Антресоль

СЕЙЧАС В ЭФИРЕ

Слушаем музыку 1971 года

28.08.2010 23:05
Провал на Олимпиаде это стечение обстоятельств слушать скачать
В субботу 28 августа гостем традиционного вечернего ╚Спортивного канала╩ был чемпион мира по хоккею в составе сборной России, капитан клуба НХЛ ╚Вашингтон╩ Александр Овечкин. С ним беседовала Регина Севостьянова.
СЕВОСТЬЯНОВА: Рада сообщить вам, что на наши с вами вопросы готов ответить чемпион мира в составе сборной России, капитан и лидер клуба НХЛ ╚Вашингтон Кэпиталз╩ Александр Овечкин. Здравствуй, Александр. Самый традиционный вопрос это, конечно, про твой имидж без двух передних зубов.
 
ОВЕЧКИН: Без одного.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Не будешь вставлять? Это уже имидж?
 
ОВЕЧКИН: Но он вставлен┘ Просто есть вероятность, что еще выбьют. Зачем вставлять? Потом это лишний повод, чтобы сходить к зубному врачу┘ Нет смысла.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: А если речь идет о фигуре твоего уровня, то, в принципе, это уже какой-то имидж определенный.  Можешь сказать, что это твоя коммерческая фишка?
 
ОВЕЧКИН: Да нет, это просто ситуация┘ Я с удовольствием бы ходил с зубами, если бы не выбили. Но хоккей - такая игра! Что делать?
 
СЕВОСТЬЯНОВА:  Давай предположим, что ты стал ролевой моделью для молодежи, может быть,  для начинающих хоккеистов. Не опасаешься, что  народ станет подражать и тоже так ходить? Тебе было бы приятно?
 
ОВЕЧКИН: Сами выбивать зубы? Нет. Я не думаю, что это хороший пример, чтобы ходить беззубым. Еще раз говорю, почти у всех хоккеистов выбиты зубы, это нормальная ситуация. Хоть вставляй, хоть не вставляй┘
 
СЕВОСТЬЯНОВА:  Почему ты выбрал такое решение? Тебе все равно, как ты выглядишь?
 
ОВЕЧКИН: Да.
 
СЕВОСТЬЯНОВА:   Абсолютно? И одежда?
 
ОВЕЧКИН: Да, абсолютно.
 
СЕВОСТЬЯНОВА:  Ты же стал чуть ли ни дизайнером. У тебя же своя какая-то спортивная линия.
 
ОВЕЧКИН:  Да, у меня есть своя спортивная линия. Есть определенные возможности, почему бы ими не воспользоваться?
 
СЕВОСТЬЯНОВА:  А к тебе не пытались приставать, грубо говоря, имиджмейкеры какие-то, дескать, давай мы будем тебе красить волосы каждый день?
 
ОВЕЧКИН: Да нет. Пускай красят волосы каким-нибудь моделям или кинозвездам. Я-то чего? Я - обычный спортсмен.
 
СЕВОСТЬЯНОВА:   Естественно, что наши слушатели и вообще российские болельщики, в первую очередь, думают о тебе, как о хоккеисте сборной России, как о лидере сборной России. И после Ванкувера мы сразу с удовольствием переключили свои мысли на Сочи. Все говорят, что Овечкин поведет команду вперед.
 
ОВЕЧКИН: На самом деле один человек - один в поле не воин. Да, у нас есть команда, у нас есть организация, которая делает все возможное для того, чтобы был  результат. Результат - самое главное┘
 
СЕВОСТЬЯНОВА:  Твое мнение,   как изменится сборная за эти четыре года?
 
ОВЕЧКИН: Конечно, кто-то уже закончит играть в хоккей. Это ребята, которым сейчас 33-34 года. Но, опять же, есть пример Сергея Федорова, который выступал на Олимпиаде, на  Чемпионате мира, и своим примером, своим мастерством давал определенный опыт молодым игрокам.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Игрокам сложно, когда, самый разный возраст, кто-то вообще между собой не знаком┘ И приезжаете на Олимпиаду, когда вы, двукратные Чемпионы мира, и вам нужно выигрывать?
 
ОВЕЧКИН: Чемпион мира и Олимпийские игры - это  совсем разные турниры по уровню. Если брать Чемпионат мира, то туда приезжают по возможности те игроки, которые вылетели из своих чемпионатов. А на Олимпиаду приезжают все сильнейшие и там совсем другая атмосфера, совсем другой настрой.
 
СЕВОСТЬЯНОВА:  И только этим отличаются?
 
ОВЕЧКИН: Да.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: У нас на днях была беседа с Алексеем Касатоновым, и он высказал мнение, что  на Чемпионате мира в Кельне команда была даже сильнее, чем в Ванкувере. Ты согласен с таким мнением?
 
