10.09.2015 16:00
Большое интервью Олега Усманова слушать скачать
"Я просто решил идти дальше, не сидеть в одном стиле. И захотелось копнуть что-то поглубже. К тому моменту я уже наслушался джаза, нео-свинга, и решил: давай-ка, посмотрим, как это - сольный выстрел".
Свинг-оркестр ПИЖОНЫ собрал Олег "Мистер Твистер" Усманов из известных рок-н-ролльных и джазовых музыкантов (МИСТЕР ТВИСТЕР, ЗВЕРИ, биг-бэнд Олега Лундстрема, группа Тамары Гвердцители). Ансамбль играет горячую смесь из джаза, рок-н-ролла и буги-вуги, а также раскаленный джамп-н-джайв, свинг и "латину". Олег поет и играет на контрабасе.
в гостях: Олег Усманов

РУЖЕЙНИКОВ:  Сегодня у нас в гостях человек, которого, я, конечно, надеюсь, все знают, если не все, то большинство людей, живущих в нашей стране. Они даже, если не помнят, как его зовут,  то вот сейчас я скажу пару слов, и все поймут, о ком идет речь. У нас сегодня в гостях человек, который долгое время, это было давно уже, ассоциировался со старым добрым словосочетанием «Мистер Твистер», один из моих любимых русских музыкантов, мой друг Олег Усманов сегодня у нас в гостях.

УСМАНОВ:  Добрый вечер всем.

РУЖЕЙНИКОВ:  Хорошо я тебя представил?

УСМАНОВ:  Отлично, деваться некуда.

РУЖЕЙНИКОВ:  Олег, несколько вопросов о вашей творческой судьбе. Скажи, а тебя не достает, что когда до сих пор говорят, «Мистера Твистера» давно уже нет, славной команды, говорят: «А, Усманов, «Мистер Твистер»». Тебя не достает это, нет? Или как-то спокойно?

УСМАНОВ:  Ну, что делать.

РУЖЕЙНИКОВ:  То есть нормально, да?

УСМАНОВ:  Нормально. Было дело, пройденный этап, идем дальше.

РУЖЕЙНИКОВ:  Издержки профессии. Скажи, когда ты влился, как бы это сказать, вошел в ту воду, в которой плавает, очень хорошо плывет группа «Пижоны», вообще все твои музыкальные проекты, для меня это было некоторое удивление.

УСМАНОВ:  А их всего два, на самом деле.

РУЖЕЙНИКОВ:  Ну, потому что «Пижоны» это сильное отличие от того, что ты делал, вот для меня, в «Мистере Твистере», несмотря на мелодическую близость. Потому что «Мистер Твистер» это почти панк был, не по музыкальной составляющей, по настрою почти панк.

УСМАНОВ:  На самом деле, где-то близко.

РУЖЕЙНИКОВ:  Конечно, близко, потому что самая главная наша рокабилльная группа это совсем, то есть Женя Хавтан не любит, когда еще в 1982 году говорит: «А, - говорит, - это рок-н-ролл, рокабилли». Это панк-группа была. Но вот то, что сейчас ты делаешь, это к панку вообще никакого отношения не имеет. Это чего-то в голове перевернулось в свое время, не в лучшую, не в худшую сторону, просто перевернулось?

УСМАНОВ:  Да, перевернулось, потому что я просто решил идти дальше, то есть не сидеть в одном стиле и захотелось копнуть что-то поглубже. Ну, к тому моменту я уже наслушался джаза, наслушался нео-свинга, и решил, что а, давай-ка, посмотрим, как это сольный выстрел.

РУЖЕЙНИКОВ:  Я тебе напомню наш разговор столетней давности, мы с тобой обсуждали, я сейчас попытаюсь вспомнить название этой группы американской черной, по-моему…

УСМАНОВ:  «Atomic Fireballs».

РУЖЕЙНИКОВ:  А,  «Atomic Fireballs», точно. Дорогие друзья, «Atomic Fireballs» это та самая  группа, которая выпустила одну очень хорошую песню на сингле еще до выхода своего альбома, а потом вдруг внезапно появилась песня Аллы Борисовны Пугачевой «Мал по малу». Странно как-то, раз так, и появилась, как раз сразу после выхода этого сингла.

УСМАНОВ:  Я не слышал Пугачеву.

РУЖЕЙНИКОВ:  Бог с ней. И ты сказал: «Нет, это бесовская музыка», - ты сказал. Ты не бил земные поклоны в церкви тогда, то есть ты не ходил с крестами, с хоругвями, ты так в полушутку сказал. Это как раз было время, ну, медленного угасания «Мистера Твистера». Ты сказал: это бесовская музыка.

УСМАНОВ:  Бесовская, сейчас я уже знаю, что это, скорее, вуду.

РУЖЕЙНИКОВ:  Ну, злая, да?

УСМАНОВ:  Ну, ты знаешь, что можно сказать, что вот, как, например, Армстронг, если бы он сейчас жил, что бы он делал. Вот, наверное, вот это бы.

РУЖЕЙНИКОВ:  Ну, да, совершенно справедливо.

УСМАНОВ:  То есть вот этот панковский такой подход, может быть, довольно агрессивная роковая такая подача, и, тем не менее, вокал, он где-то, я бы сказал, с такой хрипотцой, что там даже не с песочком, там с гравием.

РУЖЕЙНИКОВ: Совсем с гравием, да. Ну, это зло, что ли?

УСМАНОВ:  Да нет, не знаю, просто такая энергия и все. А что значит зло?

РУЖЕЙНИКОВ:  Вот я не понимаю. Нет, я сам не понимаю. Мы сейчас вспомним с тобой 1960-е годы, комсомольских работников, слава богу, мы их не помним, конечно, запрещение уже в 1970-х годах всего свежего музыкального.

УСМАНОВ:  А потом в 1980-х просто посадки.

РУЖЕЙНИКОВ:  Да, кстати, просто посадки.

УСМАНОВ:  Посадки музыкантов советских.

РУЖЕЙНИКОВ:  Но причем, это же не за музыку, нет, это за левые концерты исключительно. Мы-то, на самом деле, понимаем, что за идеологическую диверсию в рамках Советского Союза. Можно делить музыку, рок-музыку, ну, назовем все это рок-музыка, на злую и не злую. Я-то никогда не делил, а вдруг ты, как музыкант…

УСМАНОВ:  Ой, ты знаешь, мне кажется, сейчас я понимаю, что это подходы. Кто-то злой, кто-то не злой, это все зависит просто от энергии, которую вкладываешь.

РУЖЕЙНИКОВ:  Которую ты хочешь выплеснуть, наверное.

УСМАНОВ:  Знаешь, как кто-то говорил: старый добрый рок-н-ролл. И мы когда-то сказали:  никакой он не старый и не добрый, он всегда злой и молодой.

РУЖЕЙНИКОВ:  Хорошо сказано, правильно, всегда злой. Нет, когда рок-н-ролл добрый, ну, это смешно.

УСМАНОВ:  Это уже не рок-н-ролл.

 

Полностью интервью с гостем слушайте в аудиофайле.