Пойми себя, если сможешь

СЕЙЧАС В ЭФИРЕ

Революционные 60-е в мире: искусство и общество

скоро в эфире

06.02.2013 - Чем живет "Мосфильм" сегодня? слушать скачать

Основой знаменитого ныне киноконцерна "Мосфильм" стало ателье Александра Ханжонкова на Житной улице. Сейчас производственная мощность студии — более ста картин в год.

Основой знаменитого ныне киноконцерна "Мосфильм" стало ателье Александра Ханжонкова на Житной улице. В 1923 году после национализации и капитального ремонта киноателье превратилось в Первую фабрику Госкино. Другая фабрика - Третья, разместилась в бывшем ателье Ермольева в Брянском переулке, недалеко от Киевского вокзала. Их объединение и стало основой будущего "Мосфильма". Работа началась со съемок фильма режиссера Бориса Михина "На крыльях ввысь". Сейчас производственная мощность студии — более ста картин в год. Чем живет "Мосфильм", почему российское кино редко и с трудом появляется на мировом экране? Наш гость - генеральный директор компании "Мосфильм" Карен Георгиевич Шахназаров. Ведущая – Ирина Козловская.

 

ВЕДУЩИЙ: Гость программы - режиссер Карен Георгиевич Шахназаров. Я вас поздравляю и с юбилеем «Мосфильма», и с вашей наградой, очень приятно вас видеть в студии.

ШАХНАЗАРОВ: Спасибо. Но у нас не вполне юбилей, у нас день рождения.

ВЕДУЩИЙ: Вы знаете, все равно хороший праздник. Поэтому стоит о нем поговорить. Хорошо, что остались в прошлом те времена, когда вы едва сводили концы с концами. Вы были молодой, энергичный, поэтому, по вашим собственным словам, вас поставили во главе.

ШАХНАЗАРОВ: Меня избрали в свое время, а потом утвердили.

ВЕДУЩИЙ: Я думаю, вы об этом не жалеете, хотя режиссерское, творческое начало немного, наверное, страдает. Но вы все равно выпускаете по одному-два фильма в год. И все-таки о «Мосфильме». Насколько тяжело управлять этой махиной? Одни считают, что очень хорошо, когда такой киноконцерн, когда можно предоставить многие услуги: сдать кому-то павильоны, студию звукозаписи, запустить фильм. И в то же время, естественно, у вас появляются конкуренты – небольшие мобильные студии, где, возможно, предлагают те же самые услуги по более низким и выгодным для кого-то ценам. Боитесь ли вы конкуренции, потому что она в чем-то негативно скажется на том огромном детище, которое вы возглавляете?

ШАХНАЗАРОВ: Я конкуренции не боюсь, мы не боимся, потому что, во-первых, самые низкие цены именно на «Мосфильме», и они низкие именно потому, что «Мосфильм», обладая всеми технологическими аспектами кино, в случае необходимости всегда может регулировать свои цены без ущерба для предприятия. И в этом смысле как раз есть преимущества у больших предприятий. Но конкуренция, она действительно дает тонус и необходимость держать себя в форме, то есть ты должен соответствовать. Борьба на рынке в кино идет довольно жесткая. У нас нет конкурентов в смысле больших студий, к сожалению, они все в таком довольно сложном состоянии, мягко говоря. Но появились некоторые компании, которые движутся в том или ином векторе, допустим, есть компания «Звук», которая занимается звуком помимо нас. Частные компании являются, конечно, конкурентами. Мы вынуждены, конечно, как-то заниматься этим вопросом.

Тут важно понять такую вещь, я всегда об этом говорю, что «Мосфильм», во-первых, модернизировался, реконструировался полностью на свои средства. «Мосфильм» не получал и до сих пор не получает никаких бюджетных средств. Более того, «Мосфильм» последние уже 7-8 лет очень приличные налоги платит государству. Так что в этом смысле налогоплательщик может быть абсолютно спокоен. А если говорить об угрозах «Мосфильму» и вообще большим студиям, то они все-таки исходят не от конкурентов, они исходят скорее от той революции, которая происходит в технологиях кино, и прежде всего это цифра. Да, это приход цифры, тотальный приход, неизбежный, и, конечно, он повлечет за собой изменения. И вот в этом смысле для больших студий есть угроза. Для нас еще не в такой степени, но мы видим, в каком тяжелом состоянии европейские большие студии оказались. Потому что большие студии были изначально построены под пленочную технологию. В этом смысле приход цифры сильно меняет все взаимоотношения. Кино сегодня - очень сложный процесс, технологически сложный. И «Мосфильм» - очень сложное предприятие. И вот с этой стороны мы, конечно, видим угрозы, но будем пытаться решать их.

