23.05.2013 - В каких домах предстоит жить новоселам, что предлагают покупателям, и что нельзя делать при перепланировке квартиры слушать скачать

Департамент градостроительной политики поручил московскому научно-исследовательскому и проектному институту типологии, экспериментального проектирования разработать новые проекты жилых домов, в том числе для переселения из сносимого пятиэтажного фонда и для предоставления очередникам.

Департамент градостроительной политики поручил московскому научно-исследовательскому и проектному институту типологии, экспериментального проектирования разработать новые проекты жилых домов, в том числе для переселения из сносимого пятиэтажного фонда и для предоставления очередникам.

 

В каких домах предстоит жить новоселам, что предлагают покупателям, и что нельзя делать при перепланировке квартиры рассказывают: руководитель ГУП МНИИТЭП Владимир Григорьевич Хайкин и руководитель центра оказания услуг перепланировки, переустройства и паспортизации недвижимости ГУП МНИИТЭП Елена Юрьевна Корниенко. Ведущий - Екатерина Высоковская.

 

ВЕДУЩИЙ: Гости программы - руководитель Московского научно-исследовательского и проектного института типологии и экспериментального проектирования Владимир Хайкин и руководитель Центра оказания услуг перепланировки, переустройства и паспортизации недвижимости этого же института Елена Корниенко.  Я так понимаю, что вы разрабатываете типологию жилья в социальном сегменте. И это фактически на новом этапе, то, что было сделано на рубеже 1950-1960-хх годов прошлого века, когда появились типовые многоэтажки и квартиры, которые получили название хрущевок. И сейчас некоторые небрежительно об этом вспоминают, а на самом деле это же был восторг для тех, кто их получил, и на том этапе они сыграли очень важную роль. Правда ведь?

 

ХАЙКИН: Конечно.

 

ВЕДУЩИЙ: А вот новое время позволяет заложить в проект стандартного проживания что-то, что уже действительно созвучно сегодняшнему дню?

 

ХАЙКИН: Да, конечно. В 2010 - 2011 годах Российская Федерация приняла новые нормы проектирования и строительства жилых домов. На самом деле появилось много новых ограничений для проектировщиков, усложнивших порядок проектирования, но, наверное, направленных на то, чтобы сделать жилье более комфортным, более удобным, более приемлемым для того, кто в него переезжает. Например, повышенные требования к пожарной безопасности. Более серьезные требования к санитарным нормам.  Появились нормы расчета на прогрессирующее обрушение, так чтобы построенный дом ни при каких условиях не разрушился в ближайшие 70-80-100 лет.

 

ВЕДУЩИЙ: Вопросы землетрясения учитываются?

 

ХАЙКИН: В том числе и это, конечно. Мы не в сейсмическом районе находимся, но, тем не менее, предусматривать надо все, потому что надо понимать, что каждый дом должен быть рассчитан на долгие годы. Более того, москвичи как, наверное, жители ни одного другого города видят сегодня, что в городе строятся и очень красивые, очень дорогие элитные дома, и одновременно достаточно скромные дома эконом-класса. Так вот, наша задача сделать так, чтобы квартира в доме эконом-класса, новостройке, для потребителя была бы, по крайней мере, ничем не хуже или почти ничем не хуже такой же квартиры в элитке.

 

ВЕДУЩИЙ: А можем мы сказать, что это жилье получается комфортным действительно. И, наверное, существует, как при выборе машины, дальше уже набор опций? Вот можно иметь базовое жилье, а можно еще что-то с подогревом?

 

ХАЙКИН: Я приведу пример. В прошлом году по заказу Департамента градостроительной политики города Москвы наш институт разработал два новых типовых проекта жилых домов. Эти жилые дома предназначены будут для переселения жителей сносимых пятиэтажек. Вот у нас была задача, с одной стороны, сделать все строго по социальным нормам, чтобы квартиры можно было легко предоставлять людям, переселяемым из сносимых пятиэтажек, в соответствии с действующими в Москве правилами.

 

ВЕДУЩИЙ: Может быть, напомним эти социальные нормы?