ОВЕЧКИН: Я думаю, команда сильнее не была, команда была такая же. Но, опять же говорю, если у нас была сильнее команда, это не означает, что мы должны были выигрывать.  Опять же, стечение обстоятельств, моментов. И все хотят, конечно же, побеждать.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Тебе не снится эта  Олимпиада, этот Чемпионат мира?
 
ОВЕЧКИН: Нет. Я всегда пытаюсь забывать моменты, когда были проигрыши.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Тогда что тебе чаще снится?
 
ОВЕЧКИН: Я сплю мертвым сном.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Ты в Сочи бывал?
 
ОВЕЧКИН: Да, конечно.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Ассоциируется этот  город с Зимней Олимпиадой?
 
ОВЕЧКИН: Там очень много сейчас делается для Олимпиады. И все люди, которые живут в Москве и разных городах России, спрашивают: ╚Ну, что там? Вы готовы?╩ Уже идет какой-то ажиотаж, уже все мысленно там. Например, ко мне приезжали ребята из другого города, и они сказали: ╚Ну, все! Мы  готовы! Мы уже забронировали билеты в Сочи╩.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Неужели они уже есть?
 
ОВЕЧКИН: Я не знаю. Так, может быть, пошутили.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: У меня тоже  некоторые знакомые говорят: ╚Вот у меня есть раздолбанная ╚шестерка╩, на последние деньги купленная, я на ней поеду в Сочи, чтобы быть на домашней Олимпиаде╩. И все это ради того, чтобы увидеть вас. Как это?
 
ОВЕЧКИН: На самом деле очень приятно, что все наши болельщики, родные будут там. Это колоссальнейшее событие для страны, для нашего народа, для спортсменов, которые будут представлять  наш флаг, наш дом. Мы будем играть у себя дома. Это, конечно, колоссальнейший плюс.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Очень часто говорим о том, что ради Сочи можно проиграть, наверное, какие-то турниры. И, в принципе, если, дай бог, все будет хорошо в Сочи, не  только может быть в хоккее, а вообще сборной  России, то другое и не вспомнят. Спортсмены чувствуют так же?
 
ОВЕЧКИН: Конечно. Болельщики всегда хотят побед, или Олимпиады, или какого-то другого турнира. Олимпиаду мы давно уже не выигрывали. Последний раз в 1992 году, по-моему,  выигрывали.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Как раз Быков┘
 
ОВЕЧЕИН: Да. А Чемпионат мира мы выиграли два раза. На последнем  Чемпионате мира мы заняли второе место. Но это совсем разные турниры.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Быков и Захаркин продлили контракты с Федерацией по системе ╚два плюс два╩. Твое отношение к этому?
 
ОВЕЧКИН: Мое отношение только положительное. Я думаю, что, если мы смотрим на Сочи, то сегодня уже нужно делать определенные заготовки, определенные схемы. И уже нужно думать, что и как. Поэтому, если брать тех же канадцев... Канадцы подходили именно к ванкуверской Олимпиаде после Турина  очень серьезно. Они подготавливали, они ездили, смотрели игроков, которые будут участвовать. И это сработало. Нужно брать пример с лучших, которые чего-то добиваются.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: А для тебя лично матч с канадцами более принципиален, чем другие?
 
ОВЕЧКИН: Конечно. Это, я думаю, десерт после хорошего обеда.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Вишенка.
 
ОВЕЧКИН: Да, вишенка такая.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: А американцы?
 
ОВЕЧКИН: Против них всегда хорошо играть, но Россия-Канада - это очень принципиальный  матч для всех, и для болельщиков, и для нас.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Как считаешь, может за 4 года принципиально измениться расстановка сил в мировом хоккее? То есть, сейчас все  говорят, что еть 4-5 команд, которые могут бороться.
 
ОВЕЧКИН: В принципе всегда так и происходит. Шведы, чехи, финны, мы, американцы, канадцы. Я не думаю, что за четыре года появятся 20 игроков у сборной Китая, которые будут выигрывать все и вся. Такого не будет. Просто приходят молодые. И, самое главное, чтобы приходили те игроки, которые на самом деле будут усиливать, а не усугублять.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Какая-нибудь Швейцария не подтянется?
 
ОВЕЧКИН: Не думаю, что  Швейцария будет. Конечно, могут быть какие-то сюрпризы. Опять же, говорю: все - стечение обстоятельств.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Игроки, вызываемые в сборную, костяк сборной, те, которые меняются - это уже какая-то отдельная каста, коллектив, который не теряют друг друга из виду?
 
ОВЕЧКИН: Есть костяк команды, который, в принципе, опять же, делается благодаря тренерскому составу. Есть группа людей,  которые должны быть всегда в сборной. Это лидеры, это игроки даже может быть, чуть-чуть похуже уровня, но атмосферу они держат рабочую и дружескую.
 
