Хочу всё знать

СЕЙЧАС В ЭФИРЕ

Классическая музыка. Женщины-композиторы: Клара Шуман, Мария Шимановская, Кассия Константинопольская

28.05.2012 18:00
"Верховный совет" слушать скачать
в гостях: Андрей Разин

 

СТАХОВСКИЙ: Андрей Разин сегодня у нас в гостях.

РАЗИН: Добрый вечер, Володя, Женя и все радиослушатели, все любимые мои люди.

АВЕРИН: Слушайте, Андрей, вы появляетесь в этой студии с завидной регулярностью и каждый раз в новом качестве. То вас представляют, как депутата Государственной думы, то, как Ставропольской думы, теперь вот муниципальный депутат. Так или иначе, общественная работа в вашей жизни остается. Плюс какие-то должности, которые вы уже занимали, ныне занимаете, от каких-то отказываетесь. Вот у меня первый вопрос, как вы отказываетесь от дел?

РАЗИН: В последнее время очень много должностей предлагается. Но стараюсь не отказываться, потому что как-то нахожу время, самое главное это организовать работу. И эта работа, чтобы была действительно организована, и чтобы команда на той работе, куда я, например, скажем, я проректор Ростовского Государственного юридического института Минюста России уже более 10 лет, и там профессорско-преподавательский состав, и сама команда института, они работают, я, естественно, туда приезжаю по мере свободного времени, преподаю.

СТАХОВСКИЙ: Есть лекции какие-то?

РАЗИН: Есть лекции.

СТАХОВСКИЙ: А на тему?

РАЗИН: И руковожу, естественно, потому что у меня там самое сложное это защита авторских прав, это то, что мой конек. Все процессы, которые я судился, например, все выиграл, даже самый крупный процесс, о котором Дмитрий Анатольевич Медведев даже говорил на пресс-конференции с Бараком Обамой, когда «Ласковый май» одержал победу и получил 22 миллиона 502 тысячи за нарушение авторских прав.

СТАХОВСКИЙ: Рублей?

РАЗИН: Да, рублей. Фирма «Монолит» выплатила нам почти миллион долларов. И когда Дмитрию Анатольевичу задали вопрос и сказали, что вы вступаете в ВТО, но у вас законодательство не соответствует мировому уровню, так как нарушение авторских прав не пресекается, на что он привел сразу тут же мой пример, и сказал: подождите, у нас вот миллион долларов, 890 тысяч долларов, если точно, удержали за нарушение авторских прав, поэтому законы у нас работают, только правоприменительная практика у нас пока хромает, но законы России позволяют получать такие деньги. И, действительно, такой процесс прошел, я получил эти деньги.

АВЕРИН: Кто-то спел песню «Ласкового мая» и не поставили вас в известность?

РАЗИН: Нет, они издали альбом и написали, что все права защищены, и я подал в суд, и решением суда отсудил у них 22 миллиона 502 тысячи за нарушение авторских прав, и получил три года назад эти деньги, и решение состоялось и удержалось на всех уровнях вплоть до Верховного суда.

СТАХОВСКИЙ: А почему именно такая сумма получилась? Интересно, как высчитываются вот эти счета.

РАЗИН: Я просил 30 миллионов, но судья решила, она посмотрела годы, посмотрела, когда мое право наступило, когда я его приобретал, приблизительно посчитала тиражи, которые вышли (альбом вышел почти миллионным тиражом), посчитала доходы, и вышло на сумму 22 миллиона 502 тысячи рублей.

АВЕРИН: И все-таки, смотрите, 25 лет только «Ласковому маю». За эти годы все равно были какие-то дела, команды, организации, с которыми вы сотрудничали. Невозможно же весь этот груз все время тащить за собой и еще присовокуплять, я не знаю, олимпийский фестиваль и жилищное строительство Москвы, что-то надо отсечь?

