20.12.2016 13:00
Встреча с Алексеем Касатоновым слушать скачать
Родился и вырос будущий победитель и гроза соперников в Ленинграде. Любовь к спорту передалась мальчику по наследству – его мама Галина Пименовна в молодости играла на высоком уровне в волейбол, в составе «Спартака» завоевывала медали чемпионата СССР.

В.КОЛОСОВА:  Здравствуйте, дорогие друзья. Всеволод Владимирович Кукушкин, журналист, писатель, советник Международной федерации хоккея по традиции со мной в студии. Всеволод Владимирович, здравствуйте.

В.КУКУШКИН:  Добрый день.

В.КОЛОСОВА:  Я рада приветствовать нашего сегодняшнего гостя, двукратного олимпийского чемпиона, многократного чемпиона мира, Европы, Заслуженного мастера спорта СССР Алексея Касатонова. Алексей Викторович, здравствуйте.

А.КАСАТОНОВ:  Добрый день.

В.КОЛОСОВА:  Мы очень рады, что, наконец-то, до нас дошли. По традиции всех мы поздравляем с большим праздником, 70 лет отечественному хоккею, и, конечно, без вас никак нам не обойтись. Спасибо, что откликнулись.

А.КАСАТОНОВ:  Всегда рад.

В.КОЛОСОВА:  Мы любим вспоминать, с чего же у каждого началось, с чего ваша хоккейная жизнь началась?

А.КАСАТОНОВ:  Наверное, самое главное, с любви к хоккею. Потому что мне этот спорт всегда нравился, и в детстве, когда мы играли во дворе всегда допоздна, мама и папа уже ругались, забирали нас с улицы, так сказать. Поэтому, наверное, я и пошел в хоккей. Когда уже исполнилось 7-8 лет, я решил как-то организоваться и пошел записываться в команду, которая находилась у нас в районе в Московском, называлась она «Московский мясокомбинат». Ну, такая ошибка произошла, запись происходила на ледовом катке, а я пришел на летний каток СКА, и там тоже висело объявление о том, что идет набор как раз 1959 года рождения и мальчиков, тогда еще не игроков. Естественно, я пришел потом по этому объявлению, и так судьба сложилась, что меня приняли в секцию Спортивного клуба армии Ленинграда.

В.КОЛОСОВА:  Вы тоже абсолютно самостоятельный ребенок, который сам принял решение и пошел?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, я до этого занимался плаванием где-то с 5 лет в школе олимпийского резерва «Водник», так общество называлось, я думаю, что это дало много для такого физического развития. И уже где-то в 6-7 лет я сам ездил на занятия, так, в принципе, это было не близко, но в то время это было нормально, на метро, пешком по Невскому, бассейн находился на Невском, поэтому уже опыт был, и я самостоятельно уже ездил на хоккей.

В.КОЛОСОВА:  А почему не плавание?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, не знаю, меня тянуло все время на хоккей, и опять случай, бассейн перешел только на водное поло и на прыжки с трамплина, а секцию плавания именно перевели в другой район, туда надо было еще дольше ездить, и родители приняли решение, что с плаванием надо заканчивать, и я уже сам выбрал, что мне нравится хоккей, хочу в хоккей.

В.КОЛОСОВА:  Мальчишки обязательно в детстве должны в кого-то играть, кто-то в Харламова, кто-то в Фетисова. А вы в кого?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, в наше время, естественно, были кумирами Кузькин, Рагулин, Старшинов, Фирсов, поэтому всегда боролись за номер 4-й или 5-й Рагулина или Кузькина, то есть это были наши кумиры.

В.КУКУШКИН:  Но, кстати говоря, в этой школе было еще несколько мальчиков, которые начинали играть в хоккей, потом Алексей прогрессировал. А другой мальчик, который играл вместе с ним, ну, они уже и не помнили друг друга, пока судьба их снова не свела. И этот мальчик сказал: «Леша, а вот был случай, когда я от тебя ушел, убежал». Леша посмотрел и говорит: «Что? Ты?» Это был Игорь Бутман, саксофонист, который питерский, который тоже играл в этой самой школе.

А.КАСАТОНОВ:  Ленинградской, да. Но они все почему-то, когда был город Ленинград, они все называли себя питерцами. А Алексей уже шел гораздо сильнее, поэтому Бутман так и правильно сделал, что остался с саксофоном, а Алексей пошел в хоккей и стал великим хоккеистом.

В.КОЛОСОВА:  Но не вспомнили тогда Бутмана?

А.КАСАТОНОВ:  Вы знаете, я хочу сказать, что сейчас мы близкие друзья, очень много и играем в хоккей и бываю на его концертах, поэтому все жизнь расставила на место, она нас опять свела, и мы очень рады, самое главное, общению.

В.КОЛОСОВА:  А почему амплуа защитника?

А.КАСАТОНОВ:  Я плохо катался, могу сказать сразу, было мало опыта.

В.КОЛОСОВА:  Самокритично.

А.КАСАТОНОВ:  Опыта катания, поэтому, ну, физически, видно, тренер так меня оценил, Олег Константинович Сивков, мой первый тренер, и поэтому, естественно, я был поставлен в защиту.

