Музыка в эфире

тема: Любимая музыка в эфире "Маяка"

16.11.2016 10:00
Мужчины и их зависимости смотреть слушать скачать
Зависимость - это то, что нами в большинстве случаев не осознается! Некоторые виды зависимостей считаются нормой в обществе и даже показателем успешности и состоятельности.
Целый ряд зависимостей присутствует у каждого из нас из-за того, что мы должны быть успешны как мужчины. Отсюда стремление как можно лучше выглядеть в глазах других, и в этой гонке мы теряем самих себя. Психологи насчитывают около полутора тысяч зависимостей, и часто мы начинаем зависеть от них неосознанно.
в гостях: Анатолий Добин

С.СТИЛЛАВИН:  Давайте перейдем к теме заявленной нашей программы. Подростки становятся мужчинами.

А.ДОБИН:  Да. А мужчины становятся зависимыми.

С.СТИЛЛАВИН:  Женщины внимательно слушают наши программы, и умные женщины используют сказанное вами против вас, Анатолий.

А.ДОБИН:  Абсолютно. Женщины для того и существуют, чтобы использовать сказанное мужчиной против него.

С.СТИЛЛАВИН:  Так вот сегодня «Зависимости мужчины». Доктор, конечно, первый вопрос, который у меня написан, и который мог бы произнести Владик, вопрос такой, представим себе эдакую пастораль - не холодный ноябрь.

А.ДОБИН:  Слова-то какие.

С.СТИЛЛАВИН:  Итак, несколько берез, опушка леса, пенек и вопрос, который звучит – зачем мужчине нужен алкоголь? Наверное, одна из самых распространенных проблем в наших семьях.

ВЛАДИК:  У современного мужчины.

А.ДОБИН:  Зачем этой картине лось? Что он там делает?

С.СТИЛЛАВИН:  Нет, в наших семьях один из самых распространенных, наверное, таких кризисных моментов…

ВЛАДИК:  Профессор выключился.

С.СТИЛЛАВИН:  Когда женщины боятся, что мужчина станет злоупотреблять.

А.ДОБИН:  Доверием.

ВЛАДИК:  Что мужчина окажется пьющим.

А.ДОБИН:  Злоупотреблять доверием.

С.СТИЛЛАВИН:  Доверием отдела, который работает до 11 вечера. Нет, но серьезно. Самая такая яркая зависимость это необходимость опохмелиться, выпить.

А.ДОБИН:  С утра?

ВЛАДИК:  С утра выпить, да, в этом проблема.

С.СТИЛЛАВИН:  Выпить, с вечера выпить. Неужели вы сейчас будете обвинять жен в том, что их мужья доведены до такой ситуации…

А.ДОБИН:  Не надейтесь.

С.СТИЛЛАВИН:  Что они иначе не могут переваривать это существо рядом с собой, кроме как через призму 200 грамм? Я закончил.

А.ДОБИН:  Отлично. Мне нужно успеть, пока вы не начнете опять. У меня есть окно возможности секунд 15-20. Смотрите, у нас есть две разные темы, есть «Зависимая личность», ну, об этом мы как-нибудь потом поговорим, а есть «Мужчина и зависимость». И наиболее распространенный тип зависимости в нашем обществе, мы поговорим о других зависимостях чуть позже, но пока начнем с алкоголя. Наиболее распространенный способ, каким мы видим проявление зависимости, это мужчина, злоупотребляющий алкоголем, злоупотребляющий различными средствами, ну, в частности, алкоголем.

С.СТИЛЛАВИН:  Что вы называете злоупотреблением, доктор?

А.ДОБИН: И что вы называете средствами?

ВЛАДИК:  Где грань?

С.СТИЛЛАВИН:  Где грань злоупотребления и, в принципе, лечебных доз?

А.ДОБИН:  Одна из проблем алкоголизма…

С.СТИЛЛАВИН:  Вчера просто пришло сообщение, что мужчина, который регулярно пьет пиво, якобы, больше защищен от инсульта.

А.ДОБИН:  Или от удара со стороны живота. У него есть броня, которая смягчает удар. Первое, что делает человек зависимый, он рационализирует свою зависимость. Он говорит: «Я всегда могу бросить. Это я делаю только для поднятия настроения». Как правило, он не выходит на работу первые два дня, например, уже, но он всегда может завязать, всегда может остановиться, он всегда может, это все ерунда, к нему пристали.

