете, это вот яйцо и курица, такие вопросы.

Но, в целом, бизнесы разные, обстановка в стране разная, конкуренция разная, безусловно, люди разные, уровень компетенции разный, поэтому очень много разного. А с точки зрения того, что бы я бы делал там и делаю сейчас, очень много одинакового я бы делал тогда, если бы я сейчас там. Но я, к сожалению, не все это делал.

С.СТИЛЛАВИН: Но, смотрите, они ведь разные эти бизнесы по рискованности. Ну, мне кажется, аптеки, это люди всегда хотят лечиться и, к сожалению, и нуждаются в этом.

Р.ЛОЛА: Ну, я не соглашусь. «36,6» это была первая организация, которая, мы изменили слоган. Это как раз была история, что аптеки, люди, куда ходят, когда они болеют, а если вы помните, появился такой – аптеки здоровья, сейчас вспомню, красота, что-то такое у нас было.

С.СТИЛЛАВИН: Вот, смотрите, аптеки круглый год, мороженое сезонная история, и совсем непонятно, грубо говоря, с книгами, потому что узок круг этих революционеров, как говорится.

Р.ЛОЛА: Слушайте, вы знаете, аудиторию Пушкина, какая она была? 50 тысяч человек по подсчетам определенным, просто грамотных столько было. Это не делает его менее Пушкиным. Поэтому тот факт, что сейчас читают, ну, приблизительно в такой же процентовке, как и тогда по другим причинам, это не делает литературу, книги и прочее…

С.СТИЛЛАВИН: Ну, мы очень гордились тем, что мы самая читающая страна в мире, было такое в Советском Союзе.

Р.ЛОЛА: Между строк, да, самая читающая.

С.СТИЛЛАВИН: Простите, Алексей, я вас прервал.

А.КАСПРЖАК: Я все-таки пытаюсь вернуться к нашему вопросу. Мы задаем его зрителям…

С.СТИЛЛАВИН: Слушателям.

А.КАСПРЖАК: Пардон, слушателям, ты все исправляешь. А можно задать его вам? Для вас, судя по вашему послужному списку, страна является страной возможностей.

Р.ЛОЛА: Безусловно.

А.КАСПРЖАК: Плюс к этому, вы работаете не только здесь, но и за рубежом. Можно сравнить, почувствовать?

Р.ЛОЛА: У меня был опыт, когда я был, я, в основном, в Америке какое-то время был, но это та Америка, она была до 11 сентября, и это большая разница. Поэтому то, что я там видел, это, безусловно, открытость, это, безусловно, готовность воспринимать любого человека, основываясь на его заслугах, это я все видел своими глазами.

Что касается сейчас, сейчас ситуация поменялась существенно, на мой взгляд, не знаю, это тема другого большого разговора. А вот, что касается России, то мое глубокое убеждение, поскольку и Советский Союз в какой-то степени каждый человек мог создавать вокруг себя свой мир, в котором он мог, вести свою систему координат, в которой он мог как-то что-то делать. Вот это очень такой вопрос, это, скорее, вопрос внутренней философии, первое.

Второе, то, что среда, которая здесь вот есть в России, ну, во-первых, мне есть, с чем сравнивать. Знаете, я, когда приезжаю в Африку, я во многих странах был в последнее время, коллеги, ну, во-первых, мы живем в условиях совершенно феноменальной хорошей инфраструктуры. Это касается инфраструктуры, банковской инфраструктуры.

С.СТИЛЛАВИН: Давайте честно скажем, вода.

Р.ЛОЛА: Дорожной инфраструктуры, воды. Причем дорожной, я говорю не только про Москву, я говорю про другие города, сейчас стало это все. Понимаете, грамотность у нас всеобщая, извините, это тоже, ну, я сравниваю, конечно, понятно, не с самыми, может быть, лучшими, но это означает, что инфраструктурно…

С.СТИЛЛАВИН: Роман Юрьевич, мы возьмем короткую паузу. Мы по техническим нашим регламентам прервали ответ на вопрос про сравнение.

А.КАСПРЖАК: Сереж, ну, я к нему по-другому чуть-чуть подведу.

С.СТИЛЛАВИН: Давайте по-другому.

А.КАСПРЖАК: Просто давайте представим себе сегодняшнего слушателя, который слушает, и у него образ следующий – что некий человек, родившийся в Москве, но, правда, в «Выхино».

Р.ЛОЛА: Родился не в «Выхино», но там оказался, это еще хуже.

А.КАСПРЖАК: Ну, не важно. А, там оказался. Он вот учился, рос в те времена, потом воспользовался ситуацией.

С.СТИЛЛАВИН: Как-то.

А.КАСПРЖАК: Как-то хитро, наверняка, отрейдерил завод, который стоял прямо, надо сказать, на Кутузовском проспекте рядом, наверное, где-то недалеко от него. Чего-то там воспользовался советским брендом Вологды плюс мороженого. Сейчас вот тут рассуждает о том, какая у нас страна возможностей для тех, вот расскажите это для тех, кто сегодня в «Выхино».