В.КОЛОСОВА:  А не было внутри юношеского – хочу в нападение?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, защитник, если ты хорошо катаешься, читаешь игру, то, естественно, для любого мальчишки это было главное забить, сыграть в атаке. Ну, потихонечку дисциплина, она брала верх.

В.КУКУШКИН:  И тут надо сказать, что Алексея заметил тренер Юрий Иванович Моисеев, который сказал Тихонову, что есть мальчик. И вот этого уже юношу серьезного, хотя Тихонов не был уверен, что стоит его брать в ЦСКА, тем не менее, Моисеев настоял, что, да, давайте возьмем – фактура есть, а он действительно и по сей день фактурный мужчина.

В.КОЛОСОВА:  Красивый, статный. А вы к тому времени уже выиграли молодежный чемпионат со СКА?

А.КАСАТОНОВ:  Первый чемпионат я выиграл, когда был в СКА еще, в Ленинграде. А второй уже за ЦСКА.

В.КОЛОСОВА:  А когда в ЦСКА позвали, уже тогда были чемпионом?

А.КАСАТОНОВ:  Когда с первой молодежной мы играли вместе с Вячеславом Александровичем теперь уже, Фетисовым, с Сергеем Макаровым.

В.КОЛОСОВА:  Раздумывали о переходе, в ЦСКА когда пригласили?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, в то время никто, наверное, не раздумывал, так как ЦСКА был базовой командой сборной.

В.КОЛОСОВА:  Нет, у нас был недавно один хоккеист в гостях, который сказал, что из «Спартака» не мог никуда уйти.

В.КУКУШКИН:  Ну, это Саша Кожевников.

А.КАСАТОНОВ:  Ну, не знаю, может быть, ему и не предлагали, честно.

В.КУКУШКИН:  Ну, не так предлагали.

А.КАСАТОНОВ:  Ну, наверное.

В.КУКУШКИН:  Но, что касается Алексея, ведь все же было очень просто – приказ по армии и все.

А.КАСАТОНОВ:  Там была, наоборот, смешная история, когда я пришел в клуб, ну, рассчитывался увольняться, то мне руководитель клуба сказал, что мы сейчас тебя в армию заберем. Ну, потом подумал, куда я иду, и понял, что…

В.КОЛОСОВА:  Угроза не сработала.

А.КАСАТОНОВ:  Поэтому я шел самостоятельно, полностью у меня было желание, и я понимал, какая это и честь, и радость для меня, для семьи, что меня пригласили в ЦСКА.

В.КОЛОСОВА:  А родители легко отпустили?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, да, я уже был практически профессионалом, поэтому здесь вопрос какой-то семейный не стоял.

В.КОЛОСОВА:  А не было такого опасения, вдруг не приживусь, вдруг мне что-то не понравится?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, я еще раз подчеркиваю, что мы уже многие знали друг друга, особенно молодое поколение, плюс я уже полтора играл в высшей лиге в то время, поэтому здесь был дан шанс как бы, и надо было его брать.

В.КОЛОСОВА:  Какое первое впечатление было от тренировок Виктора Васильевича?

А.КАСАТОНОВ:  Тренировки, конечно, отличались очень, выше на планку, наверное, на ступень, на две, на три, чем в Ленинграде, нагрузки, конечно, были колоссальные, поэтому было нелегко первое время. Но спасибо вот опять Юрию Ивановичу Моисееву, Виктору Васильевичу за терпение и то, что я смог адаптироваться и войти в состав.

В.КОЛОСОВА:  Но это именно мы говорим сейчас об ОФП?

А.КАСАТОНОВ:  ОФП, да. И потом на льду тоже было нелегко, потому что после таких больших нагрузок, когда ты их не переносил, то, естественно, было нелегко и на льду.

В.КУКУШКИН:  Но, одно дело, молодые с молодыми, как Алексей с Фетисовым, это одно поколение. Но там же было поколение старшее, был Кузькин, был Рагулин, вот как они вас приняли молодых?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, Рагулин был уже тренер, начнем с этого. А всегда традиция советского хоккея была, что, когда приходили молодые, то им давали, так сказать, и дядьку наставника, у меня был Геннадий Дмитриевич Цыганков, и, в принципе, старшие всегда помогали, если они видели, что ты по-настоящему серьезно и честно относишься к делу, если ты хоккейный человек, то тебе всегда помогали.

В.КОЛОСОВА:  А в чем конкретно состояла помощь? Это на тренировках, это что-то подсказывать, или это жизненные какие-то истории?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, и на льду, конечно, на тренировках, обычно молодого ставили к более опытному игроку, который мог и в игре помочь своей игрой, и советом, и после тренировки остаться с тобой поработать индивидуально. Ну, и в жизни, конечно, тоже, так как я приехал в Москву, много времени проводили на сборах, и не было же ни квартиры, жили в пансионате, ну, иногда даже ночевал у наших старших товарищей.

В.КОЛОСОВА:  Утомительно это было жить на сборах? Или это все-таки, пока ты мальчишка это хорошо и это увлекает?

А.КАСАТОНОВ:  Естественно, когда ты без семьи, без родителей и, в принципе, без квартиры, то понятно, это даже лучше где-то у тебя устроен быт, питание, сон.

В.КОЛОСОВА:  Ни о чем голова не болит.