 

ХАЙКИН: Это, строго говоря, 18 квадратных метров на человека. Поэтому и комнаты в этих квартирах мы делали приближенными к цифре 18 метров.

 

ВЕДУЩИЙ: Это жилая площадь, да?

 

ХАЙКИН: Жилая площадь комнаты каждой вокруг 18 метров, где-то 16, где-то 19, но в среднем они 18 метров.

 

ВЕДУЩИЙ: А кухни теперь какие?

 

ХАЙКИН: Кухни, санузлы, ванные и коридоры, да, собственно говоря, в этих квартирах не коридоры, а холлы. Мы сделали их большими, вместительными, удобными и светлыми. С большими просторными окнами, там, где много света, с хорошей вентиляцией, естественно, и с кондиционированием. Поэтому с точки зрения  комфорта эти проекты домов ничем не уступают домам типовым элитным.

 

ВЕДУЩИЙ: Ну вот для тех, кто уже не первый год живет в Москве и кто помнит наше старое время, и наши хрущевки, и те дома, которые, не было слова "элитные", но они назывались по спецпроекту такие дома, то можно сказать, что жилье, которое сегодня является как бы по социальной норме, приближается к тому, что в 1970-1980-е годы стало жильем такого повышенного класса, когда холлы побольше, кухни побольше, санузел раздельный, а еще, если возможно, еще и  два санузла. Вот типа того?

 

ХАЙКИН: На самом деле действительно так. Первое детское воспоминание, мне было пять лет, когда моя семья переехала из коммунальной квартиры, мы получили крошечную, как сейчас помню, 24 метра общей площади, квартиру на Профсоюзной улице, в новостройке, в пятиэтажке. Это только потому, что мой папа этот дом построил. Так вот, для меня это было первое детское воспоминание, оно до сих пор - вот с него начинается память. Наверное, и сегодня для жителей, которые несколько поколений прожили в пятиэтажках, очень важно, что они, уезжая из пятиэтажки, могут оказаться во вполне комфортном нормальном доме. Так вот, поверьте мне, то, что мы сделали в прошлом году для города, сегодня в Департамент градостроительной политики обращаются инвесторы московские с просьбой, а как приобрести этот проект, потому что он оказался приемлемым и для коммерческой застройки.

 

ВЕДУЩИЙ: То есть коммерческой, но все равно то, что называется средний класс, да?

 

ХАЙКИН: Да.

 

ВЕДУЩИЙ: Это была бы типовая застройка, но уже не социальное жилье, но все-таки приближенное к тому, что может позволить себе семья. Я вас спрошу о том, что я лично видела только в Чикаго, это когда на первых этажах здания располагаются парковки. Плюс я вам скажу больше, что это безобразие доходит даже до того, когда дома находятся рядом с озером, то там на первом этаже размещаются яхты и скутеры. В общем, совершенно невозможно на это все смотреть. Но я знаю, что вы тоже работаете над тем, чтобы размещать такие стоянки для машин на начальных этажах зданий? Это все-таки фантастика или уже реальность?

 

ХАЙКИН: Это реальность. В декабре 2011 года мы получили поручение заместителя мэра города, руководителя стройкомплекса Марата Шакирзяновича Хуснуллина приступить к предпроектным работам по размещению гаражей  в первых этажах строящихся жилых домов типовых серий. Сегодня уже по заказу Департамента строительства мы делаем проекты по первым городским адресам. Уже реальные проекты по первым адресам. Я надеюсь, что в 2014 году эти дома смогут пойти в стройку.

 

ВЕДУЩИЙ: Это центр Москвы, это отдаленные районы или это Новая Москва?

 

ХАЙКИН: Это северо-восток и север Москвы пока. Почему? Потому что это касается тех районов, где сложно найти место для отдельно стоящего гаража. А строить подземные гаражи под домами за счет строительства городского бюджета достаточно дорого.

 

ВЕДУЩИЙ: Наверное, будут все-таки какие-то предубеждения у жильцов? Вот что вы можете сказать по этому поводу? Насколько  безопасно жить, если у тебя на первых этажах машины располагаются?