РАЗИН: Дело все в том, что, если я только почувствую, что на какой-то работе у меня начинает притормаживать и не хватает времени, то я, естественно, от нее откажусь. Но пока я именно мобильно распределяю свои силы так, что мне хватает и быть директором Международного Олимпийского фестиваля, председателем фонда культуры Ставропольского края, муниципальным депутатом, заместителем главы муниципального образования, заместителем директора ДСК-1 крупного стройкомплекса Москвы. Но стараюсь как-то все это объединить. Плюс еще 100 концертов в этом году, потому что 25-летие группы «Ласковый май», я сам работаю на сцене, как артист, и Юра Шатунов, мы ездим по всей стране. Поэтому пока справляюсь. Но, если будут какие-то сбои, я, естественно, не буду где-то нести свой груз, когда предприятие не получает каких-то выгод от моей работы, естественно, уйду. Но пока хватает.

АВЕРИН: Я вот, к чему, в каждом месте надо создавать команду.

РАЗИН: Везде команда.

АВЕРИН: Критерии, по которым вы подбираете людей в самых разных областях? Ну, может быть, есть какие-то общие критерии, которые для вас являются определяющими?

РАЗИН: Ну, во-первых, жесточайшая дисциплина и подчинение мне. Все, другого не бывает. Я говорю: мнение одно - мое, мнение второе - смотрите пункт первый, мнение Разина.

СТАХОВСКИЙ: То есть, Разин авторитарен в своем руководстве?

РАЗИН: Да, у меня все 25 лет, и создание «Ласкового мая», даже если я не прав, все молчат, потому что Разин всегда прав. В любом случае, это дисциплина, которая мне позволила, и удержать проект «Ласкового мая» по сегодняшний день, продать 47 миллионов билетов. В системе «Ласкового мая» работало 560 человек, и, вы подумайте, я возглавил все-таки ее, эту систему в 23 года, не имея тогда ни мобильных телефонов, ничего. Мы продали 47 миллионов билетов, дали 2 тысячи 800 концертов, и все это один пацан, детдомовец. Это удержать было очень трудно и тяжело, это целая империя, целый клан. Это единственная группа, которая… Действительно, если наш вопрос обсуждали председатель КГБ Крючков и Горбачев, и думали, что делать с Разиным, или в 1989 году Совет Министров пригласил всех деятелей культуры и первым вопрос поставили в отношении Разина и «Ласкового мая». Вторым уже вопрос поставили строительство Храма Христа Спасителя, и третьим вопрос они поставили вопрос о реконструкции Большого театра. Вот вы возьмите от 25 марта газету «Советская Россия» и прочитайте, о чем вообще идет речь. Первый вопрос разбирали, сколько Разин получает, сколько концертов делает. Это все правительство, все деятели культуры сидели, считали мои деньги, только после этого другие важные вопросы решали. Поэтому, если я в детстве вот так мог организовать такую систему без компьютеров, без телефонов, без ничего, 12 коллективов по всей стране ездили. Вы можете представить, какую нужно иметь голову и какую закалку?!

СТАХОВСКИЙ: А что это все-таки, это талант врожденный или это было выработано и воспитано в себе с годами, это жизненный опыт, откуда, чего берется?

РАЗИН: Это жизненный опыт, это 16 лет стажа детского дома, это хорошие корни, у меня все-таки родители были, они погибли в автомобильной катастрофе, но у меня отец военный, он закончил высшее военное училище в Ставрополе, мама закончила театральное училище, она актриса, поэтому корни хорошие, стойкие. Отец у меня белорус, родился на территории, правда, Польши. Тогда, в 1939 году Гродно стало, естественной, под 1940-й год стало Белоруссией, а вообще-то корни все отца именно польские. Поэтому хорошая конституция, хорошая голова, хорошие мозги и хорошая организация.

СТАХОВСКИЙ: Чего уж тут стесняться-то, действительно.

РАЗИН: А чего мне стесняться?

АВЕРИН: Андрей, а не страшно жить? Вот были уже в жизни такие пики какие-то, действительно, невозможные для отечественного шоу-бизнеса, были какие-то победы организаторские? Теперь, я так понимаю, что земную жизнь, пройдя до середины…

РАЗИН: В следующем году 50-летиее.

АВЕРИН: Все равно мы все оказываемся в сумрачном лесу. Ну, понятно же, что, наверное, так чтобы в гору, не получится, а для долины не скучно?