СЕВОСТЬЯНОВА:  Лошадки.
 
ОВЕЧКИН: Да. Поэтому такие люди нужны тоже.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Что бы ты ответил тем людям, которые после ЧМ и после Олимпиады говорили, что тренеры и игроки не понимают друг друга, что тренеры не управляют командой?
 
ОВЕЧКИН: Это взгляд и вид сбоку людей, которые сидят на  трибунах и смотрят телевизор. На самом деле, у нас есть полное доверие, полное взаимопонимание со всеми  ребятами и с тренерским составом.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Я прошу прощения, что затрагиваю эту тему, но не могу ее не затронуть. Такие разговоры стали слышны после знаменитой истории с видео, появившемся в Интернете, где кто-то из игроков курит сигареты. Действительно, это было так больно?
 
ОВЕЧКИН: У каждого человека есть своя судьба, своя голова на плечах. Каждый человек делает то, что он хочет и читает нужным.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Мне реально все равно, кто курит.
 
ОВЕЧКИН: Да. Поэтому ты можешь, допустим взять, что ты в Америке, можешь пить, курить, самое главное, чтобы показали результат. Результат мы, к сожалению, не показали, мы заняли второе место. Но если видеть, как мы боролись, как мы играли, ты не можешь ничего сказать, что из-за этого мы проиграли. Это бред, по-моему.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Такие истории сильно отравляют жизнь?
 
ОВЕЧКИН: На самом деле, это люди, которые смотрят и делают не ради сборной России, не ради кого-то,  они делают это┘ Это предатели, я считаю┘  
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Не было желания лицо набить, я не знаю?
 
ОВЕЧКИН: А что сделаешь?
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Ты на этой неделе принял участие в презентации хоккейного клуба ╚Динамо╩ и вообще то, что ты стал советником президента хоккейного клуба, объединенного хоккейного клуба  ╚Динамо╩ (Москва) стало достаточно серьезной сенсацией нынешнего межсезонья. Это реальная история, или это все больше для пиара, имиджа?
 
ОВЕЧКИН: Если брать пиар и имидж, то, я думаю, что и мне, и ╚Динамо╩ не нужен никакой пиар и имидж. Здесь уже идет подготовка. Хоккейный клуб  ╚Динамо╩ (Москва)  хочет выиграть. И что в этом такого, если они будут у меня  спрашивать? Я буду давать какие-то советы по поводу игроков, может быть, какой-то бытовой ситуации, которую я, в принципе, тоже прошел  немало и видел, что можно лучше, что можно не лучше сделать┘
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Но, с другой стороны, ты здесь свое имя кладешь на тарелочку и говоришь: ╚Вы можете пользоваться  моим именем, чтобы завоевывать сердца болельщиков╩.
 
ОВЕЧКИН: Из-за одного имени ты не можешь сказать, что вот Овечкин сейчас в ╚Динамо╩, приходите и болейте. Это должно от сердца идти.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: То есть, ты реально считаешь, что это твое ╚Динамо╩? Новое ╚Динамо╩ это то же самое?
 
ОВЕЧКИН: Да.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: У тебя, наверное, не получится увидеть ни одного матча?
 
ОВЕЧКИН: Если получится, то приду, посмотрю с удовольствием.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Рассчитываешь успеть?
 
ОВЕЧКИН: Да.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Думаешь, они смогут в этом сезоне уже чего-то добиться?
 
ОВЕЧКИН: Думать можно все, что угодно.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Надеешься?
 
ОВЕЧКИН: Надеемся, надеемся. Но, ситуация может повернуться в любую сторону.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: После того, как эта  новость появилась, я читала разные форумы в Интернете, и некоторые люди, которые, скажем так, против новой организации, говорят, что, если Овечкин такой динамовец, пусть он придет и проведет мастер-классы для детей. Ты будешь проводить какие-то мастер-классы?
 
ОВЕЧКИН: Да, у нас  будет мастер-класс, скорее всего, в сентябре, в детской спортивной школе. Это даже будет не мастер-класс, это будет, как я обычно это делаю, просто выхожу с детьми, катаюсь. И они спрашивают что-то, я им показываю и рассказываю. Поэтому делать какой-то специальный мастер-класс, думаю, нет смысла.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Почему? Ковалев ездит везде.
 
ОВЕЧКИН: Ковалев ездит, он показывает. Просто у него  такая школа. А я-то не открывал школу.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: На днях ты, кстати, сказал, что твой отец тебе ставил бросок поворотный, как я понимаю. Может быть, тогда и  отца привлечь к работе с детьми?
 
ОВЕЧКИН: Да. Я думаю, что ему хватит сейчас работать. Может быть, когда внуки пойдут. Тогда.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Скоро планируешь?
 