С.СТИЛЛАВИН:  То есть зависимость все-таки начинается у вас от запоя? От невыхода на работу утром.

ВЛАДИК:  Два дня, Сергей, один день это можно.

А.ДОБИН:  Подождите, но есть три стадии алкоголизма, вы можете посмотреть. Ну, неважно. На первой стадии нужно выпить, чтобы прийти немножко в себя, но есть возможность контролировать. На второй стадии уже нет возможности контролировать.

С.СТИЛЛАВИН:  Как хорошо, что не остановиться, пусть карусель крутится.

А.ДОБИН:  Абсолютно. На первой стадии человек выпивает и уже начинает, тут начинается веселье, пока не закончится алкоголь в квартире. На первой стадии алкоголизма. Но он может сдерживаться, по крайней мере, и не выпивать. А потом начинается. На второй стадии человек уже не может сдерживаться, ему нужно и с утра, чтобы немножечко как-то прийти в чувство. И, в общем, смотрите, есть два подхода к алкоголизму. Первый, к сожалению, очень распространенный, это подход моральный.

С.СТИЛЛАВИН:  То есть?

А.ДОБИН:  То есть это он от злой воли пьет. То есть, у тебя нет силы воли, ты себя распустил, ты расслабился, ты слишком, и это моральное воздействие со стороны окружения и его собственной рационализации, кстати говоря, тоже: «Я всегда могу бросить, я независим», это все образует такой один общий, в плохом смысле слова, моральное давление, в самом плохом смысле слова, которое, на самом деле, скрывает подлинную проблему – человек не может бросить и он не может завязать, если хочет. То есть ты можешь хотеть, можешь не хотеть, но это заболевание. Ты болен.

ВЛАДИК:  Вы сейчас все про Сергея очень хорошо говорите. Сергей просто не может это слушать.

С.СТИЛЛАВИН:  С одной разницей.

А.ДОБИН:  Я могу завязать.

С.СТИЛЛАВИН:  Нет, с одной разницей, никогда себе не говорил, что я могу бросить. Шутка. Друзья мои, итак, от чего зависит мужчина и от чего эта зависимость бывает. Кстати, девчонки, если у вашего мужчины есть зависимость, напишите, а доктор все это дело вскроет на научной основе. Во-первых, доктор, вы должны нам выдвинуть постулат, что в алкоголизме мужчины виновата не интересная женщина.

А.ДОБИН:  Не интересная?

С.СТИЛЛАВИН:  Да. Вот ему не интересно с ней, она его напрягает, например.

А.ДОБИН:  Подождите, не торопитесь, мы еще придем к этому. Вы хотите сразу избиения. Подождите, не торопитесь, вы плохой инквизитор. Мы же выяснили, что вы могли бы быть инквизитором, но вы очень торопитесь с этим, подождите. Смотрите, есть первый подход к зависимости, который пропагандируют в семьях зависимых, это то, что он, с одной стороны, ему говорят, что он себя распустил, что он не может просто взять и бросить. А он, наоборот, говорит, что, если я захочу, я брошу, просто я пока не хочу.

ВЛАДИК:  А захочу, все выпью.

А.ДОБИН:  А захочу, все вообще, все нормально. И это первый подход, который совершенно не эффективен в лечении. Он эффективен в самоощущении себя, как ничтожества, которое мучает своих близких. Есть второй подход, более адекватный, это рассматривать это, как заболевание. Ну, вот, например, нельзя же человека даже…

С.СТИЛЛАВИН:  То есть он не виноват.