РАЗИН: Ну, понимаете, не то, что скучно. Я всю свою жизнь, начиная с 16 лет, когда я в 15 лет закончил 8 классов, ушел в ГПТУ 24, получил профессию каменщика за год, и, учась в вечерней школе 9-го класса, выбил зубами, вытащил эту путевку комсомольскую и уехал в Нижневартовск, в район крайнего Севера. Представляете, в 16 лет уехать. Когда меня увидел управляющий трестом, он доложил Черномырдину Виктору Степановичу, он был тогда начальником главка в Тюмени, он, тогда сказал: к нам приехал парень 16-летний детдомовский, ну, куда, какой каменщик, у нас кирпичей-то нет, у нас трубопровод, как мог Ставропольский крайком отправить 16-летнего парня в район крайнего Севера. Начали разбираться. На что Черномырдин сказал, Виктор Степанович, я ему очень благодарен, он говорит: ну, определи его тогда в комсомол. Вот я тогда…

СТАХОВСКИЙ: Будет вечно молодым.

РАЗИН: До 1984 года работал секретарем комсомольской организации сначала «Севертрубопроводстроя» 9-го управления, потом самого треста. Отработал на севере организатором, уже в 1982 году обо мне газета «Правда» писала, потому что я организовал сразу несколько театральных кружков из именно рабочих, которые, действительно, имели профессию театральную, и приехали просто заработать на три года, кто машину, кто квартиру.

АВЕРИН: Это опять в прошлом, а в будущем-то?

РАЗИН: Ну, я вам говорю, как это все формировалось. Формировалось именно с 16 лет в районе крайнего Севера.

СТАХОВСКИЙ: То есть, закалка вот та самая.

РАЗИН: Закалка. Это дни городов, это проводы русской зимы, огромные праздники, где целый город, представляете, город Нижневартовск, 200 тысяч человек и 17-летний парень.

АВЕРИН: Пляшет под дудку 17-летнего парня.

СТАХОВСКИЙ: 200 тысяч человек, да. Ну, вот с «Ласковым маем», в общем, все понятно. Андрей, а не надоело, кстати, отвечать на вопросы о «Ласковом мае» за столько лет? Ведь уже все понятно, 150 тысяч было взято интервью, кино снимают, передачи делают.

РАЗИН: Когда любишь свою профессию, любишь дело, которому ты посвятил всю свою жизнь, но, самое главное, когда люди его любят, вот я сейчас приехал с Дальнего Востока, полные залы, Дворцы спорта.

СТАХОВСКИЙ: А у вас сейчас продолжается тур, 25-летию посвященный?

РАЗИН: Да, 25-летию, 100 концертов по стране. Я хочу сказать, вот сейчас в Белоруссию едем еще на 10 концертов.

АВЕРИН: А правда, что в Гомеле 17 тысяч билетов?

РАЗИН: 17 тысяч билетов было продано в Гомеле 18 сентября в прошлом году. Интерес огромный. В 2007 году 18 тысяч билетов было продано в СКК, работал Юра Шатунов и я. Интерес к «Ласковому маю» очень высок, очень большой, и я хочу даже сказать, по доходам, которые мы сейчас получаем от Российского Авторского общества, выросли в разы, в десятки раз.

АВЕРИН: Но ведь с другой стороны, вы же не раз слышали обвинения в свой адрес еще и по такому поводу, что именно вы создали систему, когда работают «под фанеру» клоны, 12 коллективов, не кто иной, когда вообще все, что самое вроде примитивное в нашем шоу-бизнесе, это все сделали вы? Именно вас можно обвинить, что вы эту бациллу, заразу запустили просто на нашу эстраду.

РАЗИН: Ну, у меня просто произошло такое, что то, что я создал, народ полюбил. То, что создавали другие, народ не очень любил. Он любил, но не так, а «Ласковый май», если вдуматься, у нас 250 миллионов человек проживало в Советском Союзе, и 47 миллионов билетов было продано только на концерт «Ласкового мая». 100 миллионов было продано кассет, 50 миллионов дисков.

АВЕРИН: Да, но это же технологии.

РАЗИН: Вы можете представить, если раскидать это все, то каждый пятый гражданин Советского Союза был на концерте «Ласкового мая».

СТАХОВСКИЙ: Я был в третьем классе, признаюсь.