 

ХАЙКИН: Вы только что вспомнили, что в Соединенных Штатах хранят не только машины, но и яхты. Мы пока о яхтах, наверное, не думаем. Нам, дай бог, машины у людей разместить. Думаю, что никакой проблемы здесь нет. Вопрос в грамотном планировочном решении, в грамотной корректировке действующих санитарных норм, над этим тоже еще предстоит работать. А что касается машин на первых этажах, то если вы знаете, если сегодня «Жигули» чадят под окнами у жителей, то, я думаю, значительно проще, если они будут стоять в закрытом помещении под домом.

 

ВЕДУЩИЙ: Там, наверное, уже какая-то система единого кондиционирования должна быть в этих домах, чтобы не было тяги?

 

ХАЙКИН: Конечно, все это мы предусматриваем, все это мы делаем.

 

ВЕДУЩИЙ: Вот проекты, о которых мы говорим, это московские или они выходят на федеральный уровень? И есть ли вообще конкуренция среди вот этих типовых проектов?

 

ХАЙКИН: Это скорее вопрос, наверное, не к нам, а к Министерству регионального развития. Они сегодня создали и ведут Всероссийский реестр типовых проектов.

 

ВЕДУЩИЙ: Вы, допустим, предлагаете свои проекты. Их могут разрабатывать в других регионах - вот в Подмосковье, например?

 

ХАЙКИН: Да, конечно, действует специальный порядок, предусмотренный решениями правительства Российской Федерации. Я вот начал рассказывать про этот реестр. Действительно, для этого организация, разработавшая такие проекты, должна их заявить в этот реестр и, собственно, любой желающий может дальше этот проект приобретать. Мы были одними из первых, кто начал работать с реестром Минрегиона. Это было года полтора назад. Там не только наши проекты сегодня, но наши проекты есть. И мы активно сегодня предлагаем  наши проекты в другие регионы.

 

ВЕДУЩИЙ: У меня еще вопрос, связанный с тем, что сейчас очень активно внедряется в наше сознание и очень правильная мысль, что люди с ограниченными физическими возможностями не должны чувствовать свою ущербность в повседневной жизни. Это касается общественного пространства. Но в еще большей мере это касается жилища. Вот в этих проектах, которые вы разрабатываете, вы учитываете эти новые веяния, есть ли, допустим, квартиры для тех, кто находится в инвалидной коляске или кто-то, слабовидящие, слабослышащие? Это ведь то, что может корректироваться действительно именно в жилье?

 

ХАЙКИН: Да. Вы знаете, в Москве типовые проекты массового жилья разрабатываются, наверное, в большинстве своем нашим институтом, но не только нашим институтом. Среди разработчиков, кроме нас, есть институт Моспроект, центральный научно-исследовательский проектный институт «Жилище», ряд других институтов. Нам вместе принадлежит, наверное, 100% типовых проектов, по которым сегодня в Москве идет стройка. Так вот, в прошлом году мы объединились в такой неформальный пул и разработали проекты квартир для маломобильных групп, каждый в своей серии, на первых этажах зданий своих серий. В прошлом году такой проект был готов. Заказчиком его выступил тоже Департамент градостроительной политики города Москвы. Сегодня эти проекты начали реализовываться. Речь о том, что первые этажи домов мы используем для квартир для маломобильных групп.

 

ВЕДУЩИЙ: Вот как это происходит потом на практике? Вы же не можете в каждый дом размещать такую квартиру, она может быть невостребована, или это корректируется именно оформлением?

 

ХАЙКИН: Это решение принимает Департамент жилищной политики города Москвы на стадии согласования технического задания на конкретную стройку.

 

ВЕДУЩИЙ: На конкретный дом?

 

ХАЙКИН: На конкретный дом, да. Он принимает решение, нужны или не нужны в этом районе квартиры и в каком объеме для семей такого вида, для людей какого класса ограниченных возможностей. Вот, собственно говоря, так это делается.

 

ВЕДУЩИЙ: Теперь мы перейдем, наверное, к этому жилью, которое у нас, у многих по 30 - по 40 лет. И действительно меняется время, а не всегда люди меняют квартиры вместе со временем. И уже под современные нужды надо как-то приспособиться. Я знаю, что ваш институт тоже на это реагирует? Это слово таинственное -  "перепланировка" - ключевое, в моем вопросе.

