Пойми себя, если сможешь

СЕЙЧАС В ЭФИРЕ

Революционные 60-е в мире: искусство и общество

скоро в эфире

27.05.2015 20:00
Большое интервью Ирины Апексимовой слушать скачать
С детства Ирина была окружена талантливыми людьми сферы искусства. Еще в раннем возрасте она пошла учиться в театральный класс, после чего отправилась в Москву поступать во МХАТ, где ей отказали из-за специфичного говора. Спустя годы неустанной работы Ирина стала одной из самых узнаваемых актрис России.

РУЖЕЙНИКОВ:  У нас сегодня в гостях Ирина Апексимова. Здравствуйте, Ирина.

АПЕКСИМОВА:  Здравствуйте, Игорь.

РУЖЕЙНИКОВ:  А, вот смотрите, как получается, еще лет  10, 5, 4 года назад говорили: Ирина Апексимова, театральная и киноактриса, потом время от времени уже говорили даже певица. А теперь же уже никак не говорят, просто Ирина Апексимова.

АПЕКСИМОВА:  Ну, это приятно.

РУЖЕЙНИКОВ:  Приятно или нет? Серьезно, да?

АПЕКСИМОВА:  Ну, конечно, приятно, это гораздо приятнее, чем перечислять долгий послужной список.

РУЖЕЙНИКОВ:  Ну, тоже верно, хорошо. Ну, вы знаете, но я, нет,  не огорчить хочу, наоборот, сделать вам такой завуалированный комплимент. Это, в общем, случилось в среде даже тех людей, кто далек от… даже тех, у кого нет телевизора, даже тех, кто не ходит в театр. А в театр ходит мало народу, ну, это естественно. Это исключительно после того, как у вас вот такой деловой роман завязался сначала с театром  Романа Виктюка, а потом, разумеется, с нашим великим театром, Театром на Таганке, из-за этого.  И теперь все знают, даже те, кто кино не смотрит.

АПЕКСИМОВА:  Да нет, да,  боже, упаси, нет, совсем нет, не из-за этого. Это как раз началось гораздо раньше  благодаря многочисленным работам в телесериалах. Тут в данном случае моя административная деятельность не играет никакой роли и как раз очень многие даже не знают о том, что я этим занимаюсь.

РУЖЕЙНИКОВ:  Ну, уж, конечно.

АПЕКСИМОВА:  Да, правда, потому что я продолжаю путешествовать в качестве актрисы по нашей необъятной стране на гастроли, и меня знают, как актрису.

РУЖЕЙНИКОВ:  Конечно, прежде всего.

АПЕКСИМОВА:  Естественно. Очень мало, кто знает и про театр Виктюка, и про Таганку, все знают, что вот я снимаюсь.

РУЖЕЙНИКОВ:  Понимаете, здесь вот, давайте я с вами соглашусь, ну, чего я буду спорить, но все-таки, тем не менее, знаете, даже у меня так получилось, это не хорошо и не плохо, я не хвастаюсь, у меня нет телевизора, я все с лент беру, вы знаете, когда все начало  случаться, поскольку случаться, дай бог здоровья театру, которым вы руководите в качестве директора и художественного руководителя, это все случается, продолжаю, так вот, когда все это начало случаться, о существовании Театра на Таганке, допустим, узнали люди, которые вообще далеки от театра, потому что у нас, оказывается, не только литературоцентричный народ, но и театроцентричный благодаря телевидению.

АПЕКСИМОВА:  Да, согласна.

РУЖЕЙНИКОВ:  Нет, ну, в этом ничего хорошего нет.

АПЕКСИМОВА:  Да, в этом нет ничего хорошего, я согласна с вами.

РУЖЕЙНИКОВ:  Абсолютно, потому что благодаря телевидению. И поэтому все стали, вот, значит, Юрий Петрович, скандал, скандал, мы сейчас об этом не будем говорить, я не собираю…  И соответственно Ирина Апексимова. Я помню одно ваше, ну, не очень давнее интервью, где вы, на мой взгляд, я не слышал, как вы это говорили, только читал, но, на мой взгляд,  без всякого кокетства вы говорили о том, что часто путают моих героинь, вы употребляли такие слова, как, ну, разумеется, стервозных, вамп женщин, моих очень деловых героинь путают со мной. Это было еще до того, как вы стали директором театра Виктюка.  То есть, значит, вы всех обманывали,  Ирина?

АПЕКСИМОВА:  Ничего подобного. Почему директор должен быть стервозным, деловым…

РУЖЕЙНИКОВ:  Нет, деловым должен быть. Стервозным нет.

АПЕКСИМОВА:  Деловым должен быть, но деловой же это не значит имидж – деловой. Это в нас просто абсолютная идентификация происходит профессии с человеческими качествами.

РУЖЕЙНИКОВ:  Ну, да, это неправильно.

АПЕКСИМОВА:  Мне кажется, что это неправильно, потому что очень много разных людей, которые занимаются достаточно жесткими профессиями, которые милые, мягкие, рефлексирующие, нежные в быту, в бытовой, нормальной их жизни, скрытой от всех. И поэтому, ну, я уже к этому привыкла, и, вы знаете, в какой-то мере даже на моем директорском посту мне это помогает, потому что там, где я начинаю сомневаться – я, как я - я, Ира, начинаю сомневаться, там, я думаю, ну,  все равно же меня воспримут вот так или иначе, что бы я ни сказала, то есть я уже все равно понимаю, что про это будут говорить, и как это будут оценивать.

РУЖЕЙНИКОВ:  Потому что вы рефлексирующий человек.

АПЕКСИМОВА:  Ну, я сомневающийся человек.

РУЖЕЙНИКОВ:  Вот я так редко это слышу. Чувство юмора и способность сомневаться это два главных признака гомосапиенса. Если нет того и другого, или того, или другого, то все.

АПЕКСИМОВА:  То есть мы определили, я имею отношение к этому, ура.

РУЖЕЙНИКОВ:  Нет, вы просто это проговорили. Люди просто этого не знают и не проговаривают. Если человек не сомневается, значит, он не мыслит. А, если человек, мало того, что сомневается, как мне кажется, это, на мой взгляд, сомневается, так еще и говорит о том, что я человек сомневающийся, или мои близкие, далекие сомневающиеся. Аплодисменты.

АПЕКСИМОВА:  Спасибо.

 

Полностью интервью с гостьей слушайте в аудиофайле.