РАЗИН: Каждый второй купил кассету «Ласкового мая», каждый третий купил диск «Ласкового мая», а еще вы забыли, еще книга «Зима в стране «Ласкового мая»» 5-миллионным тиражом вышла.

СТАХОВСКИЙ: В 1990 году, по-моему.

РАЗИН: В 1990 году.

АВЕРИН: Это технологии, вы владеете ими.

РАЗИН: Поэтому массовый интерес людей я захватил и его держал именно в своих руках. И, естественно, когда по всей стране мы один раз через Министерство, мои коллективы не выступали, и в этот день арестовали всех, кто выступал в «Ласковом мае», Министерство внутренних дел разослало телеграммы: кто выступает сейчас в Советском Союзе под маркой «Ласкового мая», арестовать. И когда я пришел к генералу Соболю, к заместителю начальника ОБХСС на следующий день, он мне сказал, что пришла оперативная сводка, 12 апреля было задержано 68 коллективов, которые работали под «Ласковый май». Поэтому это не мои, мои нет.

СТАХОВСКИЙ: Ничего себе.

АВЕРИН: Но с другой стороны, 25 лет прошло, есть ли новые страницы в истории вашей, музыкальные, я имею в виду, истории?

РАЗИН: Вы знаете, я сейчас выпустил к 50-летию новый диск, в следующем году Юре 40 лет, он тоже выпустил свой новый альбом.

СТАХОВСКИЙ: Как быстро растут дети.

РАЗИН: Да. И мне 50, поэтому мы выпустили к 50-летию, и я написал несколько песен новых, и сегодня хотел бы радиослушателям сделать такой подарок, именно моей любимой радиостанции «Маяк», впервые прозвучит эта песня, которую я написал, и которую мы исполняем ее именно на 25-летие.

СТАХОВСКИЙ: О, у нас премьера. А поет кто?

РАЗИН: Пою я.

АВЕРИН: А слова чьи?

РАЗИН: Слова и музыка тоже я.

СТАХОВСКИЙ: Ну, все, как Разин сказал, так и будет. Объяснили же в самом начале программы.

АВЕРИН: А аранжировка?

РАЗИН: Аранжировка Валерия Разумовского.

АВЕРИН: Ну, слава богу, хоть кто-то еще есть. Слушаем.

СТАХОВСКИЙ: Андрей, вы уже краем слова обмолвились о том, что вы же генеральный директор Международного олимпийского фестиваля «Сочи-2014». Что это такое вообще будет?

РАЗИН: Ну, этот фестиваль был учрежден Олимпийским комитетом России, и моя кандидатура согласовывалась с помощником президента тогда, и непосредственно с председателем Олимпийского комитета, с президентом. И, в принципе, задумывалось это большое огромная поддержка именно России Гватемале, где голосовали тогда за Сочи.

СТАХОВСКИЙ: Ага, это музыкальный фестиваль?

РАЗИН: Музыкальный фестиваль. Мы его сделали, было 50 тысяч человек, и я был генеральным директором данного фестиваля, организатором, так как все руководство и города Сочи, и Краснодарского края вместе с Владимиром Путиным улетели в Гватемалу, и практически город остался с артистами и со мной болеть за то, что пройдет Сочи или нет. И картинка очень нужна была тогда там, в поддержку именно города Сочи. Я благодарен всем жителям города Сочи, потому что 50 тысяч человек пришли в 4 часа дня и ушли только в 5-м часу утра.

СТАХОВСКИЙ: Когда закончилось голосование.

АВЕРИН: А, скажите, пожалуйста, когда вы составляете программу такого фестиваля олимпийского, сочинского, насколько ваши музыкальные вкусы, персональные пристрастия влияют на подбор программы, имея в виду то, что вы сказали - есть мнение Разина, все остальные…

СТАХОВСКИЙ: Молчат.

АВЕРИН: Не значит ли, что это такой непрерывный «Ласковый май»?

РАЗИН: Нет, у нас очень демократично все, я всегда подхожу, прежде всего, к таким мероприятиям, как непосредственно продюсер и как руководитель, и именно все направления музыки стараюсь представить. И вообще, я вам хочу сказать, «Ласковый май» работал с Ла Тойей Джексон, и с группой «Статус Кво», это рок. Ну, посмотрите, какая музыка, но, тем не менее, и с Виктором Цоем мы последний концерт отработали в «Лужниках».