ОВЕЧКИН: Это секретная тема.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Но все-таки, опять же, задам вопрос. Последняя, ╚желтая╩ сплетня дней - это твоя история с девушкой Валерией, по-моему, Соколовой.
 
ОВЕЧКИН: Да. На самом деле, опять же, люди, которые ничего не знают, они будут писать все, что угодно.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Ты читаешь такие вещи?
 
ОВЕЧКИН:  Ну, посмеяться можно.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Действительно забавно?
 
ОВЕЧКИН: Неприятно. Ты идешь и тебе говорят, что вот ты такой-сякой и  ты неправильно себя ведешь. И у тебя девушка не такая, какая должна быть. Опять же, говорю, зависть или еще что-то, это просто некрасиво со стороны людей, которые  все это делают.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: А девушке твоей сложно реагировать на такие разговоры? Она-то не защищена опытом┘
 
ОВЕЧКИН: Здесь такая ситуация, что не надо обращать внимания. И все. Потому что, если ты будешь обращать внимание на все, что пишут, на все, что говорят, с ума сойдешь.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: А удается убедить, что на это нельзя обращать внимание? Я бы убила, правда.
 
ОВЕЧКИН: Ну, а что делать?
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Много ты вообще таких сплетен неправдивых про себя слышишь, видишь, читаешь?
 
ОВЕЧКИН: Зайдите в Интернет, введите ╚Александр Овечкин╩ и все будет ясно.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: И все неправда.
 
ОВЕЧКИН: Что-то правда, что-то неправда.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Александр Овечкин, который на публике и Александр Овечкин, который настоящий сильно отличается?
 
ОВЕЧКИН: Нет. А зачем мне отличаться?
 
СЕВОСТЬЯНОВА: А зачем, с другой стороны, всем показывать, какой ты есть на самом деле? Должна же быть какая-то защитная реакция!
 
ОВЕЧКИН: Защитная реакция всегда присутствует. А домой ты приходишь и┘
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Цветы поливаешь.
 
ОВЕЧКИН: Да. Нужно быть  самим собой всегда, в любой ситуации.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Меня недавно спросили, не работает ли с тобой  случайно какой-то пиар-менеджер? Потому что по тому, что происходит в последние буквально месяцы,  ты стал основной звездой не только спортивного мира, но и ╚желтой╩ прессы, шоубизнеса и так далее.
 
ОВЕЧКИН: Мне пиар-менеджер не нужен.  Если мне что-то нужно будет сделать, у меня есть друзья, которые мне помогут это сделать.  Но ╚желтая╩ пресса на то она и ╚желтая╩, чтобы ее читали какие-то  ╚фантики╩ и говорили: ╚А, вот, посмотрите!╩
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Что интересного за это лето ты сделал?
 
ОВЕЧКИН: За это время у меня произошло много событий  хороших и плохих. Поэтому летом я удовлетворен.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: А  гарь ты где пересидел, которая над Москвой была?
 
ОВЕЧКИН: Здесь, в Москве.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Тяжело было?
 
ОВЕЧКИН: Было тяжело.  Но что сделаешь?
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Может ты не думал об этом, но, тем не менее, что бы ты хотел делать после хоккея?
 
ОВЕЧКИН: Сейчас пока ничего.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Вообще?
 
ОВЕЧКИН: Сейчас я хочу  только играть и ни о чем не думать.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: До 47 лет готов играть?
 
ОВЕЧКИН: Нет.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Нет? Я подвожу плавно к вопросу об Илье Ковальчуке и истории с его контрактом. Как ты на него отреагировал?
 
ОВЕЧКИН: На самом деле ситуация очень проста. Лига не приняла этот контракт. Ну, что ж сделаешь!? Сейчас, наверное, они будут заключать другой контракт.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Но он правильно сделает, если в  ╚Нью-Джерси╩ останется?
 
ОВЕЧКИН: Конечно.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: То есть, это команда для него, как думаешь, как коллега-нападающий?
 
ОВЕЧКИН: Он играл там последний сезон, играл  в плей-офф, боролся. Поэтому, я думаю, что его там все устраивает, если он подписал такой контракт.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Ты - обладатель  длительного контракта в НХЛ. Это действительно лучше, когда ты никуда не собираешься переходить. И ты знаешь, что ближайшие 10 лет будешь играть и жить в Вашингтоне, и ничто в твоей жизни не изменится?
 
ОВЕЧКИН: Жизнь коротка. И когда есть возможность заключить долгосрочный  контракт, это просто обеспечиваешь будущее себе, семье и своим близким. Кто-то подписывает краткосрочные контракты, кто-то подписывает долгосрочные. У каждого, есть своя голова на плечах и каждый думает своими мозгами.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Но тебе интересно будет прожить, сколько  тебе еще осталось?
 