А.КАСАТОНОВ:  Ни о чем не болит, да. Плюс, ну, в то время это принималось, как должное, это была система, которая из поколения переходила от тренера к тренеру. Ну, естественно, с возрастом это, конечно, уже сложнее, у тебя уже другие интересы, поэтому везде есть свои плюсы, свои минусы.

В.КОЛОСОВА:  В 30, в 35 лет, да, я так понимаю, сходили хоккеисты в то время, и при Викторе Тихонове, но все-таки это, ну, не знаю, даже по нынешним меркам, мне кажется, все-таки это молодой возраст, и осознавать, что ты уже не нужен сборной или команде это тяжело.

В.КУКУШКИН:  Нет, Вик, я должен сказать, что при Тарасове заканчивали в 27-28.

В.КОЛОСОВА:  Ну, это же чудовищно рано.

В.КУКУШКИН:  Ну, это вам рано, а тренерам нужны были другие. А при Тихонове, у них хоккейных век продлился, вот несколько человек после 40 играли, а они начинали у Тихонова. Это Сергей Федоров.

В.КОЛОСОВА:  Ну, у меня была бы точно ревность, если бы тут росла какая-то смена.

А.КАСАТОНОВ:  Ну, я думаю, здесь вопрос все-таки о времени, о советском времени, о современном хоккее, то, естественно, раньше заканчивали в наше время, правильно говорите, где-то в 30-32, максимум, ну, это еще вопрос был, играешь ты в сборной или нет. Естественно, ЦСКА, такие клубы, как «Динамо», там все время вливалась свежая кровь, что задачи становились самые. Ну, а учитывая, что многие были офицерами в ЦСКА, в «Динамо», то люди просто переходили в школу работать, сохраняя звание, то есть была тоже какая-то социальная программа после уже хоккея.

В.КОЛОСОВА:  А вы друзей быстро нашли в команде?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, я говорю, что мы играли вместе.

В.КОЛОСОВА:  Ну, играть одно дело, а ты все-таки живешь.

А.КАСАТОНОВ:  Ну, это игра, это все равно твое любимое дело, это же не работа, а твое любимое дело, ты живешь одними интересами, одного возраста, поэтому, естественно, мы все были очень дружные, много времени проводили вместе, даже несмотря на сборы.

В.КОЛОСОВА:  Я читала большое интервью ваше, и там много говорилось о Викторе Тихонове. Вы с такой любовью и с такой нежностью вспоминали этого великого тренера. Может быть, мы поговорим об этом. Давайте вспомним Виктора Тихонова. Когда настал тот момент, когда вы почувствовали, что, да, тренер мне доверяет, он в меня поверил?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, Тихонов, конечно, на первом этапе, когда я пришел, с молодыми больше работал Юрий Иванович Моисеев, Кузькин Виктор Григорьевич, Тихонов как бы был на расстоянии. Ну, я думаю, где-то с 1985 года, когда мы победили на Кубке Канады, тогда он назывался, уже такие отношения стали, как к ведущему игроку, более близкие, более такие доверительные, наверное.

В.КУКУШКИН:  Я видел несколько тренировок, как Тихонов достаточно терпеливо объяснял игрокам задачи, и видно было, что он уже ориентируется на молодых. Вот это была его мечта создать «пятерку». «Тройку» создавали до него тренеры, а вот создать сразу «пятерку», потому что это был его принцип, он играл в четыре звена, в четыре «пятерки», а не в три, как было до него. Его мечта, она как раз реализовалась, когда он подобрал всю эту компанию. Потому что они же приходили в разные годы. Последним в эту пятерку пришел Ларионов, кстати, он добавился только в 1981 году. А Алексей, и вот уже проглядывало, что будет «пятерка». И вот с тех пор, кстати говоря, создать «пятерку» больше никому не удалось.

В.КОЛОСОВА:  А в чем секрет?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, почему, Скотти Боумэн создал «русскую пятерку».

В.КУКУШКИН:  Ну, да.

В.КОЛОСОВА:  Ну, это заокеанская история.

А.КАСАТОНОВ:  Которая тоже очень успешно выступала.

В.КУКУШКИН:  Я тоже могу на компьютере.

А.КАСАТОНОВ:  Я хочу просто добавить, что, в принципе, мы были не компания, а продукт, так сказать, той эпохи, советской школы. То есть мы вместе играли на уровне юношей, детей, потом в молодежной команде, то есть я в молодежной играл со Славой и с Сергеем Макаровым, а второй чемпионат я играл уже с Крутовым и с Ларионовым Игорем. То есть мы уже притирались, понимали друг друга. Ну, естественно, Ларионов пришел позже, просто он на год позже пошел в армию, как я понимаю.

В.КОЛОСОВА:  То есть получается это рецепт создания хорошей «пятерки», чтобы ты как можно дольше чувствовал плечо в игре.

А.КАСАТОНОВ:  Ну, плюс тренеры, которые были в молодежных сборных, они все тоже, как бы мы понимали уже хоккей одинаково, то есть они нас учили, как играть, тактике, стратегии именно в одном русле, поэтому у нас было такое взаимопонимание.

В.КОЛОСОВА:  А Третьяк говорил, что он уже понимал по глазам, куда и как будет бить соперник. Вы как друг друга понимали на площадке?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, понимали, куда шайба идет, мы понимали, куда надо бежать.