АВЕРИН: Я-то поклонник симфонической музыки, поэтому я все жду, когда вы скажете…

РАЗИН: И то же самое у нас были и оперные певцы, и также Елена Васильевна Образцова работала у нас, у нас многие, я стараюсь сделать всегда фестиваль так, чтобы все до единого человека, кто пришел, чтобы они все услышали то, что они хотят услышать. Поэтому я благодарен всем артистам, которые действительно принимают участие в международном олимпийском фестивале каждый год, и действительно у нас на первом фестивале было 400 коллективов. Вы можете представить, что такое с 4 дня и до 4 утра, это и Филипп Киркоров, и вся наша, и зарубежная эстрада, и «Бони М».

АВЕРИН: Кстати, о Филиппе Киркорове, вопрос от слушателей. Люди беспокоятся за вас, потому что вроде бы вы вступили в войну с самой Аллой Борисовной Пугачевой, да еще и с Софией Ротару, и теперь просто уже не знает, что и думать народ.

РАЗИН: Да, я понимаю. Вы знаете, с Аллой Борисовной Пугачевой у нас идет война с 1989 года, она уже такая культурная война.

АВЕРИН: Болотная.

РАЗИН: Да, к ней уже привыкла вся страна, и мы привыкли с Аллой Борисовной, периодически она меня мочит, периодически я иногда что-то скажу. Она с экранов Украины, чтобы не попадать здесь на судебную систему российскую, меня мочит. В любом случае, это у нас взаимно, и как сказал вчера по телевидению бывший ее директор, если война между Разиным и Пугачевой, то, значит, им это очень нужно и это тот уровень, когда…

АВЕРИН: Ну, а Софию Михайловну вы зацепили за что?

РАЗИН: Ну, а Софию Михайловну я зацепил только потому что, действительно, сидит человек в тюрьме, ее директор, и, мало того, что она не предпринимает никаких мер, еще способствует тому, чтобы ее не отпускали ее условно досрочно. Меня это бесит, потому что, ну, и всех директоров. Я когда-то был директором Ставропольской краевой филармонии, мы все знаем Ольгу Коняхину, и солидарны с тем, что администраторы, директора не должны по таким пустяковым вопросам сажать их на шесть лет в тюрьму. У меня солист в драке убил человека, ему дали шесть лет, и он через три года вышел, то Ольга Коняхина никого не убивала, и ничего такого не сделала.

АВЕРИН: А это, что, сфабрикованное дело?

РАЗИН: 100 процентов сфабриковано, она просто поссорилась с Софией Ротару, и та ее упекла за решетку. Поэтому я считаю, что это тоже нельзя умолчать такие вещи, надо помогать людям. А что эта Оля сидит там ни за что, что она там делает вообще.

СТАХОВСКИЙ: Ну, вот так мягко мы подошли к вопросам политическим. Ну, мы разобрались, что вы продолжаете заниматься Ставропольским краем, депутат муниципального собрания, и помимо этого, сейчас же вот недавно был принят закон о политических партиях…

АВЕРИН: И дум о России не оставляет, ты на это намекаешь?

СТАХОВСКИЙ: И на это я намекаю. То есть, я так понимаю, вы же не собираетесь сидеть в этом смысле на месте?

РАЗИН: Да, мы не сидим на месте, мы тоже политически активны, мы всегда принимали участие во всех политических вопросах. Когда вся страна рванула за деньгами и за званиями заслуженных артистов, «Голосуй или проиграешь», то мы с Юрой Шатуновым приняли противоположное решение. И совершенно на безвозмездной основе, не являясь членами коммунистической партии, стали доверенными лицами Геннадия Зюганова и поддержали его на выборах, единственные из всего шоу-бизнеса на безвозмездной основе, потому что, действительно, 50 процентов населения, которое…

СТАХОВСКИЙ: Это когда было, в каком году?