А.ДОБИН:  Нельзя же человека даже в случае морально предосудительных заболеваний, например, как венерические обвинять в том, что у него появляются симптомы. Ну, хорошо, давайте даже возьмем самые морально предосудительные во все времена заболевания. Нельзя же человека обвинять, например, в том, что у него появились симптомы, язвы какие-то или что-то. «Возьми и избавься, ты себя распустил совсем». Мы же не можем даже вот в этой ситуации. А в случае алкоголизма мы почему-то так судим. То есть в этом втором подходе это рассматривается, как нарушения, связанные с генетикой или с биологическим функционированием. В нем, конечно, упускается напрочь психология, она исчезает, об этом мы сейчас чуть дальше поговорим. Но это более адекватный подход, чем просто подход морального воздействия и морального влияния на человека, и проповеди о том, что он ужасный человек, и рассказывать об этом всем. А теперь мы поговорим о психологической части всего этого. Первое, что, как правило, мы видим у всех людей, страдающих зависимостями, чувство депрессии, подавленности. Если он не выпивает, он чувствует себя очень депрессивным.

С.СТИЛЛАВИН:  Нет, погодите, доктор, а просто уставший?

ВЛАДИК:  Нет, а состояние карнавала?

С.СТИЛЛАВИН:  Нет, погоди, просто устал.

А.ДОБИН:  Хорошо, не будем торопиться. Вы правы. Алкоголь может служить несколькими, и другие средства могут разные функции выполнять. Первое это функция саморегуляции состояния. То есть мне легче стало, становится так спокойно, я чувствую близость с людьми, такую теплоту.

ВЛАДИК:  Которых нет рядом.

А.ДОБИН:  Да, нет рядом, со всеми, причем, с человечеством, можно сказать. Я реализую идеалы Канта, например, о едином человечестве и о близости между людьми, что там будет овца возлежать с волком, вот оно, счастье наступило. Конечно, да, это часто чувство изоляции снимается посредством алкоголя, и это часто служит инструментом преодоления чувства изоляции и собственных проблем внутренних, которые есть. Мы видим, как люди начинают становиться более общительны, более активны.

ВЛАДИК:  Позитивными.

А.ДОБИН:  Более позитивными, да, ну, до определенной стадии.

С.СТИЛЛАВИН:  Как они потом вступают в спарринг.

А.ДОБИН:  Куда?

С.СТИЛЛАВИН:  В спарринг, доктор. Дерутся.

А.ДОБИН:  А, вот оно что. Второе, они себя могут стимулировать, но это другие средства, неважно, но они чувствуют себя очень как-то подавленными и они могут использоваться, как некий стимулятор внутренний, чтобы быть более активными. Или, наоборот, они могут, например, чувствовать, что они регулируют этим злость. Часто человек может не справляться с чувством гнева и использовать вещества, чтобы таким образом его контролировать. Контролировать злость, контролировать раздражение.

С.СТИЛЛАВИН:  Использовать зло для контроля злости.

ВЛАДИК:  Использовать вещества.

А.ДОБИН:  Подобное подобным выбивать, клин клином.

С.СТИЛЛАВИН:  А психологически?

А.ДОБИН:  А психологически проблема в том, что это является заместителем недостающих психологических функций, связанных с саморегуляцией. Человек не может сам регулировать свое состояние, свое настроение, и это становится в каком-то смысле протезом. То есть, когда есть дефицит…

ВЛАДИК:  Поставил на стол протез.

А.ДОБИН:  Снял с ноги, открутил и поставил на стол. Ну, что ж, да. И это является инструментом, посредством которого человек регулирует те функции, которые у него нарушены, которых ему не хватает. У него есть некоторые дефекты. Они обычно связаны с ранним развитием человека.

С.СТИЛЛАВИН:  Насколько ранним?

А.ДОБИН:  Очень ранним. Например, если не было матери, которая помогала ребенку регулировать это состояние возбуждения, злости или раздражения, которая его успокаивала, у него не возникает внутренней самоуспокоительной функции. То есть у каждого человека из нас должна быть функция самоуспокоения внутри, саморегуляция. Если этого нет, то используются различные внешние средства, для того чтобы регулировать свое состояние. И, собственно, первая зависимость, на самом деле, это зависимость от матери. И отсутствие вот этого объекта, вот этой зависимости замещается потом другими объектами. Поэтому, с одной стороны, человек зависим, с другой стороны, он очень боится зависимости одновременно. Он очень боится зависимости от женщины, очень боится зависимости от психотерапевта, например, тоже. Многие зависимые люди, которые приходят, они одновременно очень боятся продолжать психотерапию, потому что очень боятся возникновения зависимости. Именно потому, что часть их очень нуждается в этом. И они очень боятся эксплуатации, очень боятся того, что объект зависимости их будет использовать.

