Мастера спорта

Николай Саприн

Виктория Колосова

тема: Возможные новые правила в футболе

13.11.2016 15:00
Толковый словарь. Индийские языки, продолжение смотреть слушать скачать
Знаете ли вы, что Рабиндранат Тагор стал первым среди неевропейцев, кто был удостоен Нобелевской премии по литературе ? А то, что великий путешественник Афанасий Никитин после посещения Индии так и не смог вернуться на родину – в Тверь? Рассказывает полиглот, автор методики интенсивного обучения иностранным языкам Дмитрий Петров.
в гостях: Дмитрий Петров

В.ТИХОМИРОВ:  В студии уже появился Дмитрий Петров, полиглот, автор методики интенсивного изучения иностранного языка, и мы продолжаем изучать историю индийского языка. Дмитрий, рад вас видеть. Откуда опять вот этот приятно неприятный загар?

Д.ПЕТРОВ:  Это из морозного Казахстана.

В.ТИХОМИРОВ:  А там холодно?

Д.ПЕТРОВ:  Там континентальный климат, это значит, что там летом там намного жарче, чем у нас, но зимой там очень существенно холоднее.

В.ТИХОМИРОВ:  Ну, что же, слава богу, друзья, мы находимся в средней полосе России, ну, и на Камчатке тоже, в принципе, неплохо весной и летом. Итак, Дмитрий, продолжим изучение индийского языка. Мы говорили, и для меня, честно говоря, я до сих пор нахожусь в таком каком-то волнительном состоянии о том, что индийский язык, по крайней мере, две трети Индии, это язык, который принесен из причерноморских степей.

Д.ПЕТРОВ:  Ну, вероятнее всего, да.

В.ТИХОМИРОВ:  Короче, в общем, мы практически прародители индийского языка, который потом обогатил наш уже славянский язык. Так это или нет, или я ошибаюсь? Или мои волнения зря.

Д.ПЕТРОВ:  Да, именно так. Речь идет о том, что носители индоевропейских языков, носители этой семьи языков, в которую входят также и славянский, и другие европейские языки, составляют примерно две трети, может быть, даже больше носителей различных языков Индии, населяют северную и центральную часть этой страны, а юг остается, как мы в прошлый раз уже говорили, за представителями коренного населения индийского субконтинента, народами, относящимися к дравидской группе языков.

В.ТИХОМИРОВ:  А вот скажите, мы просто в прошлый раз как-то очень мало обращали внимание на эту дравидскую группу. А чем этот язык отличается от хинди и других индоевропейских языков?

Д.ПЕТРОВ:  Ну, абсолютно всем, это автохтонное, то есть коренное население Индии. Языки там совершенно различные, они ничем не похожи, и надо сказать, что, конечно, когда носители древнеиндийских индоевропейских языков населили большую часть территории Индии, то южноиндийские языки, конечно, подверглись влиянию северо-индийских языков, и в некоторых языках до 50 процентов лексики доходят заимствования из санскрита, из северо-индийских языков. Но, как часто бывает, я, кстати, перечислю, какие народы, какие языки относятся к этой группе. Один из них наиболее такой распространенный - тамильский, язык тамилов.

В.ТИХОМИРОВ:  Это, которые постоянно требуют?

Д.ПЕТРОВ:  Да, интересно, что тамильский язык является государственным языком ряда стран. Например, это один из государственных языков Сингапура.

В.ТИХОМИРОВ:  Тамильский и Сингапур?

Д.ПЕТРОВ:  Да, да. А как это получилось. Сингапур это очень небольшое государство, а государственных языков там 4 – английский, китайский, малайский и вот тамильский. Потому что в свое время во времена Британской империи, когда все эти люди были, и сингапурцы, и индийцы гражданами Британской империи, и перемещение между ними было абсолютно свободным, то достаточно значительное число жителей вот именно южной Индии переселялось в Малайзию, в Сингапур. Все это были тоже английские территории.

В.ТИХОМИРОВ:  Ну, подальше, в принципе.

Д.ПЕТРОВ:  Да. И именно не носители северо-индийских языков, а носители тамильского языка. По климату это достаточно близкие территории – Малайзия, Сингапур и Южная Индия.