Р.ЛОЛА: Ну, с удовольствием, слушайте. Мне кажется, ну, отчасти, ну, так фактологически вроде как все правильно, а, по сути, все неправильно. Как говорит наш партнер Дональд Трамп, это альтернативный факт. Его пресс-секретарь, по крайней мере. Я хочу сказать, что, во-первых, понятно, что не у всех есть возможность как-то, такими семимильными шагами двигаться, которые представлялись нам в свое время, у нас социальные лифты в 90-е были совершенно феноменальные. Все это прекрасно понимают.

А.КАСПРЖАК: Я бы даже не называл их социальными.

Р.ЛОЛА: Они, скорее, да, были просто лифты. Ну, какие-то, в общем. Это понятно. Но при этом, что я пытаюсь сказать. Независимо от внешних проявлений какого-то изменения прогресса, вы поймите, 1984-1986 год Таманская дивизия, очень было сложное место для пребывания, но и в то же время там, в Советской Армии люди, в том числе, находили какой-то позитив, какие-то…

А.КАСПРЖАК: Вам бы Градский сейчас помог, он бы сказал – времена не выбирают, в них живут и умирают.

Р.ЛОЛА: Живут и умирают. Только это не Градский, если я не ошибаюсь.

А.КАСПРЖАК: Он пел это, по-моему.

Р.ЛОЛА: Это питерский поэт.

А.КАСПРЖАК: Питерский поэт, я не помню фамилию, но пел это Градский.

С.СТИЛЛАВИН: И вот дивизия?

Р.ЛОЛА: Поэтому и там, в условиях какого-то Гороховецкого учебного центра, учения в минус 40 и так далее, люди, они, тем не менее, делятся на тех, которые как-то…

А.КАСПРЖАК: Находят смыслы.

Р.ЛОЛА: Находят смысл. Ну, смысл там сложно было искать, там надо было выживать. Но некоторые выживают более как-то оптимистично.

А.КАСПРЖАК: Это тоже смысл.

Р.ЛОЛА: А некоторые как-то грустнеют и сразу причем, еще до наступления каких-то. То есть это вопрос внутренней организации человека, в первую очередь, а не внешней среды, коллеги, я на этом буду настаивать. Но при этом люди, еще раз говорю, им надо…

А.КАСПРЖАК: Россия – страна возможностей для людей, которые чувствуют эти возможности в себе.

Р.ЛОЛА: Это, безусловно, любая страна, начнем с этого. Россия в этом смысле не хуже и не лучше. Но я хотел бы акцентировать внимание на то, что в России есть минимум необходимого, для того чтобы реализовываться профессионально. Мы сейчас говорим про профессиональную реализацию. Поскольку, ну, скажем так, я не говорю, что можно достичь каких-то там больших высот и при этом быть незамеченным, и при этом как-то, вот есть проблема потолка роста как бы, это другая проблема.

То есть, я не совсем в розовых очках, я понимаю, что есть проблема, когда лучше не перерастать определенных размеров, по крайней мере, для большей части нашего населения. Но это для огромных масс людей есть все возможности открывать собственный бизнес, начинать дело. Сейчас есть. Я практически знаю многих, которые это делают. Есть возможность работать, есть возможность учиться и так далее. В этом смысле, безусловно.

А.КАСПРЖАК: Вы знаете, я с вами поспорю здесь чуть-чуть. Я пытаюсь специально занять эту позицию. Вы начали сравнивать, говорить о Штатах, я в свое время, когда работал в «Высшей школе экономики», и был проректором там, я ездил на учебу в Штаты посмотреть американские вузы. С американскими вузами все хорошо, ну, или с хорошими американскими вузами все хорошо. Вопрос не в этом.

Я тогда курил. С утра, выйдя на улицу, я пытался найти себе место, ну, там внутри нельзя, соответственно это совсем с утра, на меня смотрели, мне соболезновали, как больному. Но вопрос не в этом. Мне соболезновал дворник, который был афроамериканцем, но который был абсолютно доволен собой, собственным делом и тем, чем он занимался.

Р.ЛОЛА: Так точно.

А.КАСПРЖАК: Вот в нем была абсолютная уверенность в том, что это круто. Вот много ли у нас этих возможностей. Почему? Потому что у него была своя лестница и своя возможность. Много ли в нашей стране таких возможностей?

Р.ЛОЛА: Немного. Ну, скорее, я вам скажу так, это опять же вопрос внутренней философии. У меня есть такое выражение – нет ничего более счастливого, чем итальянские дорожные рабочие на обеде. Потому что, когда ты проезжаешь и видишь эти абсолютно счастливые лица.

С.СТИЛЛАВИН: Роман Юрьевич, весь вопрос в том, что король задавания вопросов Алексей Каспржак всегда задает под конец часа замечательные вопросы, но времени-то практически нет.

ВЛАДИК: На ответ нет.

С.СТИЛЛАВИН: Роман Юрьевич Лола, генеральный директор «Айсберри Групп» сегодня был у нас. А мы хотели бы его еще раз увидеть. Хорошо?

Р.ЛОЛА: Хорошо.

С.СТИЛЛАВИН: Все, спасибо.