Т.КЕРБИ:  Есть вопрос. «Здравствуйте. Мой мужчина очень хороший и добрый человек, любит меня и моих детей. Но он пьет по три дня. Как я могу ему помочь? Вместе уже 10 лет».

ВЛАДИК:  Как? Купить.

С.СТИЛЛАВИН:  Погодите, вы не лезьте, это разговор специалистов.

ВЛАДИК:  Я специалист.

Т.КЕРБИ:  И вот эта фраза, что он любит меня и моих детей, будет иметь значение.

А.ДОБИН:  Он любит в четыре?

Т.КЕРБИ:  Там по три дня.

А.ДОБИН:  Четыре дня любит, а по три дня не любит.

С.СТИЛЛАВИН:  Фраза, конечно, когда женщина говорит, что моих детей. Может быть, здесь буквально формальная сторона вопроса, что действительно дети не его, ну, не участвовал мужчина. Ну, если женщина говорит в браке с общими детьми «мои дети», то тогда, конечно, некоторое недоумение.

А.ДОБИН:  Ну, к сожалению, тут очень мало информации. Но очень важно, во-первых, не воздействовать морально, а верить в человека. Если вы начинаете его угнетать и говорить: «Ты ничтожество, испортил всю мою жизнь, я отдала тебе лучшие годы, а ты так чудовищно с ними обошелся», это, конечно, не стимулирует человека завязать с алкоголем. Но, если вы будете в него верить, смотреть влюбленными глазами на этого человека, а не с презрением и отвержением, и унижением, то это очень помогает.

С.СТИЛЛАВИН:  Но и умиляться стакану не надо.

А.ДОБИН:  Нет, умиляться не надо, но важно верить в человека. Если вы в него не верите, то не надо продолжать с ним совместную жизнь. Только, если вы в него верите и верите в его потенциал, в его возможности, и вы действительно любите этого человека, то тогда вы можете помочь ему бросить.

Т.КЕРБИ:  Сообщение. «Женщины, кстати, ничуть не меньше употребляют, а иногда и больше. Доктор, есть стереотип, что мужики пьют, а, на самом деле, эта сила на мужской стороне или нет?»

А.ДОБИН:  Женщины могут зависеть от мазохизма в отношении мужчины. Они заменяют это по-другому. Они выбирают объект, который их мучает, и этим может быть мужчина, не обязательно этим будет алкоголь, от которого они будут зависимы. Женщины склонны к другой форме зависимости - от мазохистической позиции.

С.СТИЛЛАВИН:  Не надо так говорить. Давайте по-другому.

А.ДОБИН:  Нет, от морального мазохизма.

С.СТИЛЛАВИН:  Не надо говорить слово «мазохизм».

А.ДОБИН:  Ну, что же, оно не имеет никаких предосудительных оттенков.

ВЛАДИК:  Вы, профессор, в свободной стране, говорите.

А.ДОБИН:  Оно не имеет никаких тех оттенков, которые вы слышите.

С.СТИЛЛАВИН:  Ах, вот оно, что. Ну, хорошо.

А.ДОБИН:  У вас слух испорченный.

С.СТИЛЛАВИН:  Та черно-белая картинка, которую вы видите, на самом деле, цветная, я понимаю. Толя, вопрос принципиальный. Ты сказал, что в детстве самом раннем формируется механизм самоуспокоения.

А.ДОБИН:  Да, саморегуляции, самоуспокоения.

С.СТИЛЛАВИН:  Это можно исправить во взрослом состоянии? В чем секрет, так сказать, лечения? Чтобы потом эти механизмы как раз позволили избавиться от зависимости.

А.ДОБИН:  Смотрите, наиболее распространенный способ в среде алкоголиков, например, формирования этого механизма, это вот эти все анонимные алкоголики, где возникает среда, которая тебя поддерживает, которая тебя принимает, перед которой ты ответственен, и которая помогает тебе с этими чувствами справляться. Ты приходишь, рассказываешь. В каком-то смысле через такую среду. Обычно это возникает в психотерапии. Но, к сожалению, брать в психотерапию, нормальную психотерапию человека, зависимого от алкоголя, это безумие в каком-то смысле. Поэтому нужно, чтобы он сначала завязал с алкоголем, а потом уже работать.