В.ТИХОМИРОВ:  И Казахстан.

Д.ПЕТРОВ:  Это совсем не Казахстан, и даже не Причерноморье, откуда многие наши предки кто-то вышли, кто-то остались до сих пор. И интересно следующее, еще тамильский язык является одним из официальных языков Шри-Ланки, потому что где-то до трети население Шри-Ланки составляют те же самые тамилы.

В.ТИХОМИРОВ:  Дмитрий, а скажите мне, как же так произошло, что наши печенеги, ну, короче жители причерноморских степей не додавили, не выдавили полностью индийцев с Индийского полуострова?

Д.ПЕТРОВ:  Ну, пытались, во всяком случае, и в отличие от печенегов, о языке которых не так много известно, вот мы, многие из наших соотечественников, да и не только из наших, вообще не слышали про такие языки – дравидские.

В.ТИХОМИРОВ:  Да, я, кстати, первый раз слышу.

Д.ПЕТРОВ:  Но, тем не менее, каждый из нас использует слова, заимствованные русским языком именно из дравидских языков. Вот вы когда-нибудь знали, что пользуетесь, что в вашем богатейшем лексиконе есть слова дравидского происхождения?

В.ТИХОМИРОВ:  А какие?

Д.ПЕТРОВ:  Ну, вот несколько навскидку, которые знакомы любому русскоязычному человеку – оранжевый, манго, бамбук, катамаран, мангуст, карри. Вот навскидку хотя бы это.

В.ТИХОМИРОВ:  Интересно, как они пришли к нам, доползли до нас эти слова.

Д.ПЕТРОВ:  Пришли они к нам разными путями, некоторые через посредство персидского языка, некоторые через английский. Например, оранжевый, плод, апельсин на этом языке называется «наранга». Испанцы, португальцы, которые торговали и даже завоевывали территории в Индии, восприняли это в форме «наранха». Испанский апельсин «наранха». Затем это вошло в другие европейские языки, как «оранж» и так далее. Во многих это означает как раз апельсин, как плод. После этого это значение распространилось на обозначение цвета. В русском языке мы используем это значение цвета. Ну, и ряд каких-то, естественно, скажем так, из мира ботаники, из мира каких-то фруктов, овощей, слов, связанных с продуктами питания, с кухней, ну, то же самое карри. Все, что связано с растительностью, бамбук, это только такой наиболее яркий пример. Катамаран - это как способ передвижения по морям, это тоже заимствовано именно из тамильского языка.

В.ТИХОМИРОВ:  Как интересно. Для меня еще есть непонятная вещь. Дело в том, что северную территорию Индии, да и, в принципе, центральную область этой великой страны постоянно топтали представители других цивилизаций, естественно, других народов, и ведь не зря же там огромное количество религий. Я думаю, а почему в Индии не прижился тюркский язык, и вообще тюркские языки?

Д.ПЕТРОВ:  Тюрки в количественном отношении всегда составляли неизмеримо малый процент во всех завоеванных территориях. И даже в период завоевания Индии Великими Моголами, которые, собственно, пришли из Центральной Азии и были носителями именно тюркских языков, в течение 2-3 поколений тюркский язык растворился бесследно. Ну, вернее, со следами, оставив буквально несколько следов в лексике северо-индийских языков. Но побеждает язык не только более многочисленного народа, но и более высокого культурного уровня.

В.ТИХОМИРОВ:  Даже так?

Д.ПЕТРОВ:  Потому что вот эти свирепые кочевники, которые, несомненно, как часто бывает, более интеллигентные народы легко завоевали, ну, а что делать дальше? Завоевали, но пришлось пользоваться плодами их науки, их культуры. И соответственно их дети, дети этих завоевателей уже чувствовали себя причастными к той культуре, в которой они родились, вместе с ее языком.

В.ТИХОМИРОВ:  Мне кажется, мы вступаем, конечно, на очень скользкую дорогу, какие языки важнее, какие богаче, какие глубже и так далее. Но получается, что есть градация языков.