ОВЕЧКИН: 11 лет.
 
СЕВОСТЬЯНОВА:  11 лет в Вашингтоне, никуда не переезжая?
 
ОВЕЧКИН: Конечно, если я подписал такой контракт долгосрочный.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Может быть, с точки зрения бизнеса┘
 
ОВЕЧКИН: Да, если бы я хотел перейти в другую команду, я подписал бы на 3-4 года, сейчас бы отыграл и подписал контракт с другими командами. А сейчас меня все устраивает, мне нравится город, мне нравятся болельщики, люди, которые там меня  окружают. Вашингтон - прекрасный город.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Как бы ты сравнил две столицы, в которых ты живешь?
 
ОВЕЧКИН: Совсем разные. Москва - более сумасшедшая, Вашингтон - более спокойный и тихий.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Где тебе больше нравится?
 
ОВЕЧКИН: Летом в Москве.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Очень политкорректно. Дальнейшее свое будущее после хоккея ты связываешь с Москвой?
 
ОВЕЧКИН: Когда будет семья, дети, там будет видно.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Ты разделяешь мнение, опять же, Ковальчука, который говорит: ╚У меня  трое маленьких детей, их, конечно,  лучше растить в Америке╩.
 
ОВЕЧКИН: Я  считаю, что это правильный выбор, потому что там более безопасно, более спокойно для детей. Но, опять же, никогда не знаешь, как ситуация повернется и как все будет.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Ты не задумывался о том, что из тебя может получиться неплохой политик?
 
ОВЕЧКИН: Нет, я об этом пока не задумывался.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Как считаешь, за тебя проголосовали бы, люди пошли бы за тобой? Тебя уже сейчас, играющего хоккеиста, зовут в чиновники...
 
ОВЕЧКИН:  Я не думал об этом. Но когда придет время, может быть что-то и получится. Но, еще раз  говорю, моя задача  сейчас играть в хоккей, а не думать о политике.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Еще мне тут сказали, что ты записал рэп.
 
ОВЕЧКИН: Рэп? Но я не записывал рэп.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Нет?
 
ОВЕЧКИН: Была просто песня. И все.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: А когда она выйдет в прокат?
 
ОВЕЧКИН: Попозже.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: О чем?
 
ОВЕЧКИН: Ну, жди.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: А с кем хотя бы записывал?
 
ОВЕЧКИН: С Жиганом.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Это кто?
 
ОВЕЧКИН: Это человек, который поет вместе с Тимати.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Ты исполнял вокал?
 
ОВЕЧКИН: Да. На барабанах играл.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: На барабанах играл?
 
ОВЕЧКИН: Но там совсем все по-другому. Я думаю, что скоро услышите песню.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Но тебе это не запрещено по каким-нибудь контрактам?
 
ОВЕЧКИН: Нет.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Ты же уже выступал как рок-звезда в США.
 
ОВЕЧКИН: Да. Это с Вашингтоном как раз было связано.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Как считаешь, мог бы стать рок-звездой, если бы не пошел в  хоккей?
 
ОВЕЧКИН: Я думаю, у меня внешность не та.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Внешность не та? Но у нас все страшненькие на сцене.
 
ОВЕЧКИН: А ты считаешь меня страшненьким?
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Нет, но почему? Наоборот, слишком красивый!
 
ОВЕЧКИН: Да нет! Длинные волосы нужно иметь, чтобы быть  рокером. Сережки в носу, в ушах, на языке. Краситься. Это  не мое.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Не будешь ничего нигде пробивать? 
 
ОВЕЧКИН: Нет.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Тебе интересно в этой тусовке, в которой ты теперь часто появляешься?  Шоу-бизнес, Тимати?
 
ОВЕЧКИН: Я появляюсь там ради удовольствия.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: То есть, нравится?
 
ОВЕЧКИН: Да. Я люблю находиться в таких местах, когда шумно, когда весело. Я не люблю скучные компании, когда сидишь за столом и обсуждаешь всякие мировые, глобальные истории, проблемы. Сейчас надо наслаждаться жизнью, пока есть возможность.
 
 СЕВОСТЬЯНОВА: Новости особо не смотришь?
 
ОВЕЧКИН: Смотрю, но когда есть возможность.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Но так, чтобы быть в куре. Не более, да?
 
ОВЕЧКИН: Да.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Книги читаешь?
 
ОВЕЧКИН: По возможности.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Какие?
 
ОВЕЧКИН: Ты знаешь, мне нравятся книги бандитского жанра.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Например, что было последнее?
 
ОВЕЧКИН: Последняя книга называлась ╚Нож в сердце╩.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Это кто хоть написал?
 
ОВЕЧКИН: А, ты знаешь, я не смотрю на авторов.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: А фабула какая?
 