С.СТИЛЛАВИН:  Доктор боится спиться?

А.ДОБИН:  Подождите, подождите.

Т.КЕРБИ:  Сообщение. «А если уже четвертый год веришь в него, смотришь на него влюбленными глазами…».

А.ДОБИН:  А видит ничтожество.

Т.КЕРБИ:  «…а все равно не помогает. Что делать?»

С.СТИЛЛАВИН:  Не помогает. Это его личные, да, проблемы?

А.ДОБИН:  Ну, да, важно отказываться от объекта, это тоже важно, оплакивать свою привязанность. Часто выбирают таких мужчин, которые соответствуют собственным отцам, которые, если отец… Вы помните, мы в прошлый раз говорили о том, что, если отец не дает подарки, не дает признание девочке или отец был ничтожным в глазах ребенка. Не реально ничтожным, но в глазах ребенка он был таковым. То и мужчина выбирается, который не превзойдет отца, не даст ей что-то получить.

ВЛАДИК:  Пожалуй, ты не превзойдешь.

А.ДОБИН:  Ты подходишь, не превзойдешь, не превзойденный мой.

С.СТИЛЛАВИН:  Не превзошедший.

А.ДОБИН:  Не превзошедший и не превзойденный.

ВЛАДИК:  Почти, как мой отец.

С.СТИЛЛАВИН:  Толя, тогда какой же правильный метод? Сначала надо человека вырвать из химической зависимости, да?

А.ДОБИН:  Да, но часто, в чем плюс есть таких сообществ, как анонимные алкоголики, они в каком-то смысле создают заменитель зависимости, какую-то идею, идеологию, что-то еще. Человек всегда нуждается вот в этом. Человек психически, у него есть нехватка.

С.СТИЛЛАВИН:  Вот я обращаю внимание, завязавшие, они очень идейные.

А.ДОБИН:  Абсолютно. Они могут, например, уверовать в кундалини йогу, например, и для них это становится просто…

ВЛАДИК:  Их даже потрясывает иногда.

А.ДОБИН:  Да, да, они очень идейные, именно потому, что они зависимы, они нуждаются в объекте зависимости.

С.СТИЛЛАВИН:  В каком-нибудь.

А.ДОБИН:  В каком-нибудь.

С.СТИЛЛАВИН:  То есть вопрос замены.

А.ДОБИН:  Да, вопрос адекватной замены этого объекта. Часто он заменяется…

С.СТИЛЛАВИН:  А иначе нельзя? Нельзя сделать из него опять нормального человека?

А.ДОБИН:  Подождите, нужно время для этого. Подождите, нужно время, вы не можете сразу из человека с проблемами сделать, ну, если у человека сломана нога, нужно, чтобы она заросла, прежде чем он стал спортсменом. Подождите, нужно, чтобы все восстановилось. Вы хотите, чтобы человек бегал уже сразу. Нужно время. Во-первых, находится заменитель, какой-то субститут, есть такое слово субститут, заменитель.

С.СТИЛЛАВИН:  Тоже неприличное.

А.ДОБИН:  На грани. Я понимаю, это хуже, чем мазохизм.

С.СТИЛЛАВИН:  Заменитель. Вот говорите заместитель.

А.ДОБИН:  Заместитель зависимости. И им становится какая-то идея, например, религиозная. Почему религиозная среда позволяет людям часто завязать со всякими зависимостями? Именно потому, что один объект заменяется на другой, это помогает человеку, вера в какую-то идею. Ну, я не буду говорить, разные могут быть идеи, идеологии.

С.СТИЛЛАВИН:  Вашу мы понимаем идею, какая у вас.

А.ДОБИН:  Да, моя идея. И, если человек заменяет одно другим, ему становится, и поэтому он часто носится, например, с такими глазами: «Вот, ты знаешь, ты знаешь, я открыл для себя».

С.СТИЛЛАВИН:  Это называется неофит.

А.ДОБИН:  Неофит.

ВЛАДИК:  И говорит так о какой-нибудь ерунде.