Д.ПЕТРОВ:  Ну, несомненно. Мы знаем, что между языками постоянно идет конкурентная борьба, это было всегда. Другой процесс, который не прекращался никогда, это поиск какого-то единого средства коммуникации, которое будет максимально приемлемо для максимально большего числа народов. И здесь вопрос, конечно, не только в количестве носителей, а в количестве доступности этого языка, в объеме вот этого культурного информационного пласта, который представляет ценность для других народов.

В.ТИХОМИРОВ:  Дмитрий, вы знаете, мне сейчас поднесли информацию, оказывается, индийский язык жестов является самым распространенным немым языком в мире, им пользуется порядка 3 миллионов людей. Я понимаю, что немой язык это не ваша территория. Хотя, мне кажется, что, глядя в ваши…

Д.ПЕТРОВ:  Немой язык это не мой язык. Но в случае индийских языков, точнее, не одного индийского, а индийских, потому что их довольно много, они достаточно разные, но в индийской культуре система жестов была кодифицирована, то есть сведена в определенную систему достаточно давно, уже несколько тысячелетий назад. Поэтому вот этот традиционный индийский танец в многочисленных его вариациях и вариантах, потому что он имеет и определенный духовный смысл, и культурный.

В.ТИХОМИРОВ:  И смысловую нагрузку.

Д.ПЕТРОВ:  То, в принципе, это действительно язык, потому что это система жестов, которые не просто, как у некоторых народов, являются проявлением их эмоциональности, а передает именно набор смыслов, выстроенных в определенной логической последовательности.

В.ТИХОМИРОВ:  А вот скажите мне, если, например, я станцую индийский танец в южных районах Индии и в северных штатах, поймут ли мой язык танца?

Д.ПЕТРОВ:  Я думаю, что, если станцуете вы, то вас поймут все.

В.ТИХОМИРОВ:  Главное, чтобы только не забросали потом помидорами.

Д.ПЕТРОВ:  Манго.

В.ТИХОМИРОВ:  В свое время просто я был знаком с известной танцовщицей, сейчас надо посмотреть в словаре, как правильно ударение, индийской танцовщицей и она говорила мне о том, что каждый жест это практически слово. Когда они делают руками так или сяк, они рассказывают про девушку, которая шла по берегу реки Ганга и так далее.

Д.ПЕТРОВ:  В общем, не надо давать волю рукам.

В.ТИХОМИРОВ:  Да, надо быть осторожнее. Ну, вернемся к английскому языку. Кстати, про английский язык мне тоже хочется задать вопросы. Вернемся к индийскому языку. А когда индийский язык стал вот тем литературным языком? Ну, я понимаю, что там огромное количество языков, но государственный это хинди, правильно?

Д.ПЕТРОВ:  Государственный язык это хинди, да.

В.ТИХОМИРОВ:  Вот когда он приобрел тот статус главного языка и почему?

Д.ПЕТРОВ:  После того, как Индия стала независимым государством.

В.ТИХОМИРОВ:  То есть это опять методом тыка.

Д.ПЕТРОВ:  Потому что это язык максимального количества, максимально понятный большей части населения Индии, который вместе с английским был признан важным средством связующим между различными группами населения, между различными этническими группами.

В.ТИХОМИРОВ:  Ну, а кто был скрепом, скажем так, индийского языка? У нас был Пушкин.

Д.ПЕТРОВ:  Языка хинди мы имеем в виду?

В.ТИХОМИРОВ:  Да.

Д.ПЕТРОВ:  Скажем так, древняя индийская литература, которая известна всему человечеству через эпосы.

В.ТИХОМИРОВ:  Вы про «Камасутру»?

Д.ПЕТРОВ:  В первую очередь, но, кроме того, «Махабхарата» или «Рамаяна». Кстати, недавно вышел очень популярный и интересный сериал индийский, который, по-моему, в 2013 году «Махабхарата», очень зрелищный, который рассказывает об этом эпосе. Можно попробовать даже посмотреть. При приближении к современной эпохе, когда на элементы древнеиндийских языковых пластов, в частности, санскрита наложилось влияние исламских народов, персидского, арабского, тюркских, в период империи Великих Моголов, то есть с XIV по XVII век, сложился вот этот язык хиндустани. Помните, мы говорили, который впоследствии получил форму в Пакистане урду, форму хинди в Индии в зависимости от, прежде всего, религиозной принадлежности его носителей. И из авторов, которые, скажем, многие из них относились, из первых авторов, которые писали на этих языках, относились к суфизму, то есть передавали определенные какие-то философские концепции, теории через поэтическую форму. Скажем, был такой автор Амир Хусрави, сын, кстати, начальника дворцовой стражи одного из императоров империи Великих Моголов, то есть по происхождению тоже из тех же тюрок, но это происходило в тот самый период, когда формировались вот эти разговорные формы языка, который впоследствии при обретении Индией независимости стал называться хинди и стал государственным.