 

ХАЙКИН: Да. Это главное, с чем сегодня москвичи приходят в наш институт. Потому что, став за 60 лет своего существования, авторами большинства проектов типовых домов, которые построены в Москве, мы, естественно, сохраняем возможность правильного расчета и правильной оценки возможностей, где можно, где нельзя снести стену, где можно, где нельзя построить дополнительную перегородку или перемычку. Поэтому с этими вопросами, да, люди обращаются к нам в институт. И в позапрошлом году мы создали центр перепланировок, который возглавляет присутствующая здесь Елена Юрьевна, я думаю, что она дальше сможет более подробно эту тему осветить.

 

ВЕДУЩИЙ: То есть вы передаете эстафету?

 

ХАЙКИН: Да.

 

ВЕДУЩИЙ: Я не стану скрывать от слушателей, что у Владимира Григорьевича неотложные дела, и он нас покидает. Я благодарю его за участие в нашей программе. А сейчас мы продолжим разговор с Еленой Юрьевной Корниенко как раз по вопросам перепланировки. Центр перепланировки имеет очень прикладное значение. И мы сейчас как раз об этом и поговорим. Поскольку действительно у многих возникает потребность переделать свое старое жилье под новые нужды, а жилье у нас строилось типовое, то, вероятно, и логика переделок тоже отчасти типовая. И в этой связи у вас существуют какие-то проекты? Человек может сказать: у меня квартира, тип такой-то, такой-то, что вы можете предложить?

 

КОРНИЕНКО: В таком случае надо начать с того, что в 2011 году ГУП МНИИТЭП как раз по заказу правительства Москвы, Комитета государственных услуг…

 

ВЕДУЩИЙ: ГУП МНИИТЭП…

 

КОРНИЕНКО: ГУП МНИИТЭП - это сокращенное название нашего института. ГУП МРИИТЭП разработал типовые проекты перепланировок именно квартир своих серий домов.

 

ВЕДУЩИЙ: А сколько их примерно?

 

КОРНИЕНКО: Вариантов или серий?

 

ВЕДУЩИЙ: Вариантов.

 

КОРНИЕНКО: Вариантов не очень много, потому что это был пилотный проект. Это делалось в первый раз. И вообще выяснялось, возможно или невозможно делать типовую перепланировку. И брались самые, как вы говорите, типовые, основные решения, поэтому для каждой серии домов там 2-3 варианта. Но они, как правило, и есть самые востребованные, потому что все остальное носит единичный частный характер. И самым типовым в этой ситуации соединение санузлов, объединение в один большой.

 

ВЕДУЩИЙ: Вы знаете, совершенно удивительная логика, потому что мы вот говорили про хрущовки, самым большим неудобством всегда считался совмещенный санузел. И всегда говорили: вот бы был бы раздельный.

 

КОРНИЕНКО:  Маленький, но отдельный.

 

ВЕДУЩИЙ: Получили раздельный, и все захотели его совмещать обратно. Почему?

 

КОРНИЕНКО: Наверное, это общая логика. Женщина с кудрявыми волосами хочет прямые, с прямыми - кудрявые. Есть и такой резон. На самом деле маленькими санузлами раздельными пользоваться крайне неудобно. Да, есть возможность разным членам семьи одновременно использовать ванну и санузел, но там развернуться невозможно. Там крайне некомфортно и психологически, и чисто физически находиться. И очень многие имеют габариты тела.

 

ВЕДУЩИЙ: Еще вот такое слово, как стиральная машина.

 

КОРНИЕНКО: Это и на кухне можно поставить, это не принципиально как раз-таки.

 

ВЕДУЩИЙ: Хорошо. Это первое.

 

КОРНИЕНКО: И при этом это пожелание соответственно затрагивает вторую часть. Происходит устройство входа на кухню не мимо зоны санузла, а через жилую комнату. Это требует устройства проема. То есть это то, что касается типовых решений, которые затрагивают несущих конструкций дома, основным блоком где является безопасность осуществляемой перепланировки.