ОВЕЧКИН: Ты знаешь, книги - это, можно сказать, не мое. Но если есть возможность, я всегда могу прочитать одну-две страницы. И я буду доволен.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Последние две. И уже знаешь, чем закончилось.
 
ОВЕЧКИН: Да.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Но тебе, мне кажется, придется же написать самому.
 
ОВЕЧКИН: Ну, да. По окончании карьеры, я думаю, можно будет написать книжку.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Можно в середине.         
 
ОВЕЧКИН: Но пока я не вижу в этом смысла.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: А ты читал какие-то книги известных хоккеистов?
 
ОВЕЧКИН: Нет.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Мне просто показалось, что, когда тебя поставили рядом с Мальцевым в сетках,  тебе было прям┘ Это ж твой кумир!
 
ОВЕЧКИН: Да.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: У него, по-моему тоже есть биографическая книга. Не почитывал? Недавно ты заявил,  что ╚я единственный человек и кумиров у меня нет╩. Мог бы ты расшифровать?
 
ОВЕЧКИН: На самом деле большой грех кому-то подражать и смотреть  на него, как на кумира. Да, есть люди, которые чего-то добились. Но ты всегда мог оказаться на его месте, если что-то хотел бы сделать. Поэтому я хотел быть тем, кем я сейчас стал. А в детстве, да, были кумиры, как у обычных людей. У меня были люди, которые, в принципе, мне нравилось, как они играли. Но я никогда не хотел быть на кого-то похож. Я хотел быть  самим собой. Поэтому для меня кумир - это только я и, кроме меня, никого нет.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Сейчас тонкую  тему затрону. А отец?
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Семья - для меня самое главное. Мой отец и моя мама, мой брат - это самое дорогое, что у меня есть. Поэтому это не кумиры, это просто пример для подражания. Это люди, которые, в принципе, из меня сделали того, кто я  есть сейчас.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: То есть ты, в принципе, не веришь ни в какую судьбу. Ты считаешь, что, сколько ты наработал, столько ты  и получил?
 
ОВЕЧКИН: 100 процентов! Конечно же, есть моменты, когда тебя ведет  судьба, когда тебе улыбнулась удача. И ты говоришь: вот меня судьба. Если ты будешь сидеть на диване и думать: а вот сейчас мне судьба┘ я проснусь, и завтра я буду известным и знаменитым, буду шикарно там делать то-то, то-то. Нет! Нужно работать, нужно пахать, нужно потеть, нужно какие-то жертвы приносить.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Как раз в Кельне, на последнем Чемпионате мира, ко мне на набережной Эльбы подошла какая-то девица: ╚Давай я тебе погадаю, я все  знаю, я тебе сейчас все расскажу╩. Я, честно тебе скажу, оттуда просто убежала, потому что мне не хочется этого всего знать. А вот ты бы как отнесся? Ты бы посмеялся, как обычно?
 
ОВЕЧКИН: На самом деле, гадалки, может быть, на самом деле гадают, может быть, на самом деле видят. Но я не хочу знать свою судьбу, которая будет в дальнейшем. Я знаю, что все идет, как надо. И если ты будешь знать, что тебе нагадали - а вот ты завтра проснешься и ты пойдешь туда-то, туда-то и будешь ждать: ага, когда завтра?
 
СЕВОСТЬЯНОВА:  Когда же это случится на конец? Где?
 
ОВЕЧКИН: Да. И ты будешь об этом думать.
 
СЕВОСТЬЯНОВА:  И пропустишь то, что с другой стороны! Ты достиг очень много. Куда тебе двигаться дальше?
 
ОВЕЧКИН: Вперед.
 
СЕВОСТЬЯНОВА:  Вперед куда?
 
ОВЕЧКИН: Нет предела совершенству.
 
СЕВОСТЬЯНОВА:  Без сомнения. Но ты  реально представляешь свою следующую цель, например?                                                                                                                                                                                                                     
ОВЕЧКИН: Моя следующая цель? У хоккеистов цель одна - это победа. И если у тебя нет цели чего-то достичь, победить, то зачем тогда жить?
 
СЕВОСТЬЯНОВА: А как же тогда переживать поражения?
 
ОВЕЧКИН: Без поражений не бывает побед.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: А представляешь, закончится хоккейная карьера, и не будет больше побед на льду.
 
ОВЕЧКИН: Вот когда закончится, тогда поговорим.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: А тренером сможешь быть?
 
ОВЕЧКИН: Не знаю.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: А детским тренером?
 
ОВЕЧКИН: Опять же, ты начала вопрос со стороны, что ты  хотел бы, вот как ты смотришь после хоккея┘
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Ну, интересно же, правда.
 