В.ТИХОМИРОВ:  Дмитрий, интересный вопрос, вот смотрите, чаще всего, если мы говорим о Европе, то основные философские мысли передавались, как говорится, из уст в уста в прозе. А вот в Индии, Пакистане и вообще в восточных странах, там чаще всего философские мысли передаются в поэтической форме.

Д.ПЕТРОВ:  Да.

В.ТИХОМИРОВ:  А с чем это связано?

Д.ПЕТРОВ:  Это связано с тем, что обучение проводилось еще в дописьменный период, как передача устной информации через эпос, через песни и даже через создание каких-то духовных текстов, которые передавались от учителя к ученику.

В.ТИХОМИРОВ:  То есть так легче запоминалось.

Д.ПЕТРОВ:  И так происходило в течение столетий и даже тысячелетий. И даже сейчас можно в Индии видеть такие картины, когда учитель, он же сказитель, читает какие-то отрывки из древних эпосов, а люди ему внимают, и кто-то усваивает и потом передает следующему поколению.

В.ТИХОМИРОВ:  Я правильно вас понимаю, что, если бы историю партии, научный коммунизм преподавали бы в поэтическом контексте, может быть, все хорошо было бы с советской властью?

Д.ПЕТРОВ:  Я думаю, все закончилось бы гораздо смешнее.

В.ТИХОМИРОВ:  В принципе, тоже верно. И еще одна интересная особенность. Ну, вы говорили о том, что английский язык стал практически родным языком Индии. И помните, когда-то давным-давно мы говорили о том, что ментальность языка влияет на людей, и что даже люди, которые не говорили на английском, но которые начинают говорить, жить, существовать с этим языком, они тоже меняются ментально. А индийцы, ну, или индусы, как правильно, они ментально изменились после того, как английский язык завоевал их страну?

Д.ПЕТРОВ:  Ну, во-первых, мы видим в жизни современной Индии очень много следов британского присутствия не только в языке, но и в организации, скажем, юридической стороны жизни.

В.ТИХОМИРОВ:  Движения.

Д.ПЕТРОВ:  И в левостороннем движении на улицах, и в массе, в организации системы образования. То есть британское влияние, несомненно, присутствует. И надо отметить мудрость этого народа, они не особо с ним борются, а, наоборот, пользуются замечательными плодами некогда огромной империи.

В.ТИХОМИРОВ:  Вообще я удивляюсь, как индусы… Вот, как правильно, индийцы или индусы?

Д.ПЕТРОВ:  Индийцы как раз, люди, живущие в Индии.

В.ТИХОМИРОВ:  Я просто думаю, как они вообще спокойно относятся ко всему, и к вторжению других языков, народов,  религий, как они все это переваривают?

Д.ПЕТРОВ:  Переваривают, я думаю, это хороший пример для подражания и русскому языку, потому что не надо бояться какого-то влияния, потому что наш великий и могучий, он тоже все, что надо переварит и оставит в себе, а ненужное отфильтрует и выбросит.

В.ТИХОМИРОВ:  Вы знаете, Дмитрий, все об Индии, о высоком, о светлом, об апельсинах, а слушателей волнует совершенно другое. «Здравствуйте. Вопрос господину Петрову. Когда появится школа в Ростове-на-Дону ваша? Заранее спасибо».

Д.ПЕТРОВ:  Уже начали принимать меры, ждите.

В.ТИХОМИРОВ:  Да, ждите ответа. Дмитрий, ну, и возвращаемся к индийскому языку, хотя индийский язык это, я понимаю, что это много-много языков.

Д.ПЕТРОВ:  Языки, да.

