Шоу Картаева и Махарадзе

СЕЙЧАС В ЭФИРЕ

Микромир. Молекулярная биология в криминалистике

19.01.2015 20:00
Большое интервью Дины Кирнарской слушать скачать
"У нас больше 5 тысяч детских музыкальных школ. Такого нет нигде в мире. Огромная, разветвленная система. Может быть, мы недостаточно используем ее потенциал. Но тем не менее каждый ребенок имеет возможность приобщиться к музыке. И, представьте себе, джазовое пение изучать, эстрадное пение изучать, академический вокал изучать, или фортепиано, или любой из оркестровых инструментов, или народные инструменты - то есть широчайшее поле деятельности".

РУЖЕЙНИКОВ:  У нас сегодня в гостях проректор Российской академии музыки имени Гнесиных,  музыкальный психолог, профессор, доктор искусствоведения, доктор психологических наук, а также основатель, научный руководитель  продюсерского факультета РАМ имени Гнесиных, известнейший российский музыковед Дина Константиновна Кирнарская.  Здравствуйте, Дина Константиновна.

КИРНАРСКАЯ:   Здравствуйте.

РУЖЕЙНИКОВ:  Дина Константиновна, скажите, пожалуйста, вот из того, что я перечислил, вот что бы вы на первое место поставили?

КИРНАРСКАЯ:   Музыковед.

РУЖЕЙНИКОВ:   Музыковед,  значит, я все-таки угадал.

КИРНАРСКАЯ:   Конечно, интуиция вас не подвела.

РУЖЕЙНИКОВ:   Это не только интуиция, это еще пристальное  внимание к вашей творческой биографии. Дина Константиновна, скажите, пожалуйста, вы не со вчерашнего дня, мягко говоря, наблюдаете за, не побоюсь высоких слов, развитием академической музыкальной культуры в России. Это уж, как придется - или слова восторга или сожаления. Вот, что бы вы сказали вот сейчас, в начале этого 2015 года?

КИРНАРСКАЯ:   Слова восторга произнесла бы, тем не менее, несмотря ни на что.

РУЖЕЙНИКОВ:  О, как, начало, тем не менее, уже хорошо.

КИРНАРСКАЯ:   Тем не менее, да, уже сразу ясно, что там ложка дегтя какая-то притаилась.

РУЖЕЙНИКОВ:  Ну, давайте, вот все, что считаете нужным.

КИРНАРСКАЯ:   Но, тем не менее, скажу, что осталось главное – фундамент, система образования. У нас больше 5 тысяч детских музыкальных школ, такого нет нигде в мире, огромная разветвленная система. Может быть, мы не совсем совершенно ею пользуемся, может быть, мы недостаточно используем ее потенциал, но, тем не менее, каждый ребенок имеет возможность приобщиться к музыке. Он может придти в «музыкалку», он может начать учиться, играть и петь, и представьте себе, джазовое пение изучать, эстрадное пение изучать, академический вокал изучать  или фортепиано, или любой из оркестровых инструментов, или народные  инструменты.  То есть широчайшее поле деятельности. Мало этого, сохранилась система образования «школа-училище-вуз». Вы же знаете, что наших «попсюков», скажем так, артистов поп-жанра любят в Майами только, и то, когда они покупают недвижимость. А вообще-то их любят только в родных пенатах.

РУЖЕЙНИКОВ:  Ну, конечно.

КИРНАРСКАЯ:   Кому они нужны?

РУЖЕЙНИКОВ:  Нет, музыкантов в Майами испано-язычных любят, а наши там покупают только.

КИРНАРСКАЯ:   Да, деньги, любят, когда они за недвижимостью приезжают, любят наших музыкантов.

РУЖЕЙНИКОВ:  А вот, что касается академических.

КИРНАРСКАЯ:   Вот тут совсем другая история. Смотрите, мировые звезды, та же Анна Нетребко и Денис Мацуев сегодняшний, Борис Березовский, Александр Гиндин, просто говорю навскидку, кого я знаю.

РУЖЕЙНИКОВ:   Да нет, ну, и потом каждый раз, когда мы следим за присуждением премии «Грэмми», а, в общем, для музыкального бизнеса «Грэмми» это самая главная премия, разумеется, мы никогда не ждем, чтобы кто-нибудь из наших поп-исполнителей взял «Грэмми», но обязательно в одной из номинаций кто-то из наших академических музыкантов присутствует.