В.КОЛОСОВА:  Ругались друг на друга?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, на первом этапе да, у нас мальчишеский, конечно, максимализм брал верх, почему не мне, а другому отдали, такое тоже было. Ну, естественно, потом с опытом, с возрастом уже появилось уважение друг к другу и к игре, и понятно, что дружба, победы, это все объединяет.

В.КУКУШКИН:  Вы знаете, у них было такое взаимопонимание, такая сыгранность была в этом дуэте Фетисов – Касатонов, что Фетисов тяготел больше к атаке, он любил рвануть вперед и прочее. Но он был абсолютно уверен в том, что провала не будет, потому что Алексей его…

А.КАСАТОНОВ:  Ларионов его заменит. Я-то на своем месте был, а Ларионов или Макаров его подстрахуют.

В.КУКУШКИН:  Ларионов, никто его не заменит, потому что сзади был Касатонов, это огромный размах рук и обойти Касатонова уже никто не мог. Поэтому, в общем, Фетисов мог смело кидаться вперед. Но самое невероятное во всей этой истории, на одном из важных турниров лучшим бомбардиром в нашей команде был Касатонов. Леша, вспомни.

В.КОЛОСОВА:  Как был лучшим бомбардиром.

А.КАСАТОНОВ:  Я ни на одном был, наверное.

В.КУКУШКИН:  Нет, но это был громкий турнир. Это был Кубок Канады 1981 года.

В.КОЛОСОВА:  Да, вот любопытно, все вспоминают Кубок Канады, у нас было уже несколько человек, которые вспоминали это событие и все по-разному. Вот вам чем памятен Кубок Канады?

В.КУКУШКИН:  Тем, то он бросал от синей линии и пробивал насквозь.

А.КАСАТОНОВ:  Ну, там трагическое начало, естественно, все помнят трагедию, которая случилась с Валерием Борисовичем Харламовым, с его семьей, конечно, настроение было самое тяжелое такое, гнетущее, но было принято решение играть, и играть за Валерия Борисовича, посвятить, если мы выиграем, победу именно ему. Поэтому, может, это тоже дало такой толчок, еще больше команда сплотилась. Ну, и, естественно, победа, конечно, запомнилась. Кубок, «Форум», Монреаль, мекка хоккея, все звезды, все лучшие игроки, и, конечно, такая победа, где даже в конце игры уже зал поддерживал нас, то есть аплодировал, отдавал как бы дань нашей победе, нашему мастерству, вот это, конечно, запомнилось.

В.КОЛОСОВА:  Все равно удивительная история, когда защитник столько забивает.

В.КУКУШКИН:  Ну, почему, значит, хороший защитник и правильно поставлена игра.

В.КОЛОСОВА:  Защитник, который в самом начале нашей программы сказал, что вообще-то я плохо катался.

В.КУКУШКИН:  Ну, сказать можно, он поскромничал. Но я могу сказать еще одну вещь. Алексей был элегантен. И я помню чемпионат мира в Швеции, где шведки были, они даже…

В.КОЛОСОВА:  Ну, понятно, что были шведки, Всеволод Владимирович.

А.КАСАТОНОВ:  Наших тогда еще не пускали за границу. 

В.КУКУШКИН:  Да, наших не пускали. Но шведки, у них были свитера сборной СССР, и на спине было: «Касатонов». Я еще удивился, смотрю, думаю, неужели какие-то наши девчонки подъехали, блондиночки такие. Вот шведки, так сказать, глянулся парень.

В.КОЛОСОВА:  Это тогда в Стокгольме, когда сел в Porsche открытый и уехал? Покатался.

В.КУКУШКИН:  Петров покатался?

В.КОЛОСОВА:  Да, там это было?

А.КАСАТОНОВ:  Нет, это было после уже чемпионата.

В.КОЛОСОВА:  Это уже другая история, мы ее вспоминали.

В.КУКУШКИН:  Это другая история.

А.КАСАТОНОВ:  Чемпионат уже закончился.

В.КУКУШКИН:  Да, чемпионат закончился. Нет, тогда это было в Гётеборге, а, по-моему, в Стокгольме эти самые шведки были. Мы же ездили тогда, традиционно в Швеции был чемпионат достаточно часто, и наша команда пользовалась большой популярностью, но выбрали шведки…

А.КАСАТОНОВ:  Давайте лучше о хоккее.

В.КУКУШКИН:  О хоккее, конечно.

А.КАСАТОНОВ:  Так как насчет катания, девиз нашего спорта был – не можешь, научим, не хочешь, заставим.

В.КОЛОСОВА:  Ну, хорошо, умели заставлять.

А.КАСАТОНОВ:  Конечно, поэтому четырехразовые тренировки, они научат, кого хочешь.

В.КОЛОСОВА:  Тема про шведок, Всеволод Владимирович, не зашла. Поэтому мы продолжим все-таки говорить о хоккее. Давайте, может быть, отдельно остановимся на Олимпиаде 1984 года? То событие, как вы его запомнили? Вот память, что сохранила?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, было, конечно, неимоверное напряжение, так как решалась судьба и тренеров, и, с другой стороны, и мы хотели выиграть, все-таки стать олимпийскими чемпионами. Была очень серьезная подготовка с учетом того негативного, наверное, опыта, который был перед Олимпиадой 1980 года, здесь даже не поехали мы на суперсерию в Северную Америку, то есть отменили все эти поездки, матчи дополнительные, и больше занимались в Новогорске, на базе олимпийской, то есть была другая совершенно подготовка. И здесь не сыграли, и готовились к Олимпиаде.