 

ВЕДУЩИЙ: Но все-таки несущие стены ни при каком случае нельзя двигать, да?

 

КОРНИЕНКО: Ну, как же, вот мы двигаем?

 

ВЕДУЩИЙ: Это несущие?

 

КОРНИЕНКО: Да. Проем же идет в несущей стене. Так же был разработан каталог, не затрагивающий несущие конструкции. Он в пользовании Мосжилинспекции находится. И по нему люди делают перепланировку, вообще минуя какие-то проектные организации. Просто напрямую по заявкам обращаются в Мосжилинспекцию.

 

ВЕДУЩИЙ: Я сейчас уточню просто, чтобы у слушателей была абсолютная ясность.  Если они обращаются к вам за проектом типовой перепланировки?

 

КОРНИЕНКО: Нет, за типовой к нам вообще не обращаются. За типовым проектом перепланировки обращаются в Мосжилинспекцию, напрямую, в одно окно, либо во многофункциональные центры Комитета госуслуг.

 

ВЕДУЩИЙ: А к вам, если вот несущие стены?

 

КОРНИЕНКО: А к нам либо от них уже попадают документы, либо индивидуальные решения, которые не вошли в типовые каталоги.

 

ВЕДУЩИЙ: Вот поясните, пожалуйста. Если через вас, потом нужно еще что-то согласовывать, что-то утверждать, какие-то документы оформлять?

 

КОРНИЕНКО: Безусловно. Мы - проектная организация. А в ведении это направление в Мосжилинспекции. То есть, безусловно, разрешение на производство работ, решение об этом дает она. Просто пакет документов, который сформирован у них для приема, включает в себя проектно-техническую документацию. Мы разрабатываем только эту часть.

 

ВЕДУЩИЙ: Но если в типовом доме сделана типовая перепланировка, пусть с несущими стенами, как я понимаю, то легче пройти потом утверждение этого, да, потому что все сразу понятно?

 

КОРНИЕНКО: Да. Здесь более короткие сроки и более простая процедура для человека, и финансовая сторона.

 

ВЕДУЩИЙ: Насколько я знаю, у вас работает «горячая линия» даже по будням? И вы можете оказывать услуги по телефону?

 

КОРНИЕНКО: Да. Телефон нашего центра известен на всю Москву, и по нему постоянно звонят с вопросами: наша - не наша серия, что можно, что нельзя. Я хотела бы вернуться к теме, когда вы говорили про размещение машин на первых этажах. Значит, выхлопные газы всех волнуют как минус. А я могу сказать как плюс для дома. Если в вашем жилом доме на первых этажах гаражи, вы покойно и безопасно живете там, потому что там не будет перепланировок. А так как основная нагрузка конструкций сосредоточена именно на первом этаже, то первые этажи имеют тенденцию к переводу в нежилые помещения, где под изменение технологической схемы - это производство, магазин, что-то. Владельцы постоянно пытаются произвести перепланировки и очень существенные. Меняются владельцы. Следующему нужно другое. Как раз первые этажи, которые должны быть как статус-кво, незыблемы по сути, попадают чаще всего под удар хотения перепланировки. И если в вашем доме там гараж, с точки зрения безопасности эксплуатации конструкции это намного лучше.

 

ВЕДУЩИЙ: Будем верить. Мы пока еще не пробовали, поэтому не знаем. Но, по крайней мере, я так понимаю, что если пойдут выхлопные газы, то ясно, что вытяжка плохо работает. Это уже будет первый показатель, хотя бы будет понятно.

 

КОРНИЕНКО: Безусловно. Будет отводиться же отдельно.

 

ВЕДУЩИЙ: Мы говорим о типовых проектах для перепланировок с учетом уже известных серий?

 

КОРНИЕНКО: Не так. Мы делаем все перепланировки абсолютно для наших серий домов, потому что типовые решения - действительно очень разный состав.