ВЕДУЩИЙ: Техническая составляющая, конечно, очень важна, особенно если сравнивать какие-то наши компьютерные проекты с Америкой, то мы здесь явно проигрываем. Но хотелось бы вот какую параллель провести. Американцы в принципе очень четко просчитывают успех фильма. Если, например, они закладывают на какой-то фильм, я прочитала, 60 миллионов долларов, то на раскрутку его они пускают в два раза больше. То есть такой расчет, что вот этот сценарий или фильм выстрелит, а если не выстрелит, то мы немножко поддержим его рекламой. У нас, насколько я понимаю, раскрутка отечественного кино очень слабенькая. Можно вспомнить для вас, наверное, хрестоматийный пример, когда Александр Митта вернулся из Японии, где он снимал фильм «Москва - любовь моя», и он там узнал, что японские производители тоже просчитывают фильм, используют саспенс, чтобы кино выстрелило. И когда он вернулся в Россию, он снял по этим правилам фильм «Экипаж», который действительно покорил аудиторию и до сих пор пользуется популярностью. Сейчас у нас делается такой прогноз, или в основном мы действуем по принципу, что вот пришли какие-то шальные деньги, давайте мы запустим проект? Или, например, мы делаем ставку на этот сценарий или на этот фильм, а он почему-то сырой и не выстреливает?

ШАХНАЗАРОВ: Вы знаете, это довольно наивное представление о взаимоотношениях в американском кино. Во-первых, вообще не надо сравнивать наш кинематограф с американским. У нас какая-то больная тема в России, то ли комплекс какой-то… Ни одна кинематография в мире не сравнивает себя с Голливудом. Во-первых, американское кино - это очень сложный и большой мир. Это не только Голливуд. Это огромное число независимых компаний, это огромное телевизионное производство, огромное порнопроизводство, которое является, может быть, одним из важнейших компонентов, между прочим, Голливуда. Вся порнопродукция производится в Калифорнии. Об этом мало говорится, но это вообще очень большой бизнес.

Всё время приводятся в примеры некие цифры. Но надо понимать, что, если бы американское кино работало только на российском рынке, никакая реклама бы им не помогла. Не надо забывать, что их доходы - не на российском рынке. Они-то работают в отличие от нас прежде всего на своем рынке. А рынок у них - гигантский. У них огромное число залов, порядка 40 тысяч, в отличие от России - у нас тут, по-моему, две или четыре тысячи залов по стране. То есть это совершенно несоизмеримые понятия. Их доходы - прежде всего со своего рынка, а то, что в России они зарабатывают, это на самом деле в сравнении с тем, что зарабатывается ими в Европе и у себя в Америке, просто копейки. Поэтому если бы они, так же как мы, работали на нашем рынке, то я вас уверяю, у них были бы те же самые проблемы. Потому что, к сожалению, наш рынок совершенно не выстроен в этом смысле, и проблема прежде всего в этом состоит.

И второй момент, что у российского кино, конечно, нет такого выхода на мировые рынки, как есть у американского кино. Да, для того чтобы выходить, нужны огромные средства на рекламу. Поэтому, собственно, из того количества фильмов, которое производится в той же Америке (их, наверное, больше тысячи), я думаю, выходит на экраны от силы, может быть, 150-200. То есть большое количество фильмов сразу уходит на DVD, на телевидение. Видно, что эти картины, как их ни рекламируй, не предназначены для широкого экрана. Понимаете, это очень сложный процесс. Вообще кино - сложный очень организм сегодня. Понятно, что в кино, как и в спорте, все разбираются. Но на самом деле это очень сложный бизнес, это очень сложные технологии сегодня, в общем, это надо серьезно анализировать.