КИРНАРСКАЯ:   Святое, без этого не обходится. Так что это говорит о чем?  О силе, мощи, крепости системы академического музыкального образования. Что это дерево цветет, продолжает приносить плоды и еще долго будет их приносить. И вот это самое главное, что жива система образования, что наши молодые музыканты до сегодняшнего дня, вот вам, пожалуйста,  Даниил Трифонов, Юлия Авдеева, берем лауреатов  пианистов, скажем, последних лет, Константин Шамрай, еще какие-то артисты, и все это российская музыкальная  школа. Так что мы на высоте, не говоря уже о том, что наши преподаватели востребованы везде в мире, это уже старшее поколение, кто обучает музыкантов зарубежных. А наши же артисты - школа Юрия Янкелевича и Григория Жислина, и Феликс Андриевский, и Владимир Ланцман, и Дора Шварцберг, это только скрипичная школа. Это называется «иных уж нет, а те далече». Но, тем не менее, это маститые преподаватели, которые составляют востребованный отряд артистов-педагогов. И Давид Герингас виолончель, и покойный Владимир Крайнев, сколько лет проработал в Германии, Вера Горностаева работает в Японии, и кто только и где только ни работает, и Элисо Вирсаладзе работает в Германии. То есть, очень много наших музыкантов-педагогов уже. То есть это настолько крепкие корни, их не вырвешь ничем.

РУЖЕЙНИКОВ:  Вы знаете, попытаться-то можно, на самом деле, то есть дурное дело не хитрое.  Вырвать даже корни можно. Ну, вот скажите, пожалуйста, а что на ваш взгляд, как уже здесь не как музыковеда, а как наставника, что должно делать государство, для того чтобы эти корни, чтобы они росли, на самом деле, чтобы они побеги давали не только в других странах. Понимаете, мы же чего боимся, мы боимся того, что вот там-то все больше и больше этого всего будет, а у нас это все исчезнет. Вот что должно делать государство, для того чтобы, ну, скажем так, для того чтобы японец понимал, что, к сожалению,  класс этого мастера проходит только в России. И я не буду его ждать в Йокогаме, я поеду в Россию. Вот что нужно, для того чтобы не то, чтобы все оставались здесь, потому что музыкант, он живет на всей планете, но, тем не менее, для того чтобы, грубо говоря, никто не разбежался? Или это не дело государства вообще? Вот как?

КИРНАРСКАЯ:   Думаю, что это дело государства, потому что художественное образование это фундамент интеллектуального капитала нации. Вот в этом загвоздка, которую, к сожалению, те, кто принимает решения, еще не осознали, что ведь, на самом-то деле, мы с вами такие умные, потому что мы развиваемся правильно. Если мы развиваемся правильно. Вот как древний человек развивался, вот подумайте сами. Искусство гораздо старше науки, гораздо древнее науки. И если мы хотим, чтобы интеллект человека стоял не на голове, а на ногах, то человек должен особенно в детстве постоянно заниматься искусством – слушать, рисовать, играть в театре, танцевать. Без этого личность не может правильно сформироваться и ее интеллектуальные силы, вот как дерево, растущее неправильно, могут засохнуть и не дать плодов. Так что государство должно всячески способствовать распространению, расширению, укреплению, расцвету, чему хотите, художественного образования, в том числе, музыкального, конечно, потому что без него мы все просто превратимся в страну дураков. Вот вы посмотрите на Финляндию, посмотрите на Южную Корею, посмотрите на ту же Японию, да там корпоративные вечера - японцы же заставляют работников после работы не уходить домой, а идти в пивную, а после пивной…

РУЖЕЙНИКОВ:  Командой всей, да.

КИРНАРСКАЯ:   Пивная, да. А после пивной куда? На пейзажи, на этюды, слушать музыку, танцевать балет, приглашают даже педагогов, которые возбуждают командный дух  занятием кордебалетом, все танцуют, все играют, все приобщаются. Потому что люди уже осознали: искусство - огромный двигатель, локомотив интеллектуального прогресса, умственной деятельности, без него вообще ничего не происходит. Поэтому, если мы хотим остаться умными айтишниками, инженерами, изобретателями, мы должны все время заниматься художественным образованием. Вот в этом вся и хитрость.

РУЖЕЙНИКОВ:  В котором музыкальное образование является…

КИРНАРСКАЯ:   Конечно, огромнейшую роль. Безусловно, играет огромнейшую роль. И вот, если мы это осознаем, а, кстати, на уровне ЮНЕСКО это осознано. На уровне ЮНЕСКО есть материалы  и документы о том, что вообще современная креативная действительность, культура, построенная на копирайте, то есть деньги ведь происходят сейчас  только от мыслей. Откуда еще деньги?

РУЖЕЙНИКОВ:   Только, да.

КИРНАРСКАЯ:   Изобрел iPad, стал Джобсом, получи деньги. Стал Брином, изобрел Google, умница, получи деньги.

РУЖЕЙНИКОВ:  Только идеи приносят деньги.

КИРНАРСКАЯ:   Деньги, да. А если нет идеи, денег не будет.

РУЖЕЙНИКОВ:  А если нет интеллекта, то нет идеи.

КИРНАРСКАЯ:   Ничего. А если нет интеллекта,  нет… А если нет искусства – нет интеллекта.

РУЖЕЙНИКОВ:  Нет интеллекта, все, пришли.

КИРНАРСКАЯ:   Вот все, цепочка замкнулась.

 

Полностью интервью с гостьей слушайте в аудиофайле.