РАЗИН: Это было в 1996 году, мы единственные, кто были доверенными лицами именно Геннадия Андреевича Зюганова, потому что 50 процентов населения это наши люди, это наши старики, это наши фронтовики. И когда весь шоу-бизнес рванул туда, и все стали заслуженными артистами, и даже солисты «На-На» получили заслуженных артистов, мы с Юрой Шатуновым отказались от всяких званий, денег и решили поддержать наш народ, и сделать хоть какой-то баланс, чтобы не до конца…

АВЕРИН: Прошло несколько лет, и теперь вы собираетесь стать конкурентом Геннадию Андреевичу Зюганову. Не за горами то время, когда вы зарегистрируете политическую партию под названием «Май» и Юрий Шатунов будет политическим лидером этой партии, если мне не изменяет память.

СТАХОВСКИЙ: Это все правда?

РАЗИН: Да, это все…

АВЕРИН: И вы будете на одной площадке как раз биться с Геннадием Андреевичем.

РАЗИН: Ну, мы, когда заявили об этом в прошлом году, и когда я решил все-таки проверить, сможет ли, действительно, партия «Май» преодолевать какие-то трудности и так далее, и тогда мы вышли на муниципальные выборы. И вот мои два солиста, одному 22 года, другому 23 года, Олег Комаровский и Дмитрий Веселовский, молодые ребята, выступили против «Единой России» на муниципальных выборах 4 марта в один день голосования с президентом России. И что вы думаете? Комаровский набрал 65 процентов, Веселовский набрал 64 процента, они обошли единоросов, притом обошли одного начальника ДРСУ, второго фермера, очень крупных таких единоросов.

СТАХОВСКИЙ: И с чем связан этот успех, как вы думаете?

РАЗИН: И они победили.

АВЕРИН: С молодостью и красотой, наверное.

РАЗИН: И когда я посмотрел, что партия «Май» может справляться с такими проблемами и бороться, и побеждать с первого раза, и становиться муниципальными депутатами, сейчас в группе «Ласковый май» три муниципальных депутата после этих выборов в марте. Поэтому мы с Юрой Шатуновым все-таки тест-ход сделали, посмотрели, что из пяти участников группы «Ласковый май» уже трое муниципальных депутатов, значит, партия «Май» имеет все шансы быть поддержанной народом.

АВЕРИН: Андрей, давайте заглянем вперед на несколько лет. Закон, который сейчас действует в Российской Федерации, предполагает, что именно партия, победившая на выборах федеральных, собственно, имеет право или будет иметь право формировать правительство и предлагать должность премьер-министра. Вот вы в случае победы партии «Май» на думских выборах…

СТАХОВСКИЙ: Следующих, хорошо.

АВЕРИН: Следующих нет, дадим два срока, через 10 лет вы побеждаете, например, вы видите себя в роли премьер-министра Российской Федерации? Или Юра Шатунов будет?

РАЗИН: Нет, однозначно мы, как люди российские, которые живем в нашем государстве, более того, мы имеем больше права говорить, что мы россияне, потому что мы воспитаны государством и на деньги налогоплательщиков, что Юра Шатунов, что я, поэтому мы люди государственные, благодаря этому государству мы живые, и такие успешные. Поэтому мы будем поддерживать только единственно то, что является преемственностью власти, для того чтобы не было никакой революции, для того чтобы не было никаких погромов в России. А преемственность власти, она должна быть во всем.

АВЕРИН: Я же говорил - против Геннадия Андреевича. Вот еще в 1996 году за него, а теперь ровно против Геннадия Андреевича.

РАЗИН: Ну, я хочу сказать, что преемственность власти, прежде всего, это… у меня сыну одному 26 лет, другому - 11 лет, и мне бы очень хотелось, чтобы мои дети, а 11-летний Саша живет на Тверской, и видит, что творится там, в центре, и видит эти все митинги, и видит все, что происходит.

АВЕРИН: По Тверской, как правило, «Единая Россия» ходит.

РАЗИН: Ну, и вот все, что там происходит, и не выйти на бульвар, и не сходить на Пушкинскую в кинотеатр, как это было все, везде у нас решетки стоят, везде эта полиция. Конечно, его это очень сильно пугает, и я его сейчас перевез в Крылатское, в том смысле, что жить уже в центре невозможно. Поэтому со страхом думаешь, эти все революции, нужны ли они нашему народу, и нужны ли они моим детям? Поэтому я буду только за стабильность и за преемственность власти, чтобы Россия все-таки не раскачивалась, а шла своим путем.