С.СТИЛЛАВИН:  Это ты что такое грязными руками.

ВЛАДИК:  Это, например, здоровый бег.

А.ДОБИН:  Например. Ну, ему важно в это верить, понимаете.

С.СТИЛЛАВИН:  Анатолий Добин приоткрывает тайны мужской зависимости. Мы как-то сконцентрировались сегодня на самой распространенной, наверное, зависимости. Но, доктор, вот вы обвинили самих зависимых в том, что, ну, как, не их обвинили, а их, грубо говоря, мать, их матерей в том, что они не включили вовремя механизм саморегуляции психической.

А.ДОБИН:  Да.

С.СТИЛЛАВИН:  Не включили, почему-то были, их не было рядом или они были черствыми, или, не знаю, по разным причинам. Но скажите, пожалуйста, в этом случае, ведь я замечаю за знакомыми своими, за людьми, за которыми наблюдаю просто со стороны, что часто пьющий мужчина имеет дисгармоничные отношения в своей семье. Например, доминантная жена такая в роли мужика, еще какие-то вещи.

А.ДОБИН:  Да, я могу вам зарисовку сделать.

С.СТИЛЛАВИН:  То есть он такой, он, может быть, на работе даже может быть профессионал и лидер, а домой приходит и превращается в такого…

А.ДОБИН:  Он часто убегает от подавляющей женщины, от которой он зависит. Например, я помню, как я как-то шел зимой по улице, это было давно, лет 15 назад.

С.СТИЛЛАВИН:  И поскользнулся.

А.ДОБИН:  Нет, я вижу, лежит пьяный человек, зима, ну, я вызвал «скорую», я решил вызвать «скорую».

С.СТИЛЛАВИН:  Вот, герой, хорошо.

А.ДОБИН:  И тут какая-то женщина выскакивает с улицы, пытается понять ее это или не ее, в итоге выяснилось, что это не ее, но она думала, что это ее.

ВЛАДИК:  Но она все равно забрала.

А.ДОБИН:  Нет, она стала распихивать, говорить: «Баба твоя чего?» А он вообще ничего, лыка не вяжет, ни слова, ничего сказать не может. А она тут подходит к нему и говорит: «Скажи, а где твоя жена?» И вдруг у него глаза становятся предельно ясными, взгляд фокусируется, и он говорит: «Это ведьма». Это я помню.

С.СТИЛЛАВИН:  Вы были тогда мальчиком еще?

А.ДОБИН:  Ну, я был юн, неважно. Но я запомнил это на будущее.

ВЛАДИК:  Протрезвел тут же.

С.СТИЛЛАВИН:  С тех пор вы не женитесь, да?

А.ДОБИН:  Спокойно, спокойно, не торопитесь. Но вот этот образ у зависимого человека, когда он видит в женщине такой подавляющий объект ведьмы вдруг. Меня это поразило тогда, когда его глаза становятся предельно ясными вдруг, и он очень четко говорит, что это не женщина, а ведьма.

С.СТИЛЛАВИН:  Потом опять откинулся в сугроб.

А.ДОБИН:  И домой он точно не пошел. Он: «Нет, я не пойду, я туда не пойду». Очень часто такие мужчины, кстати, бывает, выздоравливают именно, когда уходят от таких женщин, которые их унижают, подавляют, не ценят. Когда они находят женщин, которые их любят и ценят, и признают. Потому что многим таким женщинам нужен именно такой мужчина, ничтожный мужчина, которого можно унижать, подавлять, над которым можно доминировать эмоционально. И они не могут вынести другого, и именно поэтому они бессознательно поддерживают его в таком состоянии, в котором его можно вечно гнобить.

С.СТИЛЛАВИН:  В состоянии «в хлам».

А.ДОБИН:  В овоще, абсолютно презренного овоща. Но, если мы вернемся к ранним вопросам саморегуляции, то, например, мы видим детей, у которых нарушены очень ранние отношения с родителем, которые не установились, как они раскачиваются, например. Аутисты могут раскачиваться в форме самоуспокоения. Вот их раскачивание с замороженным взглядом…

С.СТИЛЛАВИН:  Физически.