В.ТИХОМИРОВ:  Да, это языки. Помните, одно время почему-то все очень любили этого поэта Рабиндранат Тагор? Я понимаю, что это современный поэт. А на каком языке он писал и почему вдруг он так пробился в плеяду великих мировых поэтов? И законно ли это?

Д.ПЕТРОВ:  Ну, насчет законности пусть скажут специалисты в соответствующей сфере. А что касается языка, на котором он писал, он представлял еще один очень важный язык, крупнейший язык Индии после хинди по количеству носителей и язык, на котором говорит, пользуются, как родным в два раза больше людей, чем русским.

В.ТИХОМИРОВ:  О, как.

Д.ПЕТРОВ:  Это язык родной для 250 миллионов людей, для четверти миллиарда. Называется он бенгальский. Обычно мы знаем про бенгальские огни и, может быть, еще про тигров. Язык этот распространен, во-первых, в восточной части Индии.

В.ТИХОМИРОВ:  Слушайте, как они там живут вообще, не понимаю.

Д.ПЕТРОВ:  В восточной части Индии и в государстве, которое называется Бангладеш. Причем разница между ними такая, Бангладеш это исламская страна, когда-то это была часть большого Пакистана и называлась восточный Пакистан. Потом стала независимой страной Бангладеш.

В.ТИХОМИРОВ:  А это тоже сделали англичане, когда уходили?

Д.ПЕТРОВ:  Да, это они заминировали эту территорию вот такими мелкими и не очень мелкими пакостями. Причем часть бенгальцев, которые исповедуют индуизм, они живут в Индии, есть соответствующий штат, который называется Западная Бенгалия. Носители бенгальского языка живут и в некоторых других странах, и в других штатах Индии, естественно. Так вот Рабиндранат Тагор, который, вот почему про индийские языки трудно сказать, что у них там был некий Пушкин, потому что их много разных. Если для каких-то языков Пушкин остался 3 тысячелетия назад, когда речь шла о формировании санскрита, вот этого древнейшего языка, то для бенгальского языка, для бенгальской культуры, а это тоже народ по количеству достаточной приличный, это Рабиндранат Тагор. Причем писал он на разные темы, так же как и Александр Сергеевич, от любовной лирики до очень высоких таких философских текстов, кстати, переписывался с Львом Николаевичем Толстым.

В.ТИХОМИРОВ:  О, даже так?

Д.ПЕТРОВ:  Находили общий язык и очень много каких-то элементов, связанных вот с такой и с жизненной, и с творческой философией, их объединяли.

В.ТИХОМИРОВ:  Вы знаете, я, о чем вдруг подумал, вот вы рассказываете об англичанах, которые расчленили Индию, Пакистан, Бангладеш, и так далее, это я просто, знаете, так, в сторону, я вдруг поймал себя на мысли, что товарищ Сталин тоже очень много брал от англичан, когда делили границы республик, в том числе, и южных республик - Таджикистан, Узбекистан и так далее, Азербайджан.

Д.ПЕТРОВ:  И республик, и впоследствии после Второй мировой войны, когда делили Европу победители, все было так, все непросто.

В.ТИХОМИРОВ:  Как все, как говорится, одинаково. Ну, вернемся к индийскому языку, к индийской культуре. Конечно, мы не можем не вспомнить нашего дорогого, горячо любимого Афанасия Никитина. Скажите мне, ну, мы уже говорили о том, что, в принципе, он был разведчик, который изучал просто Индию, как говорится, из глубины веков и, прикрываясь купеческим прошлым. А на каком языке он говорил и как он мог так быстро освоить эти индийские языки?

Д.ПЕТРОВ:  Это очень интересная фигура, это все-таки XV век.

В.ТИХОМИРОВ:  Да, в том-то и дело.

Д.ПЕТРОВ:  По сути, он отправился в Индию в тот период, когда России, как единого государства еще и не было. Если вы читали его записки «Хождение за три моря»…

В.ТИХОМИРОВ:  Ну, к сожалению, только, знаете, в картинках.