ОВЕЧКИН: Я же говорю, когда закончится┘
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Я недавно увидела журнал, где была большая статья про Шарапову. Мне кажется, что в какой-то степени┘. Я не знаю, как спортсмена тебя это затронет - не затронет. Но, мне кажется, что в какой-то степени вас можно сравнивать, потому что она номер один в своем виде спорта, ты -  номер один в своем виде спорта. Молодые, успешные, и про вас все время пишут разное. Так вот, про нее там была огромная статья, что она всегда так красиво и стильно одевается, что ей нужно быть дизайнером. И буквально через неделю вышла серия то ли ее новых духов, то ли очков, то ли каких-то аксессуаров. Поэтому я интересуюсь у тебя, что же твое, где?
 
ОВЕЧКИН: Опять же, все по возможности. И если ты добиваешься чего-то, ты должен добиваться сам. А сейчас я хочу добиваться только в спорте. А потом уже, опять же, политика, дизайнерские вещи - это все будет потом.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Есть люди, с которыми ты мечтаешь познакомиться?
 
ОВЕЧКИН: Да, я хотел бы познакомиться, но уже не познакомлюсь с Майклом Джексоном. Очень сильно хотел с ним познакомиться. Майкл Джордан. Я думаю, что будет возможность такая.  И я очень люблю хип-хоп, и у меня Эминем - мой  любимый исполнитель. Я бы с ним с удовольствием познакомился.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Это правда, что у тебя в машине всегда диски Эминем?
 
ОВЕЧКИН: Да.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: А какая любимая песня?
 
ОВЕЧКИН: Ты знаешь, у него есть песня такая, в которой он очень грамотные слова сказал: ╚┘в прошлом году я был никем, а когда я что-то добился, сразу начались звонки, приглашения╩. И  он говорит: ╚Что ты хочешь? Миллион долларов? До свидания╩. Но это надо послушать┘
 
СЕВОСТЬЯНОВА: В принципе его кино ╚8 миля╩  тоже об этом же самом. То есть, человек просто из будки, из коробки из-под холодильника пробился в люди┘
 
ОВЕЧКИН: Он показал всем, что нет безвыходной ситуации. Если ты будешь работать, ты будешь рвать одно место, то все может быть.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Но это американская мечта. В России это сложновато.
 
ОВЕЧКИН: Но, опять же, в России если у тебя есть возможности, то сейчас вон поют.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: А  если нет?
 
ОВЕЧКИН: А если нет, то извини.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: А кто сейчас поет?
 
ОВЕЧКИН: Кому не лень.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Кошмар! Поют - это ты слишком громко выразился.
 
ОВЕЧКИН: Выступают, песни записывают, еще что-то делают.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Ты в Вашингтоне не скучаешь по Москве?
 
ОВЕЧКИН: Скучаю. Есть Интернет, есть скайп и есть телефон.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Я видела в фейсбуке, это, правда,  ты пишешь?
 
ОВЕЧКИН: В фейсбуке нет.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Тебя нет там? И тебя не удивит, что там какие-то реальные фотографии, чуть ли ни из кухни?
 
ОВЕЧКИН: Просто я есть на одном сайте. И оттуда, наверное, фотографии и взяли. Сейчас меня взломали и я без фотографий┘
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Ага! Люди! Если вы  видите, что там на фотографии Овечкин, это  не он!  Какие цели на следующий сезон? Как ты его видишь?
 
ОВЕЧКИН: Цель одна - победа. На самом деле, если я скажу, что я хочу поехать еще от мира туда.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Ну, это естественно. Реально?
 
ОВЕЧКИН: Все по силам.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Как думаешь, Варламов будет вашим основным вратарем?
 
ОВЕЧКИН: Дай бог!
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Готов он?
 
ОВЕЧКИН: Я думаю, да.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: По-моему, он с 1 августа готовится усиленно. Зимняя классика будет отдельным таким моментом...
 
ОВЕЧКИН: Да, опять же хороший опыт будет. Намного интереснее. И ты выходишь, 90  тысяч зрителей, все кричат, все орут! Это шикарно!
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Ты когда-нибудь со стороны это видел?
 
ОВЕЧКИН: Нет.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: И по ящику не видел?
 
ОВЕЧКИН: По телевизору смотрел, но не особо внимания уделял. Потому что это все проходит, как и во время игры.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Мне кажется, что, когда  под открытым небом происходит матч, то очень сложно даже игроку. Ноги замерзают. Нет?
 
ОВЕЧКИН: Ну, что сделаешь?
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Какие-то секреты? Мне говорили, что очень хорошо вазелином  ноги обмазывать.
 
ОВЕЧКИН: Не знаю. Вазелином пользоваться не собираюсь.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Реально не холодно будет. Многие футболисты черные, которые выходят здесь, они, таким образом спасаются от холода.
 