АВЕРИН: Понятно. Значит, партия «Май» будет поддерживать ныне действующую правящую партию?

РАЗИН: Мы будем поддерживать тех, кого будет поддерживать народ.

АВЕРИН: Если, скажем, например, вот те, кто поддерживает народ в вашей формулировке, обратят внимание на молодых, задорных, всего-то 40-летних политиков типа Юры Шатунова, и скажут: Юра Шатунов, а вступай-ка в ряды единой партии, которая поддерживает народ, он возьмет и перекинется от вас?

РАЗИН: Вы знаете, я был сторонником «Единой России», и когда меня зарегистрировали, там надо было указать, когда ты баллотируешься, являешься каким ты общественным, я же беспартийный, я никогда в партии ни в какие не вступал в жизни своей. И я написал, что сторонник «Единой России», так как я пел гимн все-таки сторонников «Единой России» и, естественно, написал «сторонники». Так вот губернатор мой, которого сняли, который мой враг номер один Гаевский, он не знал, как зацепиться, как снять Разина с выборов в Государственную думу Ставропольского края, он задним числом за четыре дня прекратил мое членство, как сторонника «Единой России» и мне комиссия отказала в регистрации, только потому что я не сторонник «Единой Росси», хоть это я и указал. Так я вылетел со сторонников «Единой России», может быть, к счастью, меня выгнали оттуда задним числом.

АВЕРИН: И вы вон подставили двух молодых, задорных, которые отобрали голоса.

РАЗИН: Да, и, кстати, выгнали без объяснения причин. За что? А потому что вы не нравитесь губернатору, вас надо было снять с выборов, надо найти ошибку. Ошибка ваша то, что вы указали: сторонник «Единой России».

АВЕРИН: За молодых заговорили. Ваши продюсерские таланты, наверное, не пропадают зря и сегодня, я говорил уже, что вы владеете технологией, которая может раскрутить, не знаю, из ничего, собственно, сделать…

РАЗИН: Ну, да, если мой водитель стал губернатором Ставропольского края и проруководил им 13 лет, я что-то умею.

СТАХОВСКИЙ: Хорошо к вам идти работать водителем.

АВЕРИН: Нет, я не про то, что вы сделали президента. Может быть, молодые музыканты? Вот я, собственно, про кого, кто попадает в зону вашего влияния.

РАЗИН: Вы знаете, да, сейчас очень много талантливых, сейчас, к сожалению, мы не сможем просто послушать песню, потому что не в том формате я пришел, принес эту песню. Но очень много талантов, которые есть, я хотел бы сегодня представить, это Владимир Седнев, работник министерства юстиции, но, поверьте, в следующем эфире мы, конечно, послушаем его песни, во многих эфирах. Но, действительно, этот человек очень талантлив, и поет прекрасно. И вот у нас как-то убирается вот это… Вот в Минюст я пришел, чем меня там все удивило, потому что там и оркестр свой, и джазовый оркестр, и певцы, и там зал, и там, действительно, самодеятельность, трудно сказать художественная самодеятельность, потому что…

СТАХОВСКИЙ: Но все равно самодеятельность.

РАЗИН: Но все равно профессионалы поют, потому что, действительно, очень профессионально поют. Когда человек, работник министерства и поет так, конечно, мне, как продюсеру становится страшно, потому что, думаю, господи, такие таланты у нас есть. Поэтому в этом отношении мы сейчас делаем и конкурсы, и я знаю, что радиостанция «Маяк» сейчас проводит такие большие конкурсы, мы тоже будем принимать в них участие, где будут, действительно, талантливые люди. Ну, а в рамках «Ласкового мая», 25-летия тура группы «Ласковый май» мы, действительно, сейчас у нас два новых солиста Олег Комаровский и Дмитрий Веселовский, наши депутаты.

АВЕРИН: Все, сказали уже. Увы, время вышло. Спасибо Андрею Разину.

СТАХОВСКИЙ: Спасибо.