Д.ПЕТРОВ:  В картинках хотя бы. Даже в виде комикса можно представить замечательную историю. Он, по сути, передвигаясь, ну, это же не так, что сел на самолет и прилетел и вышел в аэропорту. То есть само путешествие занимало уже несколько месяцев в одну сторону, он там пребывал, по-моему, два или три года, потом стал возвращаться. А родом он был из Тверского княжества, из Твери. Причем очень интересно, когда читаешь его записи, а он прямо очень четко…

В.ТИХОМИРОВ:  То есть был скрупулезен.

Д.ПЕТРОВ:  Хронологически записывал, писал все про каждый город, куда он приходил, где и чем торгуют, «а вот здесь на Волге напали разбойники, что-то отняли, но, слава богу, не убили, пошел дальше» и так далее. То есть это очень интереснейшее совершенно произведение. Это был один из первых советско-индийских фильмов, кстати, основанный на этой истории.

В.ТИХОМИРОВ:  Да, да.

Д.ПЕТРОВ:  И затем мы видим, как постепенно в его язык, в его повествовании начинают вкрапливаться слова, заимствованные из других языков.

В.ТИХОМИРОВ:  То есть по мере продвижения.

Д.ПЕТРОВ:  Да, и самое любопытное, что последние страницы его текста написаны просто на смеси персидского и тюркского языков.

В.ТИХОМИРОВ:  Ничего себе.

Д.ПЕТРОВ:  Ну, очевидно он уже был в некотором таком лихорадочном состоянии, может быть, даже не совсем адекватным, тем не менее…

В.ТИХОМИРОВ:  Почему, он заболел малярией?

Д.ПЕТРОВ:  Да, он был чем-то уже болен. Он даже, к сожалению, не дошел до Твери, он дошел до Руси, но не до своего родного города.

В.ТИХОМИРОВ:  Печально.

Д.ПЕТРОВ:  То есть это четыре года продолжалось его путешествие. Но вот интересна языковая составляющая, то есть он сначала или очевидно был уже знаком с татарским или с какими-то другими тюркскими языками, что позволило ему добраться по Волге до Каспийского моря, тогда называлось Хвалынским. Затем он, судя по всему, прилично освоил персидский язык. Персидский язык, был такой вариант лингва франка, то есть общий язык огромной территории в те времена, и Северной Индии, и Центральной Азии и многих других территорий. Очевидно, он владел им неплохо, потому что в какой-то момент мы видим, что он путешествует уже самостоятельно и что-то там выясняет по поводу торговли, что-то, может быть, какие-то у него действительно были секретные миссии. Но, во всяком случае, он был человек очень любопытный и любознательный и, несомненно, владел местными языками.

В.ТИХОМИРОВ:  И еще, конечно, один россиянин, который очень увлекался Индией и хотел, чтобы все россияне увлеклись ею. Это, конечно, Николай Рерих. А вот он что привнес не только в индийскую культуру, но и в нашу культуру и в наш язык?

Д.ПЕТРОВ:  Он интересовался двумя слоями индийской культуры, индийской цивилизации. Во-первых, это, ну, мы знаем его как художника, причем он был достаточно известным художником еще до поездок в Индию, еще в дореволюционные времена. А другое направление, другой такой фактор цивилизационный, который его интересовал, это была духовная культура. Потому что, ну, мы знаем, что он создал свое некое учение и до сих пор есть последователи его.

В.ТИХОМИРОВ:  Вон даже здание они какое себе отхватили в центре Москвы. Там памятник видели? Ладно, не буду.

Д.ПЕТРОВ:  Места, где он бывал и даже жил достаточно долго со своей семьей в Индии, я там бывал неоднократно, там действительно те пейзажи, которые мы видим на его полотнах. Это действительно ты понимаешь, что да, это не выдумка, это не какое-то творческое домысливание, это действительно зарисовка того, что он видел перед собой. Это первое. И второе, его поместье существует до сих пор.

В.ТИХОМИРОВ:  Музей, да?

Д.ПЕТРОВ:  Оно принадлежит Российской Федерации.

В.ТИХОМИРОВ:  О, даже так?

Д.ПЕТРОВ:  Да, там есть и галерея, там есть, в принципе, какие-то такие артефакты и памятники, связанные с его пребыванием. И, скажем так, ну, как всегда бывает, что какие-то люди стали последователями вплоть до такой некоей формы фанатизма, у других это просто вызвало интерес к стране, к культуре, к духовным практикам, к живописной природе. Можно сказать, что он был один из тех людей, который дал толчок такому массовому интересу.