 

ВЕДУЩИЙ: То есть индивидуально тоже…

 

КОРНИЕНКО: Это массово. Наоборот, большая часть - это индивидуальные проекты, потому что очень много нюансов. Невозможно решить за вас санузел, даже входную группу. Кому-то прямо, кому-то под углом хочется, то есть очень много нюансов. Поэтому как типовые решения, я вам сказала, как самые основные, что чаще всего является востребованным со стороны жителей для наших планировочных решений. А так полностью наш центр разрабатывает проекты по эскизам, по хотениям людей, и в процессе соответственно корректирует, что из этого можно, что нельзя и почему.

 

ВЕДУЩИЙ: А теперь скажите, пожалуйста, вот это дорогое удовольствие?

 

КОРНИЕНКО: Усреднено, техническое заключение о возможности осуществления перепланировки включает в себя процедуру обследования конструкций, что очень тяжело дается на понимание гражданину - почему нужно и почему столько стоит? То есть, чтобы сказать, что можно трогать несущие конструкции, мы выходим на объект, заходим в квартиру выше, ниже. Смотрим, что с конструктивными элементами, в каком они состоянии в действительном после эксплуатации, при отклонениях на строительстве от проектных решений, и исследуем это приборами. Поэтому это и выезд, и приборы, и расчетные комплексы, которые позволяют. Вот только тогда появляется техническое заключение о возможности внесения изменений именно в несущие конструкции. Это стоит в среднем 47 тысяч. А сама проектная часть уже, проект, как что делается, может быть сделана в любой организации при наличии нашего разрешения о возможности как авторов проекта, которые знают конструктивные особенности дома.

 

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Здравствуйте. Меня зовут Любовь Николаевна. У меня типовой дом. У меня такой вопрос. Хочу сломать антресоли в квартире. Что нужно для этого, и нужно ли получать разрешение? А если нужно, то куда обращаться?

 

КОРНИЕНКО: После выхода 508 постановления правительства Москвы, оно вышло 25.10.2011 года, для того, чтобы ликвидировать или пристроить антресоль, демонтировать или возвести ненесущие перегородки, вам никуда обращаться ни за чем не нужно. Но для того, чтобы в документах БТИ сделанная вами новая планировочная структура оказалась зафиксированной, вам необходимо будет прийти в одно окно Мосжилинспекции, там от руки нарисовать эскиз, как вы поменяли эти ненесущие конструкции. И они передадут эти изменения в БТИ. Вы получите БТИ уже с измененными конструкциями. Для антресолей никакой документации вам не нужно, разрешения.

 

ВЕДУЩИЙ: Антресоли, шкафы и вот также ненесущие перегородки. Это я все выучила, готовясь к нашему разговору, набираясь терминов.

 

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Здравствуйте. Я бы хотела задать вопрос. Можно ли увеличить комнату, за счет балкона, что нам для этого нужно сделать?

 

КОРНИЕНКО: К сожалению, это в действии делать нельзя. Оно запрещено.

 

ВЕДУЩИЙ: Вообще?

 

КОРНИЕНКО: Конечно. По двум причинам. Во-первых, любой дом был спроектирован на определенную площадь помещения для обогрева тепловым контуром. То есть отопительные приборы как квартиры, так и дома в целом по диаметру труб, по сечению, по мощностям рассчитан на определенную обогреваемую жилую площадь. Поэтому любое присоединение что лоджии, что балкона ее увеличивает. То есть верхние этажи будут просто без тепла. Кто-то просто останется в холодных условиях. Второй аспект этого вопроса чисто конструктивный. Плита перекрытия балкона, она не рассчитана на то, чтобы она сверху была теплая, присоединенная к квартире, а снизу холодная. То есть вот этот перепад температур рождает точку росы и постоянное намокание плиты снизу, что очень резко снижает ее эксплуатационные качества. То есть у нас и так балконы рассчитаны на 150 периодов отмерзания, замерзания в целом, не за сезон. То есть жутко страдают конструкции. То есть вот два аспекта: тепло и нарушение площадных характеристик.

 

ВЕДУЩИЙ: То есть вообще нельзя?

 

КОРНИЕНКО: Нет. При чистом присоединении на типовых сериях наших домов нет.

 

ВЕДУЩИЙ: А какие возможны варианты?