В.КОЛОСОВА:  Как задолго на сборы сели перед самой поездкой?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, я даже, честно, не помню, но понятно, что там, может, и три недели даже готовились чисто физически.

В.КУКУШКИН:  Это были разные сборы. Ведь один сбор был ЦСКА, это клуб, а потом был сбор сборной, потому что в сборной уже было несколько человек из других клубов. Таким образом, тут нужно отделять. А, с другой стороны, отделять это невозможно, потому что, вот как начался сбор, так он и пошел, ЦСКА плавно переходит в сбор сборной и подготовка ведется. То есть тестирование было частым, и все эти самые показатели снимали с них, в общем, знали их насквозь.

А.КАСАТОНОВ:  Ну, если говорить о самой Олимпиаде, то настолько уже был механизм отлажен, поэтому, если даже мы, наверное, дня три не спали, то мы бы все равно выиграли эту Олимпиаду. То есть запас такой прочности создавался тренерским составом, что мы должны были в любом состоянии, больные, я не знаю, но все равно победить. Почему и шел такой тяжелый и длинный, продолжительный тренировочный процесс.

В.КОЛОСОВА:  То есть, получается, секрет в бешеном чудовищном трудолюбии, самоотдаче?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, понятно было, фундамент был заложен серьезный очень, плюс собрания, которые во время уже Олимпиады шли. Поэтому она, может быть, и не была такой яркой по результату, по игре, но…

В.КОЛОСОВА:  Что значит яркой?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, 2:0 в финале мы обыграли чехов.

В.КУКУШКИН:  Да, но 2:0.

А.КАСАТОНОВ:  То есть главное было на обороне, что не пропустить, и, в любом случае, ясно, что мы забьем. В принципе, это была классика, когда с игры один гол забили, а один в большинстве.

В.КОЛОСОВА:  Вы все-таки потрясающие люди вот того времени хоккеисты. Вот вы говорите, не яркая была победа, но сейчас, когда многие из ваших коллег становятся тренерами, они все-таки говорят, что мы же выиграли. А вот, как хоккеисты, вы совсем по-другому рассуждаете.

А.КАСАТОНОВ:  Нет, мы выиграли, но я говорю, что победа была такая, с запасом.

В.КОЛОСОВА:  А что за собрания проходили?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, собрания, они как бы всегда одноплановые, это тактика с учетом той или иной специфики противника, а, в основном, это, естественно, наше тактическое четкое выполнение своих функций.

В.КОЛОСОВА:  То есть это не то, что писала пресса про всякие накачки?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, чего там накачивать.

В.КУКУШКИН:  Это, наоборот, им нужно было, чтобы кто-нибудь из артистов эстрады, а это был клуб в Олимпийской деревне, была группа поддержки, вот им разгрузиться эмоционально нужно было. А вот все эти накачки и прочее, это все выдумки, к тому же, не очень чистоплотные.

В.КОЛОСОВА:  А что касается артистов, действительно такая разгрузка, она важна для хоккеистов во время такого турнира важного, как Олимпиада?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, вообще, надо понимать, что артисты были самые наши выдающиеся певцы. И, правда, артисты это и Кобзон, и Лещенко, Винокур, то есть люди, которых и в Москве было в то время не так легко попасть на концерт, и вообще, учитывая еще и сборы, поэтому, конечно, для нас это было такое общение. И плюс какие-то прямо индивидуальные, корпоративные, как сейчас говорят, выступления, для нас, конечно, это был праздник. Плюс нормальное общение человеческое, то есть это было, конечно, шикарно.

В.КОЛОСОВА:  А я где-то читала, что всех вас победил Юрий Михайлович Антонов, по-моему, на руках, и только Кожевникову удалось его побороть? Вот такая была…

В.КУКУШКИН:  Я впервые об этом слышу.

А.КАСАТОНОВ:  Ну, Юрий Антонов, он явно спартаковец в хорошем понимании этого смысла. Но это, видно, где-то у них было окончание сезона, как и везде, в каждом клубе, наверное, он там, потому что в сборной я, честно, не помню этого.

В.КОЛОСОВА:  А были какие-то предпочтения, кто бы из артистов хотелось, ребят, с кем бы хотели, кто бы к вам приехал, вот что-то спрашивали такое?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, естественно, был человек, который, Ясенев, правильно?

В.КУКУШКИН:  Да, Володя Ясенев.

Я А.КАСАТОНОВ:  Который отвечал за культурную программу, и он, конечно, пытался, там фильмы нам привозили не всегда, которые были в прокате.

В.КОЛОСОВА:  «Калигулу» не привозили?

А.КАСАТОНОВ:  «Калигулу», по-моему, в Швеции как раз нас завели, но потом быстро вывели.

В.КОЛОСОВА:  Да, была такая история. Вы были среди тех, кто пошел…

А.КАСАТОНОВ:  Ну, это было как раз начало 1980-х, по-моему.