В.ТИХОМИРОВ:  Скажите мне, а вот Гитлер, кто его подтолкнул к такому интересу к Индии? Ведь это он же был практически такой буревестник индийской культуры на территории Германии.

Д.ПЕТРОВ:  Ну, он, скорее, воспринял, потому что люди, которые формировали идеологию нацизма, национал-социализма, которые формировали идеологию арийской расы, они очень живо интересовались, была такая организация «Аненербе», «Наследие предков» в рамках системы СС, и было направлено несколько экспедиций, возглавляемых высшими офицерами СС, которые вместе с этим были специалистами в какой-то науке – кто-то в психологии, кто-то в ботанике, потому что они исследовали всякие лекарственные свойства и вряд ли применяли их в благих целях, но, тем не менее, от них осталось очень много каких-то исследований.

В.ТИХОМИРОВ:  Слушайте, ведь, Дмитрий, извините, что я вас перебил, но ведь фашизм тоже, и фашистская идеология в Индии тоже одно время превалировала, и там было много последователей?

Д.ПЕТРОВ:  Ну, скажем так, есть до Второй мировой войны, до создания Третьего рейха, как государственной системы вот эта теория фашизма, само слово «фашизм» относится, скорее, к Италии, к итальянскому направлению, и впоследствии и нацизм, и свастика, и избранность арийской расы изначально было на уровне такого философского направления, которое, если бы оно не воплотилось в деятельности целых государственных систем, может быть, и осталось в памяти людей, как просто, ну, еще одно очередное чудачество, вот были такие люди, чего-то ходили, о чем-то рассказывали. Но часть своей атрибутики, они брали равномерно, либо из этой протоиндийской культуры, откуда они взяли слово «арии», откуда они взяли символ свастики, частично они обращались к скандинавским корням, то есть вот эти руны…

В.ТИХОМИРОВ:  Какой разброс.

Д.ПЕТРОВ:  Руны, некоторые из которых стали символами подразделений СС, определенное такое обращение, отсылки к древнескандинавской идеологии, не просто философии, а идеологии, вот эта Валгалла, викинги, опять избранность расовая. Поэтому у них был достаточно такой интересный и зловещий коктейль. В каждой из философий, с которыми они знакомились, они брали то, что было интересно и могло обслуживать вот эту обработку массового сознания.

В.ТИХОМИРОВ:  Дмитрий, и еще, ну, мы, конечно, знаем просто легендарную уже фигуру это Махатма Ганди. А как он свои идеи доносил до каждого индийца, если они все говорили на разных языках?

Д.ПЕТРОВ:  Прежде всего, Махатма Ганди был гражданином тоже Британской империи, но жил-то он не в Индии, жил он в Южной Африке.

В.ТИХОМИРОВ:  Как?

Д.ПЕТРОВ:  Вот так.

В.ТИХОМИРОВ:  Подождите, а как же он оттуда руководил процессом?

Д.ПЕТРОВ:  Процессом? Ну, надо сказать, что, опять-таки, эта вот тема Сингапур, Индия, Южная Африка все это были части провинции одной огромной Британской империи. А в Южной Африке была огромная, да и еще осталась огромная диаспора индийская.

В.ТИХОМИРОВ:  Да вы что?

Д.ПЕТРОВ:  Собственно, когда вот этот был создан Национальный конгресс, который является одной из основных партий Индии, родственным ему был Африканский национальный конгресс, который впоследствии дал Нельсона Манделу и так далее, борцов с апартеидом. А Махатма Ганди, да, естественно, в момент уже разгара борьбы с колониальным британским владычеством он жил в Индии, и он начал вот эту такую мирную революцию, собственно, чем прославился.

В.ТИХОМИРОВ:  Так, Дмитрий, мне надо это переварить. Дмитрий, нас слушают внимательно и рассуждают, вот одно из писем. «Сейчас за отжимание и подтягивание можно получить значок ГТО. Если бы за знание языка хотя бы русского и английского можно было получить такую же аналогичную награду, это бы мотивировало молодежь». Я прям вижу такое.