А.ДОБИН:  Физически, это такой способ саморегуляции, и они быстро впадают в очень тяжелое состояние, если у них забрать какой-то шарик, который они крутят, вертят, и начинается приступ паники. То есть они не способны сами регулировать. Они используют какие-то внешние инструменты, и если его забирают, то возникает сильнейший приступ тревоги, крик, и он пытается все вернуть в тот статус-кво, который был. Раскладывает все по местам, например, правильно, чтобы все было…

Т.КЕРБИ:  Просто есть вопрос. «Когда мой муж выпивает, то во мне просыпается алкаш Василий, и мы пьем вместе». Просто недавно была статья из Америки или из Англии, что когда пары пьют вместе, это лучше для брака.

А.ДОБИН:  Ну, что же, мы видим часто.

С.СТИЛЛАВИН:  Это неплохо, заявление.

А.ДОБИН:  Вы можете в ближайших помойках посмотреть, там сидят пары, которые пьют вместе. И, наверное, это укрепляет их отношения, вместе собирать бутылки, ну, что же, это так заманчиво.

ВЛАДИК:  Это общее дело.

А.ДОБИН:  Общее дело, ну, что же, это очень притягательно. Смотрите, есть две вещи, есть саморегуляция и есть одновременно какая-то самодеструкция, саморазрушение. Человек, употребляя алкоголь, он зависим от саморазрушительного состояния. И часто это переживание очень ранних травм, которые они переживали, связанных с разрушением, связанных с утратой. То есть это же вопрос не только привязанности к объекту и самоуспокоению, но это привязанность к объекту, который тебя разрушает, который тебя убивает. И они сами говорят, и люди могут это переживать по-другому, они могут это вокруг сигарет строить. «Я знаю, что сигареты меня убивают, но я не могу бросить». Они могут вот с этой привязанностью к саморазрушающему объекту, они могут это выражать по-разному – через сигареты, через что-то еще. «Я знаю, что эти отношения меня убивают, но я не могу их закончить».

С.СТИЛЛАВИН:  Отказаться.

А.ДОБИН:  Да, это абсолютно то же самое. Женщина может быть таким объектом для этого мужчины саморазрушительной привязанности. «Я не могут от этих сексуальных отношений с ней отказаться, хотя во всем остальном эти отношения меня убивают». Мы часто это слышим.

Т.КЕРБИ:  «Добрый день. А если зависимость у женщины, то, что делать? Бутылка вина в день, а то и две после работы. А сам алкоголь не люблю». И дальше пишет.

С.СТИЛЛАВИН:  Женщина две бутылки в день?

Т.КЕРБИ:  А после работы две.

ВЛАДИК:  Да, а во время работы одна.

С.СТИЛЛАВИН:  Надо руки в ноги брать, да, профессор?

А.ДОБИН:  Я не знаю.

С.СТИЛЛАВИН:  Мне трудно представить себе женщину, которая выпьет две бутылки вина и будет в адеквате.

ВЛАДИК:  Это сколько, 1,5?

С.СТИЛЛАВИН:  Представь себе.

А.ДОБИН:  Ну, может быть, там очень низкий процент содержания. Может быть, это настоящее греческое вино, которое было в те античные времена.

ВЛАДИК:  Две амфоры.

А.ДОБИН:  Моя пьет две амфоры.

С.СТИЛЛАВИН:  Ну, у человека трагедия, доктор, а ты смеешься.

А.ДОБИН:  Ну, что, нужно заниматься лечением, ну, что можно сказать. Что же им нужна проповедь, что ли, моральная, что нужно, что делать? Нужно заниматься семейными проблемами. Как правило, есть проблемы внутри семьи, и это включено в какую-то семейную игру. Например, он привязан к такой ужасной женщине, но он ее любит, и он не может от нее уйти. Вот, например, есть хороший фильм у Альмодовара.

С.СТИЛЛАВИН:  Это потом уже поговорим. Нет, у Альмодовара хороших фильмов быть не может, извини меня, Толя.

А.ДОБИН:  Прошу прощения.

С.СТИЛЛАВИН:  Анатолий Добин был сегодня в гостях. Толя, хорошего тебе дня, дорогой ты мой человек.

А.ДОБИН:  Хорошо.

00:00
00:00
</>