ВЕДУЩИЙ: Карен Георгиевич, по поводу стереотипов. У нас их действительно очень много. И, возможно, с целью избавиться от них был запущен проект, как раз сегодня в мультимедийном центре РИА «Новости» будет премьера этого проекта, в рамках которого команда молодых кинематографистов из Европы на поезде отправилась по городам нашей страны снимать фильм о России, какой они ее себе представляют. Получилось в итоге семь короткометражек. В этом году нам обещают из них сделать фильм о России, где не будет вот именно этого тривиального взгляда на человека из глубинки, на какие-то проблемы. Мне понравилось высказывание одной западной журналистки, что в России популярны два типа фильмов: кино про бандитов и драмы про страдания героев в провинциальном городке, которые в основном идут на фестивалях…

ШАХНАЗАРОВ: Про бандитов-то во всем мире популярны. Что они говорят? Можно подумать, что в других странах про бандитов не смотрят. Сколько угодно.

ВЕДУЩИЙ: Ну, они считают, что в России кино можно разделить на две такие категории. На чем, вы думаете, основывается этот стереотипный взгляд на Россию? У нас же есть прекрасные режиссеры. У нас есть авторское кино, которое прорывается на мировой рынок. И все равно такие стереотипы главенствуют и мешают восприятию других наших фильмов.

ШАХНАЗАРОВ: Я не знаю, у каждого свое мнение. У нас, наверное, тоже есть какие-то стереотипы по поводу других стран. Понятно, люди приезжают, они не знают, не чувствуют страны, у них есть какое-то впечатление, в основном пресса что-то пишет… Я не вижу в этом какой-то беды, противоречия, просто совершенно не обязательно слушать всё, что нам говорят про нас из-за рубежа, так же как им, наверное, совершенно не обязательно слушать нас. Понятно, что взгляд иностранца, он всегда взгляд иностранца. Вы приезжаете туристом в какую-нибудь страну - что вы видите? Вы видите гостиницу, в лучшем случае пляж. Вон приехали в Египет, в Хургаду, там всё хорошо, а рядом, посмотрите, какие события происходят в стране. Поэтому я даже не знаю, что на это ответить. Я просто об этом не думаю. У меня есть свое мнение. Мне совершенно не обязательно слушать кого-то, кто мне будет рассказывать про мою страну. Мне это совершенно не нужно. Ну, может быть, экзотически интересно так, но, строго говоря, я сам знаю про свою страну гораздо больше, чем мне могут сказать из-за рубежа.

ВЕДУЩИЙ: Скажите, насколько на вас давит ответственность за людей, которые работают на «Мосфильме»? Всем им нужно дать работу, хорошую зарплату.

ШАХНАЗАРОВ: Ну конечно, давит. Это большое количество людей, и учитывая, я повторюсь, что мы не получаем бюджет, то есть мы зарабатываем то, что мы зарабатываем, поэтому, конечно, ты ощущаешь ответственность. Это большое количество людей, с семьями, они рассчитывают… Поэтому, да, это серьезная ответственность. Я уж не говорю, что, когда работаешь с людьми, всегда ведь у кого-то несчастье, у кого-то что-то случается, кто-то заболел. В принципе мы стараемся людям, которые у нас работают, помогать. Это тоже, я считаю, правильно. Конечно, это накладывает какие-то обязательства. У нас даже поликлиника, между прочим, своя сохранилась.

ВЕДУЩИЙ: Достойно.

ШАХНАЗАРОВ: Да, очень неплохая. Мы специально ее сохраняем, хотя нас некоторые руководители упрекали: зачем вам в современных условиях поликлиника, зачем вы деньги на это тратите? Но мы же понимаем, что для человека порой сделать УЗИ сегодня - это проблема, вылечить зубы. У нас и стоматологический кабинет для своих сотрудников бесплатно. Чем они будут отпрашиваться, пусть на работе сходят и сделают всё.

ВЕДУЩИЙ: Человеческий подход. Насколько у вас сейчас загружены павильоны? Какие интересные, крупные проекты в них идут? А еще я бы хотела, чтобы вы подумали и в конце нашей программы озвучили список своих любимых фильмов. Я знаю, что «Июльский дождь» входит в этот список. И, может быть, какие-то еще последние фильмы, которые вас потрясли в хорошем смысле слова. Но начнем с заполненности ваших павильонов. Что сейчас там происходит, какая жизнь кипит, какие проекты готовятся к выходу?