Д.ПЕТРОВ:  Это интересное предложение.

В.ТИХОМИРОВ:  Да, значок ГТО имени Дмитрия Петрова, и он прям вручает где-нибудь, ну, не в Кремле, но где-нибудь поблизости.

Д.ПЕТРОВ:  Подтягиваясь при этом.

В.ТИХОМИРОВ:  Было бы счастье и хорошо. Дмитрий, возвращаясь к индийскому языку и к современному индийскому языку, я понимаю, что это действительно тоже огромный сосуд, в котором перемешались, мало того, что разные языки, кроме этого английский. Скажите, а русский язык как-то повлиял на индийский, особенно в момент той дружбы, Индира Ганди, Леонид Брежнев, Советский Союз? Вот сейчас Сережа вспомнил о нем, как говорится.

Д.ПЕТРОВ:  Ну, нельзя сказать, что русский язык оставил какой-то серьезный след.

В.ТИХОМИРОВ:  Не оставил следов, одним словом, не наследил.

Д.ПЕТРОВ:  Хотя в период, скажем, такой тесных взаимоотношений, когда Индия стала независимой, во времена Неру, Хрущева, когда начались какие-то совместные промышленные проекты, культурные какие-то взаимоотношения, то, естественно, много реалий стали понятными. На самом деле, в каком-то смысле советская система оказала воздействие на формирование Индийского государства, в том числе, и в национальной политике. То есть, я знаю, что когда утверждали вот эти планы создания таких национальных штатов, то, в частности, пользовались опытом Советского Союза при создании союзных республик. Собственно, некоторые принципы, связанные и с функционированием национальных языков, также были восприняты.

В.ТИХОМИРОВ:  Слушайте, смотрите, и до сих пор ведь действует это, и ничего не разваливается, вот что меня радует.

Д.ПЕТРОВ:  Да, но они просто, скажем, не стали брать на вооружение систему колхозов.

В.ТИХОМИРОВ:  Да, тут немножко подпортило все.

Д.ПЕТРОВ:  И многое другое.

В.ТИХОМИРОВ:  Слушайте, Дмитрий, вот по поводу, кстати, ЮАР люди тоже в шоке. «Как же все запутано в этом мире. А, кстати, говорят, в ЮАР кроме английского и голландский еще используют, или все уже, он умер там?» Там же были буры?

Д.ПЕТРОВ:  Голландский, точнее, африкаанс, который как вариант, как форма голландского языка, это по-прежнему один из основных официальных языков Южно-Африканской Республики, он никуда не делся, на нем говорит процентов 40 населения Южно-Африканской Республики.

В.ТИХОМИРОВ:  Ничего себе.

Д.ПЕТРОВ:  Английский, конечно, как язык международного общения тоже используется и активно продвигается, но от своего национального наследия буры не отказываются.

В.ТИХОМИРОВ:  Вы знаете, Дмитрий, нам пора прощаться, и все-таки такой маленький короткий вопрос напоследок. Мы знаем, конечно, про Болливуд, что они выпускают огромное количество фильмов и, безусловно, они все дублированы для иностранных пользователей. Но песни-то все равно звучат на индийском. Я думаю, может быть, таким образом, они тоже подкладывают бомбу под мировую систему, под мирового лидера английский язык, потому что рано или поздно индийский язык становится как бы нашим родным языком. По крайней мере, в нашей стране полстраны смотрело индийские фильмы.

Д.ПЕТРОВ:  Ну, да, несколько поколений смотрели индийское кино. Сейчас, кстати, появилось еще и новое, так называемое индийское кино, которое уже немножко, ну, достаточно серьезно отличается от привычных вот этих таких мюзиклов с танцами и песнями достаточно интересное. И это один из факторов сохранения национального языка.

В.ТИХОМИРОВ:  И продвижения его.

Д.ПЕТРОВ:  Да.

В.ТИХОМИРОВ:  Так что, друзья, снимайте кино на русском языке. Это был Дмитрий Петров, полиглот, мы говорили об индийском языке, а в следующий раз, а не замахнуться ли нам на африканские языки? Но это уже будет совсем другая история.

Д.ПЕТРОВ:  Хорошая мысль.

00:00
00:00
</>