Маяк ПРО

СЕЙЧАС В ЭФИРЕ

Центральная подстанция. Newочем, часть 1. Революция искусственного интеллекта. На пути

12.03.2015 13:00
Кристина Асмус и Сергей Землянский смотреть слушать скачать
Кристина Игоревна Асмус российская актриса театра и кино. Родилась 14 апреля 1988 года в подмосковном Королёве в семье Игоря Львовича и Рады Викторовны Мясниковых, у неё есть три сестры: старшие — Екатерина и Ольга. Занималась спортивной гимнастикой, добившись звания кандидата в мастера спорта.
Сергей Землянский родился в городе Челябинск. В 2002 году окончил Челябинскую Государственную Академию культуры и искусств (по специальности хореография). Обучался на мастер-классах европейских и американских педагогов и хореографов.

ГОЛУБКИНА:  У нас в гостях  Кристина Асмус и Сергей Землянский.

АСМУС:  Здравствуйте.

ГОЛУБКИНА:  Здравствуйте. Сергей - хореограф, режиссер, Кристина  - актриса, и у них скоро выходит или уже вышел? У вас выходит или вышел?

АСМУС:  Я в тему сейчас актрисы, я зашла к вам на сайт, чтобы проанонсировать наш эфир и написать в вашу радиостанцию, там в разделе «Гости» написано: «Кристина Асмус родилась в Королеве, три сестры, папа, мама кандидат в мастера спорта по спортивной гимнастике». Все, никакой информации, что я занимаюсь творчеством, нет.

ГОЛУБКИНА:  Ну, боже мой, тебя все знают по сериалу «Интерны», на самом деле, ты там сверкнула как-то ярко, там все персонажи очень яркие. Ну, и поэтому чего там писать, что  ты актриса, все знают.

АСМУС:  Хорошо.

ТРУСЕНКОВА:  Действительно, какой смысл.

ГОЛУБКИНА:  Но я лично не знала, что ты играешь в театре. А ты артисткой-то училась?

АСМУС:  Да, училась, я закончила «Щепку» три года назад и сразу, ну, у нас были, это нормальная практика для всех выпускников театральных вузов…

ГОЛУБКИНА:  Показ в театре.

АСМУС:  Показываться, да, в театре. У нас показывались не все, наверное, это тоже нормально, не все хотят, не все могут.

ГОЛУБКИНА:  Многие учились в театральных институтах, чтобы стать какими-нибудь инженерами, бухгалтерами. У меня многие однокурсники занимаются совершенно не профессией.

АСМУС:  Занимаются не профессией. Но я не думаю, что они пошли, для того чтобы заниматься чем-то другим, я думаю, что, ну, вот так получилось. У нас тоже с курса практически никто не снимается, мало, кто распределился в театры, а распределились, ну, кто как, кто-то удачно, кто-то нет.

ГОЛУБКИНА:  И тебя взяли в театр Ермоловой?

АСМУС:  Да, я показывалась в театр Ермоловой, услышав, что там Олег Евгеньевич стал новым руководителем, и грядут серьезные, кардинальные прекрасные перемены, я захотела туда. Показывалась я мало, куда, и через какое-то время мне позвонили и предложили роль в спектакле «Язычники», режиссер  Каменькович.

ГОЛУБКИНА:  Евгений Борисович.

АСМУС:  Евгений Борисович, да. «Вот такая вот современная драма, будем рады тебя видеть». Естественно, я…

ГОЛУБКИНА:  Спасибо, театр я не люблю. Но не важно, это я шучу. А вот сейчас у нас Сергей в гостях тоже Землянский, хореограф, вы вместе сделали спектакль. Вот, ребята, расскажите, пожалуйста, что, как это все было?

ЗЕМЛЯНСКИЙ:  Ну, это уже вторая такая история в театре Ермоловой у Олега Евгеньевича  Меньшикова. Первый был спектакль «Демон» по Лермонтову.

АСМУС:  У нас много историй, но первая хореографическая такая, пластическая.

ЗЕМЛЯНСКИЙ:  Да, первый такой, скажем, спектакль без слов, когда драматические артисты театра Ермоловой рассказывают языком тела, пластики.