ШАХНАЗАРОВ: У нас очень много телевидения сейчас работает. Телевидение у нас занимает порядка 70-80% именно в павильонах. И программы, и телевизионные фильмы. Очень интересный, мне кажется, фильм делается, продюсирует Денис Евстигнеев - «Куприн». Мне кажется, это очень интересный проект. Радует то, что телевидение стало не просто мыльной оперой, а это настоящее кино: декорации, актеры, но формат телевизионный. То есть вот такого уровня. Собственно, в эту сторону идет сейчас телевизионное, я его называю, кино, и для нас большой разницы я не вижу. Вот такой работы очень много, конечно. Павильон для Никиты Сергеевича Михалкова мы сейчас строим, уже третий павильон. Два его павильона у нас было, с очень хорошими декорациями, корабль построили в павильоне, очень красиво было. И сейчас он из Одессы приезжает делать картину. Много телевизионных всяких картин, очень много.

ВЕДУЩИЙ: Я так понимаю, что вы сейчас уже нормально относитесь к этим телефильмам. Но все-таки не свербит где-то, что меньше стало запускаться фильмов, предназначенных для проката?

ШАХНАЗАРОВ: Дело всё в том, что фильмы для проката всё меньше пользуются павильонами именно в силу того, что всё больше снимают на цифру, плюс к этому у них, конечно, гораздо меньше бюджет, они стараются не строить декорации. А как раз телевизионные, я их фильмами, не сериалами называю, они всё больше строят декорации, у них очень крупные проекты. И я должен сказать, эта тенденция во всем мире. Мы, например, говорим об американском кино, но у нас очень мало знают телевизионные фильмы американские. А там бюджеты гораздо большие уже, чем кинобюджеты. Там снимаются звезды, там делается компьютерная графика, это очень серьезные проекты. И это тенденция, которая во всем мире происходит. Видимо, это неизбежно, потому что сами экраны телевизионные становятся большими, то есть люди хотят видеть телевизионный продукт высокого качества. Я считаю, это форма кино, приспособленная для телевидения, это неизбежно. Поэтому, свербит у меня или не свербит, а что делать? Так бизнес устроен.

ВЕДУЩИЙ: У нас есть вопросы радиослушателей.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Здравствуйте, меня зовут Татьяна. Карен Георгиевич, у меня к вам вот какой вопрос. Я закончила Высшие сценарные курсы, и у нас сформировалась своя команда с молодыми операторами, звукорежиссерами, в общем, такой готовый продукт. Мы бы хотели узнать, а вот на «Мосфильме» возможно молодым специалистам каким-то образом воспользоваться площадкой, какие-то условия, может быть, или льготы, что-то такое есть, где бы мы могли попробовать себя реализовать?

ШАХНАЗАРОВ: В принципе, можно и реализовать. Но вам надо обратиться. У нас есть сайт, у нас есть все телефоны, все e-mail, мы работаем абсолютно со всеми. В отношении молодых кинематографистов у нас есть определенные льготы, и определенные преимущества им даем. Поэтому вы можете обращаться, надо просто посмотреть, что конкретно вы хотели бы. У нас очень много из ВГИКа приходит ребят и работает. Так что добро пожаловать.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Это касается и авторского кино?

ШАХНАЗАРОВ: Это касается абсолютно разного кино, и авторское кино может быть, и не авторское кино. Желательно, чтобы оно хорошее было. Но кто знает, что получится…

ВЕДУЩИЙ: Я так понимаю, что авторское кино у нас в основном представлено на фестивалях, и зритель узнает из газет о нем?

ШАХНАЗАРОВ: Я вообще не очень понимаю, «авторское кино» для меня непонятный термин, потому что вот Гайдай - это авторское кино? На мой взгляд, более чем авторское. Что такое авторское кино? У нас авторское кино превратилось в нечто такое скучное, занудливое и что никто не смотрит. А вообще авторское кино - это то кино, в котором сразу видна личность автора. И с отрезанными титрами вы сразу понимаете: о, это снимал такой-то режиссер! Вот вы любую картину Гайдая возьмете – нет сомнений, сразу будет понятно, что это снимал Гайдай. У него был свой почерк, самобытный абсолютно. При этом это весело, это смотрят десятки, сотни миллионов людей. То же самое - Рязанов Эльдар Александрович, Данелия, это всё авторское кино. У нас произошло некое смещение в этом смысле. А я-то вот так подхожу. И вообще, кино есть хорошее и плохое, и кино, которое делается талантливым человеком, оно всегда авторское, в каком бы жанре он ни работал.

ВЕДУЩИЙ: Хотелось бы вернуться к теме кино, которое показывают по телевидению. Как бы фильм ни захватывал, очень многие все равно предпочитают его купить на DVDи смотреть в удобное для себя время и - без рекламы. Я считаю, что реклама - это хотя и двигатель прогресса, конечно, но очень портит наши фильмы.