В.КОЛОСОВА:  Чувство неловкости испытали или, наоборот, радости?

В.КУКУШКИН:  Да нет, ничего, это было….

А.КАСАТОНОВ:  Не для мужчин.

В.КУКУШКИН:  Это был урок естествознания.

В.КОЛОСОВА:  Да, ну, что, исторический же, не обманули фильм?

В.КУКУШКИН:  Да, исторический, война, любовь.

А.КАСАТОНОВ:  Но когда ты в команде, в поездке, это немножко не та тема.

В.КОЛОСОВА:  После выигранной Олимпиады 1984 года как-то встречали по-особенному на родине?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, вы знаете, там были такие изменения очень серьезные, смерть, по-моему, Черненко.

В.КУКУШКИН:  Да, чего-то такое.

А.КАСАТОНОВ:  Мы попали в такой период, когда не до хоккея даже было, я так понимаю, шла очень серьезная политическая борьба вверху, и так сложилось, что нас, в принципе, и не чествовали, по большому счету.

В.КОЛОСОВА:  И толком не поздравили.

А.КАСАТОНОВ:  Да. А вот 1982 год, наверное…

В.КУКУШКИН:  1982, чемпионат мира.

А.КАСАТОНОВ:  Да, и мы, ну, обычно же самолетом летаешь, а тут Финляндия, ясно, на электричке, ну, не на электричке, ну, практически сейчас это на электричке. И мы приехали, и было это 1 мая. И мы вышли на перрон даже, и толпа, которая демонстрация, она шла по улице, она вся завернула и нас практически на руках вынесли туда уже, где машины стояли, то есть было, конечно, назабываемое чувство.

В.КОЛОСОВА:  Вы так плавно перескочили. Я хотела еще остановиться на второй вашей олимпийской медали, это уже 1988 год. Не быстро ли я скачу, Всеволод Владимирович?

А.КАСАТОНОВ:  Лучше по выигрышам.

В.КУКУШКИН:  Да, по победным.

В.КОЛОСОВА:  Ну, давайте тогда вспомним 1988 год. Там уже опытный олимпийский чемпион Алексей Касатонов в команде. Что отличалось по восприятию, может быть, по обстановке в команде?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, во-первых, это Канада, это, конечно, сразу страна хоккея, родина хоккея, где все молятся на хоккей. Поляна, которая новая, арена NHLовская, как это седло.

В.КУКУШКИН:  Да, «Сэддлдом».

В.КОЛОСОВА:  А меньшая площадка не смущала?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, она была сделана не совсем по стандартам NHL, она немножко больше.

В.КУКУШКИН:  Она больше, чем NHL.

А.КАСАТОНОВ:  Хотя олимпийский размер, он, естественно, намного больше. И, конечно, все это создавало такую атмосферу. Плюс уже в воздухе витала возможность уехать, ну, разговоры уже такие были, мысли были.

В.КОЛОСОВА:  Хотелось себя показать.

А.КАСАТОНОВ:  В стране шли изменения. Ну, правильно, себя показать, пока еще возраст, и просто пожить, тоже посмотреть, тоже интересно, правильно, и не на сборах.

В.КУКУШКИН:  И, больше того, агенты одолевали, потому что каждый бился, чтобы взять себе в клиенты такую звезду, потому что это большой контракт. А агенты, они отнюдь не бескорыстные люди, они получают хороший процент и они за него бьются. Поэтому взять себе в подопечные звезду из сборной СССР стремились многие. В том числе, и даже такие доморощенные агенты. И клубы тоже уже начинали драфтовать.

А.КАСАТОНОВ:  Ну, это правильно, потому что уже и чехи себя зарекомендовали, и шведы, и финны уже поехали, и понятно, что на нас стали смотреть уже, как на реальную, что можно. Пошли разговоры, видно, и на каком-то уровне уже, Олимпийского комитета, Спорткомитета, что пришло время отпускать и те изменения в стране, которые происходили, поэтому все это, конечно, давало Олимпиаде тоже…

В.КОЛОСОВА:  Оттенок такой придавало.

А.КАСАТОНОВ:  Некоторый, да.

В.КОЛОСОВА:  Все равно это уже несколько другие отношения, чем были тогда у нас в стране, это уже бизнес, это уже агенты, это уже надо понимать, чтобы тебя не обманули. Вот это не было страшно?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, Олимпиада, все-таки мы понимали, что для нас это главная игра и главное выиграть, а после там, да, когда уже начались более-менее такие разговоры, здесь уже вставали вопросы, а как есть, через кого ехать, кто должен быть агентом, это тоже не так все просто.

В.КОЛОСОВА:  Вы согласились на первый контракт, который вам предложили?

А.КАСАТОНОВ:  Нет, я не согласился на первый контракт.

В.КОЛОСОВА:  Вам кто-то подсказал или вы сами поняли, что что-то не то?

А.КАСАТОНОВ:  Я понял, что, я просто знал контракты тех, кто уже уехал, поэтому мне было, с чем сравнивать.

В.КОЛОСОВА:  Вам было проще. Язык вы задолго учили до того, как?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, язык со школы учили.

В.КОЛОСОВА:  Нет, ну, многие со школы, знаете, тоже учат.

А.КАСАТОНОВ:  В школе было обязательно.