ОВЕЧКИН: Может быть.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Каждый год ты приезжаешь на вечер закрытия сезона НХЛ, уезжаешь оттуда с многочисленными призами. Это приедается?
 
ОВЕЧКИН: Это не приедается. Это,  наоборот, хорошо.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Но они одинаковые?
 
ОВЕЧКИН: Но иди, попробуй сделать!
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Они у тебя дома где-то выставлены?
 
ОВЕЧКИН: Да, дома.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Целый большой уголок.
 
ОВЕЧКИН: Да.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Много места занимают?
 
ОВЕЧКИН: Призы маленькие. Где-то сантиметров 15.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Сантиметров 15. А детские медали рядом висят?
 
ОВЕЧКИН: Да, конечно.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Ты сказал, что ╚не буду говорить, хочу или не хочу на Чемпионат мира╩, но видится ли он тебе важным? Ведь это первый послеолимпийский сезон.
 
ОВЕЧКИН: Чемпионат мира - это всегда важный турнир для страны, для людей, для спортсменов. Но  у меня задача играть в Кубке Стэнли и бороться за Кубок Стэнли.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: О сборной ты не думаешь в принципе? Вообще никак?
 
ОВЕЧКИН: Сейчас о сборной я не думаю. Я никогда не говорю, что мне на нее наплевать, но сейчас я  хочу просто выиграть Кубок Стэнли.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Это очень приятно слышать, потому что после очередного какого-то твоего интервью я в Интернете много видела  таких мнений, что  Овечкин √ псевдопатриот, что он очень любит рассуждать о том, как он любит Россию, что сделает для России, а на самом деле вот уехал в Америку┘
 
ОВЕЧКИН: Вот такой я плохой, уехал в Америку. Уехал в Америку я для того, чтобы осуществилась моя мечта играть в НХЛ и быть одним из лучших  игроков мира. Здесь в то время, когда уезжал, я не видел себя, не было продвижения карьеры вверх. Я мог остаться тем Овечкиным, которым я был в 16-17-18 лет. И сейчас бы я, наверное, не давал интервью, а просто был бы одним из┘ Я считаю, что сделал правильный шаг. С семьей мы выбрали, поехали в Вашингтон. И только этим сейчас счастливы и довольны.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: А твой взгляд, ситуация с появлением КХЛ изменила этот баланс? Или пока еще рано?
 
ОВЕЧКИН: Пока рано говорить. Лига существует только два года. Лига движется в правильном направлении. Но говорить, что Лига похожа на НХЛ - это неправильно, так нельзя говорить. По финансам, да, может быть, она и превосходит. И то, потому что  нет определенного потолка зарплат. Он есть, определенный потолок зарплат, но это Россия, ты сама знаешь. Поэтому что здесь говорить?
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Как, мне кажется, очень хорошо знают в Санкт-Петербурге, в принципе.
 
ОВЕЧКИН: Ну, да. Потому что столько звезд в одной команде!
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Ты можешь предположить такую ситуацию, что ты реально поменяешь НХЛ на деньги?
 
ОВЕЧКИН: Но если я бы поменял НХЛ на деньги, я уехал в Россию играть.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Тебе поступали такие предложения?
 
ОВЕЧКИН: Да, мне поступало, когда еще президентом ╚Динамо╩ был Головков Михаил Юрьевич, когда у меня еще не было контракта, он сказал: ╚Саша, мы с удовольствием тебя примем, с удовольствием возьмем тебя в команду, ты будешь играть и зарабатывать деньги╩.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Забавный сбор в Торонто завершился, где тестировались новые правила для НХЛ. В частности, предлагается  овертайм играть два на два, ворота покрасить, чтобы углы было виднее.
 
ОВЕЧКИН: Я не знаю, если правила поменяют, то поменяют. Наше дело - играть. И какие правила будут, такие будут.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Поможет такое зрелищности?
 
ОВЕЧКИН: Зрелищности? Я не знаю. Поможет - не поможет, надо будет посмотреть. 
 
СЕВОСТЬЯНОВА: А если сетку покрасить, правда, виднее углы форварду?
 
ОВЕЧКИН: Ты знаешь,  с белой сеткой тоже, вроде, нормально видно.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Я  не знаю, когда ты отъезжаешь, и не буду тебя спрашивать. Но что-то ты еще успеешь сделать такое, чтобы, грубо говоря, болельщик пришел  сфотографироваться с тобой?
 
ОВЕЧКИН: Пока не знаю, какие планы у меня будут.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Тогда дай бог тебе удачи и выиграть Кубок Стэнли.
 
ОВЕЧКИН: Спасибо.
 
СЕВОСТЬЯНОВА: Александр Овечкин был у нас в гостях.
 
Слушайте аудиофайл.
00:00
00:00
</>