ГОЛУБКИНА:  Я поэтому и спросила, кого ты играешь,  Кристин, потому что я никак не могла понять, как можно Гоголя без слов играть, честно признаться. Поэтому в пластическом спектакле можно не только Марию Антоновну, но и табуретку играть, нет?

ЗЕМЛЯНСКИЙ:  В принципе, можно все.

АСМУС:  Что мы там и делаем.

ЗЕМЛЯНСКИЙ:  Что мы там все и делаем. И вот, собственно, после спектакля «Демон» по Лермонтову  Олег Евгеньевич сразу же предложил еще одну историю, это вот его было предложение сделать «Ревизора» Гоголя, это его давнишняя мечта. Мне это показалось интересным, и, в то же время, и сложным, и интересным предложением, я согласился, и, в общем, все как бы вроде случилось и получилось. «Ревизор» Гоголя, я имею в виду.

ГОЛУБКИНА:  Ну, вот я вспоминаю сразу «12 стульев», когда там пародия на Мейерхольда, когда они играют «Ревизора» Гоголя, где там Мария Антоновна по стульям ходит, то есть пластический спектакль, с зонтиком и говорит свой монолог. А у вас-то что, если даже слов нет?

АСМУС:  Хожу и по стульям, и по партнерам, монолог не говорю.

ГОЛУБКИНА:  А как это можно? Вот как понятно, что там дело-то происходит, о чем?

АСМУС:  Очень четко нам перед премьерой Сережа дал понять, что это не танцевальный спектакль, забудьте об этом, это полноценная актерская история. Вы приходите и посмотрите.

ЗЕМЛЯНСКИЙ:  На самом деле, да, действительно сложно объяснить, как это и что это, но, в целом, сюжет сохранен, персонажи, линии персонажей сохранены, все как бы по Гоголю, единственное, что они не рассказывают это языком привычным для зрителя.

ГОЛУБКИНА:  А нет бегущей строки такой или, может быть, зритель в программке? Знаешь, я бы лично, если бы я была режиссером, я бы просто книжки бы положила с «Ревизором», сиди и читай отдельно.

АСМУС:  Расскажи, Сереж, про программки.

ЗЕМЛЯНСКИЙ:  На самом деле,  такой интересный опыт, это уже пятый спектакль, созданный мной.

ГОЛУБКИНА:  И много классики ты поругал?

ЗЕМЛЯНСКИЙ:  Ну, я не могу сказать, что поругал, как-то наоборот даже привлек внимание, так скажем, общественности вернуться к классике и к литературе, собственно, чтобы зритель после просмотра заинтересовался, что надо же прочитать.

ГОЛУБКИНА:  А теперь надо прочитать, там они намудрили, накрутили, ничего не понятно.

ЗЕМЛЯНСКИЙ:  Мне кажется, это все равно такая, ну, какая-то победа, что зритель, публика, которая сегодняшняя публика, которая ходит в театр, интересуется, чтобы вернуться снова к литературе, к классике, к авторам. И в каждом спектакле мы делаем такой вкладыш в программку, так скажем, как в балете есть либретто.

ГОЛУБКИНА:  Краткое содержание.

АСМУС:  Краткое содержание, да.

ГОЛУБКИНА:  Боже мой. Ужас какой, прости меня, я выросла в театре, если бы вот… в гробу перевернулся бы сейчас Михаил Чехов, мне так кажется, нет?

ЗЕМЛЯНСКИЙ:  Ну, не знаю.

ГОЛУБКИНА:  Или это какое-то новое слово в театре, может быть?

АСМУС:  Это совершенно не новое слово. Там  есть прекрасный артист в театре имени Пушкина Владимир Моташнев, который помогал нам.

ГОЛУБКИНА:  Знаем Моташнева, играла с ним.

ЗЕМЛЯНСКИЙ:  Володя Моташнев такой соавтор в постановочной группе уже много лет, и много спектаклей мы вместе делаем, и он, так скажем, помогает, мы с ним в соавторстве делаем.

АСМУС:  Он своим интересным языком написал, о чем, потому что действительно вот ко мне приходят даже мои друзья, и мои друзья не самые глупые люди, многие не читали, и им кому-то в помощь программка, кому-то нет.

 

Полностью интервью с гостями слушайте в аудиофайле.