 

КОРНИЕНКО: Возможно только увеличение светового проема, то есть не оконно-дверной блок, а демонтаж подоконной зоны, увеличение этого проема, но с установкой туда стеклопакета. То есть получается, французские окна можно сделать, чтобы было красиво для обозрева. Летом, пожалуйста, они большую часть времени у вас могут стоять открытые. Но выломать всю стеновую панель, полностью присоединить балкон, сделать тройной стеклопакет и утеплить периметр балкона, нет, нельзя.

 

ВЕДУЩИЙ: Это вообще нельзя?

 

КОРНИЕНКО: Да.

 

ВЕДУЩИЙ: У меня вопрос опять же исторический, если можно так сказать. Поскольку действительно у многих квартиры долгое время находятся в распоряжении, и не знали таких слов как перепланировка, но знали такие слова как косметический ремонт и капитальный. И многие что-то такое сделали в тот период своей неграмотности проектировочной под видом капитального ремонта. Вот как теперь с этим  быть, как это все оформляется, и как это все может приводиться в соответствие с нашей нынешней грамотностью?

 

КОРНИЕНКО: В соответствии с 508 постановлением правительства Москвы ранее выполненная перепланировка без разрешения Мосжилинспекции, либо раньше других, префектуры раньше давали.

 

ВЕДУЩИЙ: А когда-то и еще кто-то.

 

КОРНИЕНКО: Да. Я почему говорю, что любая, ранее выполненная перепланировка без разрешительной документации, может быть сегодня согласована Мосжилинспекцией при наличии технического заключения о ее допустимости и безопасности от авторов проекта дома. То есть таких обращений у нас ровно половина. Половина планируемых, а половина обращений именно по выполненным уже работам.

 

ВЕДУЩИЙ: А авторы проекта дома - это фактически вы?

 

КОРНИЕНКО: В большинстве случаев мы, да.

 

ВЕДУЩИЙ: Я еще раз назову ваш институт - Московский научно-исследовательский проектный институт типологии экспериментального проектирования. Вот фактически все архивы наших типовых домов, как я понимаю, находятся?

 

КОРНИЕНКО: Безусловно. У нас есть и архивная часть. Но в чистом виде учет, анализ именно разрешенных мы не ведем. Почему? Потому что даже если у нас заказали и сделали проект, это не факт, что он реализован. Там что-то изменилось, люди развелись, перестали делать.

 

ВЕДУЩИЙ: Вот что еще ни в коем случае нельзя делать, тогда нужно сказать. Потому что, видите, вот с балконами как получается, оказывается ни под каким видом и никогда.

 

КОРНИЕНКО: В большинстве случаев можно подобрать удобные решения, и нас устраивающие по безопасности, и жителей - по комфортности, но для этого надо приходить обязательно на прием.  Потому что вот что точно нельзя делать - это без консультаций, без технической документации самовольно бить проемы, то есть застрагивать несущие конструкции. Потом может оказаться так, что при необходимости узаканивать, придется их закладывать. Намного перспективней прийти на прием, и мы найдем либо участок стены, где это возможно, либо какое-то другое подскажем решение.

 

ВЕДУЩИЙ: Я просто подчеркну. Что если несущие конструкции, в принципе с ними можно работать по перепланировке, но только это надо делать грамотно и сначала проконсультировавшись со специалистами.

 

КОРНИЕНКО: Конечно. Да, возможно, в этом месте и можно сделать проем. Но вам придется наваривать огромную металлическую обойму, которая очень дорога, но без нее проем будет делать нельзя.

 

ВЕДУЩИЙ: Еще есть такая ситуация, что какие-то потребности перепланировки входят в такой диссонанс с потребностями других жильцов каким-то образом жить, работать, спать в этом доме. Вот по этой части, по части, что называется, шумовых объектов есть какие-то ограничения? Вы учитываете это, когда даете свои советы?

 

КОРНИЕНКО: Во-первых, сам момент производства работ - это всегда ответственность собственника, как его рабочие, в какое время они стучат, это контролируется не нами. И никоим образом к нашей части не относится. А к нашей части решения получаются. Во-первых, устройство полов, безусловно, оно является частью проекта. И мы закладываем там шумоизоляционные материалы в обязательном порядке. И потом, когда подписываем приемку этих квартир и акты на скрытые работы, то, безусловно, проверяем, что они положены. Другое дело, что многие люди заменяют полы и без всяких проектов, никуда не приходя, и делают это хаотично.