В.КУКУШКИН:  Ну, надо сказать, что у Алексея, вот как вообще в хоккее принято у хороших хоккеистов, жена это очень хороший помощник и хороший партнер, и вот это очень важно, чтобы это было такое соединение, и тогда хоккеист становится звездой. Так что тут надо…

В.КОЛОСОВА:  Супруга помогла.

А.КАСАТОНОВ:  Ну, а кто еще, в первую очередь, правильно, поможет.

В.КУКУШКИН:  Ну, родители тоже, конечно, но супруга.

А.КАСАТОНОВ:  В то время я уже был абсолютно в семье, чем могли родители помочь.

В.КУКУШКИН:  Да, и Жанна была в тот момент как раз ему очень такой сильной помощницей.

В.КОЛОСОВА:  Ну, давайте все-таки Олимпиады на канадской земле 1988 года. Как болели? За вас вообще, за советскую сборную кто-то вообще переживал?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, не скажу, что там вообще было много народу, на матчах.

В.КУКУШКИН:  Как-то, да, далеко.

В.КОЛОСОВА:  Для них это было не важно?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, они приходили только на канадцев, там, по-моему, несколько профессионалов даже пустили.

В.КУКУШКИН:  Играли профессионалы.

А.КАСАТОНОВ:  Разрешили. Ну, честно, прошла она с большим запасом, обыгрывали всех.

В.КОЛОСОВА:  То есть они не лукавят канадцы, когда говорят, что Олимпиада это не так важно, по сравнению с Кубком Стэнли или Кубок мира, Кубок Канады?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, я как вижу по последним интервью, высказываниям игроков, они все-таки все хотят участвовать в Олимпиаде. И надо сказать, что в 1998 году, первая Олимпиада, все приехали, и Гретцки, и Мессье, даже уже и возраст был такой, можно было и пощадить себя, но все были. Так что, я думаю, сейчас все игроки и Национальной хоккейной лиги, все хотят участвовать.

В.КУКУШКИН:  Я могу сказать, вот мы так, раз, и перепрыгнем. 1998 год, впервые Олимпиада открыта для NHL. То есть все профессионалы, все сильнейшие собрались в Нагано. Генеральный менеджер нашей команды был Алексей Касатонов. Он собирал команду, он все обеспечивал и все такое прочее. И главное его достижение было в том, что на пресс-конференции капитан команды Паша Буре сказал: «А мы все здесь братья». Вот создал атмосферу такого братства. Оно очень важное и очень хрупкое состояние, потому что это же все-таки жесткие ребята.

Но, тем не менее, Алексею удалось собрать команду. И потом менеджер сборной команды, он мне как раз сказал, что из нашей компании генеральных менеджеров Алексей лучше всех сработал. Больше того, Алексей, вот менеджер там команду собирает, все такое прочее, а тренер работает с теми, кого ему менеджер, хотя и высказывает свои пожелания. Но один нюанс, команда собирается в Токио, многие команды ехали автобусами, это достаточно долго до Нагано.

А.КАСАТОНОВ:  Ну, я думаю, что главное все-таки, надо сказать, что команду утверждал, и просто мне повезло с Владимиром Владимировичем Юрзиновым работать в тот момент. И у нас были очень такие и профессиональные, и доверительные отношения, и все-таки последнее слово было всегда за Юрзиновым. И вообще моя концепция, стратегия как бы, если руководишь, то все равно тренер это главная фигура у нас в нашем хоккее. Он определяет, с кем он хочет работать, и он отвечает за результат. Вот это главное.

В.КОЛОСОВА:  А что тогда было в вашем ведении? Что вы должны были делать?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, я ему, естественно, давал рекомендации, так как я находился в Северной Америке и просматривал игроков, и общался с ними, тоже пытался понять, кто, как хочет, его желание, отношение, то выдавали какие-то условия. Тут, знаете, такой процесс серьезный, потому что тоже там была и смена поколений у нас, и разные лидеры уже и среди молодых ребят, и зрелых игроков. То есть очень много нюансов. Плюс опять агенты, плюс опять жены.

В.КОЛОСОВА:  Кто-то отказывался?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, были отказники, да.

В.КОЛОСОВА:  А вы, если отказывали, вы продолжали как-то общаться с человеком и уговаривать его?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, были, например, кто-то говорил, нет, я не еду, просто не еду. Ну, у него своя позиция, умер, значит, умер, так сказать. А были люди, которые все время так и, да, и нет, то есть…

В.КОЛОСОВА:  Ужом крутились.

В.КУКУШКИН:  Не обязательно ужом, не обязательно.

А.КАСАТОНОВ:  Ну, какие-то пытались выставить дополнительные требования, здесь было сложнее, конечно.

В.КУКУШКИН:  Ну, тут было и не только это, были еще и со стороны всякие доброжелатели.

В.КОЛОСОВА:  Например.

В.КУКУШКИН:  Которые высказывали свои.

А.КАСАТОНОВ:  Ну, пресса тоже, есть люди из прессы, естественно, которые поддерживают тех или иных игроков.