ШАХНАЗАРОВ: Я согласен, но ко мне какие вопросы?

ВЕДУЩИЙ: Ну, поддержку хотя бы получить.

ШАХНАЗАРОВ: Я сам режиссер. И понятно, что, когда мои картины показывают по телевизору, я вижу, как вдруг там памперсы в самый неподходящий момент начинают рекламировать. Но что я могу сделать? Это реальность сегодняшнего дня. И, наверное, это уже должны решать на каком-то другом, более важном уровне, чем мой.

ВЕДУЩИЙ: Карен Георгиевич, вы как-то сказали в одном из интервью, что вы за возрождение системы Госкино, как было в СССР. Вы можете объяснить свою позицию?

ШАХНАЗАРОВ: Да, в этом нет никакой тайны. Я об этом говорю с тех пор, как распался СССР. (Вернее, на мой взгляд, он не распался - он потерял окраины; но это другой вопрос.) Что я хочу сказать? Я говорю о том, что вообще система организации кино в СССР была очень эффективной. Кстати, при нашем болезненном, мы уже говорили, комплексе по отношению к Голливуду я должен сказать, что вообще система кино в СССР была та же, которая в Голливуде. Вся цепочка - приемка сценариев, работа со сценариями, она была такая же, как на «Парамаунт», «Юниверсал», на других студиях. Собственно, в значительной степени СССР и заимствовал в свое время, в 1930-е годы, эту систему. И эта система работала очень хорошо. Я абсолютно не понимаю, зачем надо было всё разрушать. Понятно, у нее были свои недостатки: излишнее цензурирование, излишняя бюрократия. Хотя нынешнюю бюрократию с Советским Союзом просто не сравнить. Но тем не менее, на мой взгляд, надо было то, что нехорошо, сделать лучше, а то, что хорошо, оставить работать. И вот 20 лет мы бьемся над тем, чтобы создать некую систему вообще в российском кино, и это всё, на мой взгляд, не получается, вместо того чтобы просто взять и восстановить то, что работало. Вот принцип мой на «Мосфильме», когда я стал руководить: бывает, ты не понимаешь почему, но работает, - не трогай; не знаешь - не трогай; сломаешь - будет хуже. Если знаешь, что надо сделать, как надо сделать, как это улучшить, если знаешь наверняка, тогда меняй. А если не знаешь, тогда лучше пусть работает так, как есть. Моя позиция в этом была, есть и остается. Но, к сожалению, видимо, это не очень своевременно сегодня.

ВЕДУЩИЙ: Очень много разговоров, статей, интервью по поводу нехватки идей, творческих личностей в кино, сценариев, ярких имен. И все это сваливается в одну кучу. Вы могли бы самое главное для себя и для наших радиослушателей выделить, вот ваша точка зрения, чего больше не хватает российскому кинематографу сейчас?

ШАХНАЗАРОВ: Ну, идей не хватает не только российскому кинематографу. Это такое тотальное, я бы сказал, оскудение. Дефицит идей, он везде дефицит идей, это такое общее место. Да, в этом есть проблема. Почему он происходит, этот дефицит идей, - это длинная серьезная тема. Не знаю, насколько вы готовы. Время у вас есть?

ВЕДУЩИЙ: Не так много времени. И есть звонок.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Здравствуйте. Спасибо вам большое за «Белого тигра». Благодарю вас от всей души за этот фильм. Я считаю, что это большая удача нашего кино. И за «Золотого орла», которого вы получили, тоже спасибо. Скажите, это первый ваш «Золотой орел», или у вас еще есть награды такие?

ШАХНАЗАРОВ: Нет, я получал еще два «Золотых орла» за режиссуру за фильмы «Исчезнувшая империя» и «Палата № 6». Так что это у меня третья награда. Но за лучший фильм первый раз получил.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: А с «Никами» как у вас?

ШАХНАЗАРОВ: «Ники» есть.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Смотрите, вы богатый человек! У вас много наград.

ШАХНАЗАРОВ: Да, но не в наградах дело.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Вы такие сложные снимаете фильмы. «Белый тигр» - это же такой сложный фильм с точки зрения режиссерской, мне кажется.