 

ВЕДУЩИЙ: Но внешние ремонты подразумевают, что будет улучшенная шумоизоляция.

 

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Здравствуйте. Меня зовут Ольга. Я слышала, что есть такая библиотека типовых проектов. Я живу в типовом доме. Хотелось бы узнать, где можно познакомиться с типовыми проектами. И я правильно понимаю, что если я воспользуюсь одним из таких проектов, то можно не платить за проект, что это будет бесплатно?

 

КОРНИЕНКО: Каталоги типовых проектов, что А, что В, размещены на сайте официальном Мосжилинспекции и на официальном сайте института - ГУП МНИИТЭП. Воспользоваться обоими вариантами, да, для гражданина, для жителя Москвы можно бесплатно.

 

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Здравствуйте. Меня зовут Алина. Я бы хотела задать вопрос. Можно ли увеличить санузел за счет коридора, при условии, что объединить ванную с туалетом, и можно ли это сделать самостоятельно?

 

КОРНИЕНКО: Если вы объедините санузел с ванной и с коридором, то есть первая часть, да, можно, потому что зона коридора является нежилой частью и там могут находиться мокрые зоны, санузлы. Но как вы собираетесь попадать на кухню?

 

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Ну, тогда придется сделать выход, наверное, через комнату.

 

КОРНИЕНКО: А вот в этом случае нельзя будет сделать самостоятельно, потому что эта стена несущая.

 

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Здравствуйте. Юлия Андреевна. Я хочу спросить про пожарную лестницу, которая на балконе. Я выхожу на балкон, он у меня маленький, небольшой, и смотрю на это чудо в кавычках. Вот как это чудо убрать, и кто вообще его придумал? Ведь я заплатила немалые деньги. И практически у меня украли вот эти метры, где стоит эта пожарная лестница.

 

КОРНИЕНКО: Я так понимаю, вы покупали квартиру?

 

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Да.

 

КОРНИЕНКО: Вы же когда покупали, вы видели серию, видели планировку и прекрасно знали, что она там есть.

 

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Извините, я ее не видела. Я - медик, стояла много лет на очереди у себя в клинике. То, что, мне дали, я и взяла. Я ее вообще не видела.

 

КОРНИЕНКО: Значит, вы ее не покупали. Это большая разница.

 

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Нет, я ее купила. Я уже оплатила все, но я ее не видела до этого. То есть я ее увидела только тогда, когда оплатила.

 

КОРНИЕНКО: Ваш типовой проект предусматривает пожарную эвакуацию через сеть балконов. И другой пожарной системы эвакуации для жителей не предусмотрено. Поэтому балкон снять нельзя.

 

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: А кто воспользовался этой лестницей? Никто. Вот сколько лет я живу в Москве, еще никто не воспользовался этой лестницей пожарной.

 

КОРНИЕНКО: Значит, слава богу, вы не горели.

 

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Слава богу. Но ведь есть сейчас современная техника, которая поднимает на высокие этажи. И эта лестница, я считаю, для воров.

 

КОРНИЕНКО: Нет. Эта лестница позволяет изначально уйти из зоны сильнейшего задымления в момент. Когда приедет техника, к сожалению, люди уже задыхаются. Но в целом это вопросы уже специфические, то есть больше по пожарным нормам. То есть одним из вариантов решения вопроса по пожарной безопасности является и такое проектное решение. Просто ваш дом с таким решением.

 

ВЕДУЩИЙ: Я так понимаю, что вопросов действительно очень много. И недаром у вас работает телефон «горячей линии», потому что такие нюансы не предугадаешь. Мы, наверное, тоже будем завершать наш разговор, хотя я понимаю, что тема перепланировок, как и тема планировок, она абсолютно бесконечна и зависит от того разнообразия вкусов, которое представляют и слушатели, и потребители, и те, кто делают заказы. Я благодарю наших гостей за участие в программе.