В.КУКУШКИН:  Не только, там пришлось наводить порядок в Нагано, потому что сразу кто-то сказал: «А вот в NHL в раздевалку пускают». А Олимпиада, там совсем другой режим. И, кстати говоря, организация внутри раздевалки, вот тогда был Володя  Меринов, Олег Кученев, и над всем процессом стоял генеральный менеджер, который смотрел, чтобы все было организовано. И потом некоторые команды с завистью говорили, что вот у русских сделана лучшая команда. Ну, они были действительно командой. И, кстати говоря, потом признали сборную России по хоккею олимпийскую командой года. Она была лучше командой в том году России.

В.КОЛОСОВА:  В итоге, Алексей Викторович, я так понимаю, что в команде оказались только те люди, которые точно хотели играть за сборную?

А.КАСАТОНОВ:  За сборную, я думаю, и другие хотели играть, которые не попали, были люди. Но так видел Владимир Владимирович тот состав, с тем лидером, с Павлом Буре, которые пойдут за ним, пойдут за тренером и пойдут за идеей самой, которая была.

В.КОЛОСОВА:  А по каким-нибудь персонам он был не согласен с вами Юрзинов?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, я сейчас даже и не скажу. В принципе, мы все обсасывали так профессионально, и было окончательное мнение, и мы все пришли к какому-то одному знаменателю.

В.КОЛОСОВА:  Да, Всеволод Владимирович, у нас остается мало времени. А так много всего обсудить надо.

В.КУКУШКИН:  А я как раз хотел перейти к команде «Легенд».

В.КОЛОСОВА:  Давайте.

В.КУКУШКИН:  А вот сейчас Алексей Викторович занимается тем, что у него есть команда «Легенд хоккея», которая участвует в своеобразном турнире. Это звезды прошлых лет, блестящие мастера, может быть, катаются не так быстро, но руки у них хорошие, и они показывают прекрасную игру, радующую многих.

А.КАСАТОНОВ:  Нет, ну, у нас есть, самое главное, «Парк Легенд» замечательный комплекс спортивно-развлекательный. А мы уже, это наша база, это наш дом, и у нас отличная есть возможность общаться, тренироваться.

В.КОЛОСОВА:  Вам сразу понравилась эта идея?

А.КАСАТОНОВ:  Ну, идея, конечно, шикарная, просто никто, наверное, не верил, кроме тех, кто придумывал.

В.КОЛОСОВА:  Но я так понимаю, что это Третьяку пришло в голову изначально, нет?

А.КАСАТОНОВ:  Нет, Третьяк тут совершенно ни при чем.

В.КОЛОСОВА:  Ой, не Третьяк, Фетисов, прошу прощения, ну, по крайней мере, так мне рассказывали. И опять я не угадала?

В.КУКУШКИН:  Нет.

А.КАСАТОНОВ:  Ну, это было решение Гутнов наш товарищ.

В.КУКУШКИН:  Это Руслан Гутнов.

А.КАСАТОНОВ:  Руслан Русланович, и компания «ТЭН», «Группа компаний ТЭН», плюс, конечно, поддержка от Ротенберга Аркадия Романовича, он тоже совладелец всего комплекса.

В.КУКУШКИН:  И он сам катается, между прочим.

А.КАСАТОНОВ:  Федерации, и, конечно, Правительство Москвы, и вообще поддержка была и от президента Владимира Владимировича Путина, спасибо ему огромное. То есть спортивный клуб «Легенд» выступил как бы вот с такой идеей. Ее поддержали и буквально за два года построен замечательный комплекс, в который входит уже готовая часть, это сам Дворец, где три катка, большая арена на 12 тысяч, малая арена на 5 тысяч, и просто тренировочный каток. Это база Дом московского «Динамо», сейчас еще московский «Спартак» часть игр проводит Континентальной хоккейной лиги, уже провели чемпионат мира с успехом, прошедший в Москве, и два Кубка, сейчас Кубок идет Первого канала. Плюс музей, Зал славы и вот сейчас буквально в декабре мы заканчиваем строительство водного центра, где две чаши водных для синхронного плавания и две чаши олимпийского размера, в которых можно готовить олимпийцев пловцов.

В.КОЛОСОВА:  Подождите, Всеволод Владимирович, хочу узнать, вас кто-нибудь удивил из тех, кто пришел кататься за сборную «Легенд»? Ну, вот вы не ожидали, что человек в такой хорошей, прямо отчаянной форме.

А.КАСАТОНОВ:  Нет, ну, у нас, во-первых, очень большой клуб, где порядка 70 человек. То есть старшие, там у нас есть ветераны, 70, 75 лет, есть молодежь, такие, как Буре 45.

В.КОЛОСОВА:  Да, это молодежь, конечно.

А.КАСАТОНОВ:  Сейчас Алексей Морозов вошел, тоже сороковник. То есть у нас все возрасты покорны. Но я говорю, что у нас есть своя раздевалка, у нас есть свое время, два раза мы катаемся, общаемся, то есть мы много ездим по стране, пропагандируем спорт, хоккей, в частности, проводим разные мероприятия, уроки, мастер-классы. И, самое главное, играем.

В.КОЛОСОВА:  Активно живут. Спасибо, дорогие друзья. У нас сегодня был в гостях двукратный олимпийский чемпион, многократный чемпион мира, Европы Алексей Касатонов. Алексей Викторович, спасибо вам огромное, успехов в делах.

В.КУКУШКИН:  Спасибо. И всем удачи.

00:00
00:00
</>