ШАХНАЗАРОВ: Да, довольно непростой был фильм, это верно. Сложная картина. Военные картины вообще тяжело снимать и физически, и морально, это довольно сложная работа.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Спасибо большое.

ШАХНАЗАРОВ: Спасибо вам. Спасибо за теплые слова. Доброе слово и кошке приятно.

ВЕДУЩИЙ: По поводу авторских прав на золотую коллекцию. Всё у вас в порядке в этом плане, у «Мосфильма»?

ШАХНАЗАРОВ: Да, у нас всё в порядке. Собственно, это и было залогом того, что нам удалось реконструировать и модернизировать «Мосфильм» без привлечения государственных средств, в свое время это был единственный источник нашего прихода денежного. Мы реализовали картины на телевидении, но мы никогда не продавали фонд, то есть один-два показа, только так. Другие студии - студия Горького, «Ленфильм» - продали свои коллекции в свое время, еще в 1990-е годы. А вот мы сохранили. Это, кстати, большая заслуга моего предшественника Владимира Николаевича Досталя, который не дал и, как говорится, мне это завещал. И хотя были всякие предложения заманчивые, но мы никогда этого не делали. Сегодня это уже не самый главный источник наших доходов, слава богу, у нас производство, порядка 80% мы уже зарабатываем непосредственно нашей производственной деятельностью, но процентов 20 все равно приход идет от коллекции. Мы очень дорожим ей. Тем не менее мы выставили ее в Интернете бесплатно совершенно, пожалуйста.

ВЕДУЩИЙ: Кстати, за это вас очень упрекали, что смотрят…

ШАХНАЗАРОВ: А кто упрекал? Зрители нас не упрекали.

ВЕДУЩИЙ: Нет, не зрители. Что вы, мол, разбазариваете…

ШАХНАЗАРОВ: Я не вижу в этом никакого разбазаривания, наоборот, это жест как раз с нашей стороны в сторону зрителей. К сожалению, Интернет у нас тотально пиратский. Мы таким образом осуществляем некую борьбу. Мы предлагаем нашему зрителю: пожалуйста, смотрите картины, вот они, бесплатно смотрите, смотрите по многу раз. Вот это легально, вот это пожалуйста, на здоровье. Поэтому я не вижу здесь никакого разбазаривания. В конечном счете это все равно достояние нации. Это, кстати, не мешает нашим взаимоотношениям с телевидением. Потому что сегодня, как выясняется, это разная публика - та, которая в Интернете, и эта…

ВЕДУЩИЙ: А как у вас складываются взаимоотношения с европейскими студиями, какие-то совместные проекты есть?

ШАХНАЗАРОВ: Дружеские… Надо понимать, что мы на самом деле конкуренты со всеми европейскими студиями. И особенно в последнее время мы заметили, что к нам очень любят приезжать представители европейских студий именно в связи с тем, что они не в очень хорошей ситуации, они рассчитывают как раз часть заказов у нас отсюда увести.

ВЕДУЩИЙ: Но вы их встречаете, не подавая вида, что знаете об их намерениях?

ШАХНАЗАРОВ: Мы очень хорошо их встречаем. И они делают вид, и мы делаем вид, и вместе выпиваем, но мы понимаем, зачем они приехали, и они понимают, зачем они приехали. Я не вижу в этом ничего предосудительного. Понятно, все сражаются на рынке и так и надо, это норма. Но, как говорится, чужого нам не надо, но и своего мы тоже не отдадим.

ВЕДУЩИЙ: Что вы думаете по поводу смены руководства на «Ленфильме»?

ШАХНАЗАРОВ: Надо посмотреть результаты. «Ленфильм» в очень тяжелой ситуации. Моя позиция в свое время была весьма кардинальная, я считал, что лучше закрыть студию. На мой взгляд, ее очень трудно реанимировать. Но с другой стороны, приход Федора Бондарчука, человека талантливого, очень энергичного, доказавшего свою дееспособность во многих вещах, очень современного… Дай бог ему, может быть, у него и его команды получится поднять «Ленфильм». Я буду только рад, я буду только рад. На сегодняшний день просто желаю ему успехов в этом деле. Посмотрим. Это очень сложно. Поверьте мне как человеку, который построил студию (ну, не сам, с коллективом), - это очень сложный процесс. Мне предлагали, кстати, тоже заниматься «Ленфильмом».

ВЕДУЩИЙ: Одновременно?

ШАХНАЗАРОВ: Нет, уже не так давно. Я сразу сказал: второй раз заниматься - нет. Я очень благодарен судьбе, что она меня так связала с «Мосфильмом», это удивительный, уникальный опыт, который я получил. Но второй раз повторить это я не хотел бы, слишком много было всего, на что уже сил нет.

ВЕДУЩИЙ: Но я думаю, что у вас все-таки остались силы в конце программы несколько фильмов любимых назвать, кроме «Июльского дождя», конечно.

ШАХНАЗАРОВ: Это на самом деле очень сложно. Я вообще очень много фильмов люблю. Я могу сказать, какие картины на меня в свое время сильное впечатление произвели. Это, конечно, Эйзенштейн - «Броненосец «Потемкин» и «Иван Грозный», я очень люблю эту картину до сих пор. Я понимаю, что это выбор такой более кинематографический, для широкого зрителя, может быть, это уже не так, но мне это очень многое дает. Я был всегда под большим впечатлением от Феллини - «Восемь с половиной», «Дорога», конечно, «Ночи Кабирии», «Амаркорд». Хотя я недавно «Амаркорд» пересмотрел, уже не так он меня зацепил. «Рабочий поселок» Венгерова. Не видели такую картину?

ВЕДУЩИЙ: Нет.

ШАХНАЗАРОВ: Какая замечательная картина была, в 1950-е или в 1960-е годы она вышла. Потрясающая. Она почти забыта. С «Ленфильма», кстати. Он был вообще выдающийся режиссер, незаслуженно забытый. Я могу долго на эту тему говорить.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Здравствуйте. Карен Георгиевич, я хотела спросить у вас, сколько вы картин сняли? И второй коротенький вопрос. Чего в вас больше: режиссера или управленца?

ШАХНАЗАРОВ: Я снял 15 картин как режиссер-постановщик, 15 полнометражных картин. И еще к каким-то картинам как продюсер имел отношение. Но основной мой багаж, я считаю, эти 15 картин. Конечно, я режиссер-постановщик. Несомненно, это моя профессия. Но с работой директора «Мосфильма» у меня как-то органично это сплелось, потому что, в сущности, моя идея на «Мосфильме» очень проста. Я работал всю жизнь на «Мосфильме», и я хотел создать студию, которая была бы, если хотите, идеальной, для режиссеров в том числе, кстати, и для меня, и для любого режиссера, и он мог бы свои самые необыкновенные творческие замыслы на ней удовлетворить. Чего всегда не хватало, прямо скажем. И вот на сегодняшний день, я считаю, что во многом нам удалось это сделать. Поэтому у меня это всё сплелось в одно, и я не разделяю себя как режиссера и как директора. И думаю, именно оттого, что я снимаю, я очень хорошо чувствую сразу проблемы студии, моментально чувствую, что это не работает, вот тут чего-то не хватает, это вот плохо у нас, это надо исправить. Понимаете, когда сидишь в кабинете, не так хорошо чувствуешь все реальности жизни.

ВЕДУЩИЙ: Если только кресло чувствуешь, удобное оно или неудобное. Карен Георгиевич, продлили нам немножко эфир по просьбе режиссера. Такой момент. Вы перечислили несколько фильмов и режиссеров, которые на вас повлияли. И вы, конечно, знаете, что сейчас есть список фильмов, рекомендованных к просмотру в школах. Ваше отношение к нему и к этой идее вообще?

ШАХНАЗАРОВ: Вообще идея хорошая. Что ж плохого, если наши школьники посмотрят хорошие отечественные картины. Понятно, что такой список никого не удовлетворит никогда. Во-первых, мы народ такой достаточно эгоцентричный. Кто-то не попал в список. Например, для меня совершенно непонятно, что не попал Володя Меньшов, нет его картин «Любовь и голуби», «Москва слезам не верит». На мой взгляд, абсолютные шедевры и как раз тоже авторское кино, но в другом жанре. Может быть, в этом смысле надо подкорректировать, сделать 110 картин, уж включить Владимира Валентиновича-то, тут у меня даже нет сомнений. Но в целом нет никаких противопоказаний. Я говорю, тут на всех не угодишь, кому-то кажется – ах, моих картин мало, этот попал, а я не попал! Но с другой стороны, не очень понятно, как это работать будет, вот что, вот это совершенно непонятно.

ВЕДУЩИЙ: Посмотрим. Карен Георгиевич, спасибо вам большое за то, что вы пришли к нам в программу.